Чтение онлайн

ЖАНРЫ

В вихре страсти
Шрифт:

Она устремилась к выходу, но почувствовала настоятельную потребность задержаться по естественной надобности. Виктория едва успела закончить свои дела за ширмой в спальне, когда услышала звук открывающейся двери, и замерла, затаив дыхание.

– Если ее нет в комнате, мы сможем спокойно поговорить здесь, – тихо предложил Сомертон.

Судя по звуку шагов, он вошел в гостиную и остановился. Вот бы эти шаги поскорее и вовсе удалились из апартаментов!

Виктория тихонько опустилась на скамеечку за ширмой и принялась ждать.

– Она у Ханны, – сказал Сомертон.

Должно

быть, он прочел оставленную на бюро записку. Возможно, именно сейчас у нее появилась возможность понять, что к чему.

– Ты все еще ничего не сказал ей?

Это голос лорда Энкрофта.

Виктория почувствовала, как ее щеки горят от стыда. Господи, только бы мужчины не вошли в спальню!

– Я не могу ей доверять, – ответил Сомертон. – Николас, она воровка.

– Ты вообще женщинам не доверяешь, – заметил Энкрофт. – Но я полагаю, что она способна тебе помочь.

– Каким образом?

– Воспользуйся ею, чтобы добраться до Харди. Глаза Виктории расширились. Похоже, ее подозрения подтверждаются.

– Она находит его распутным типом, – сообщил Сомертон. – За столом он таращился на ее декольте, не смущаясь тем, что она находится под моим покровительством.

Николас рассмеялся:

– Обычно ты ведешь себя точно так же. Тем не менее тебя она не находит распутным.

– Нет, в ее глазах я несравненно хуже любого распутника, – пробормотал Сомертон.

– О чем ты?

– Не важно.

Почему Сомертон решил, что она думает о нем так плохо? Конечно, он не всегда поступает как истинный джентльмен, однако не идет ни в какое сравнение с тошнотворным Харди. Напротив, в присутствии Сомертона Виктория испытывала напряжение совсем иного рода, куда более похожее на восторженное возбуждение.

– Я не в состоянии настолько сблизиться с Харди, чтобы выяснить, получил ли он послание. Сегодня утром я обыскал его комнату и ничего не нашел.

– Если ты не желаешь использовать мисс Ситон, то мне остается предложить тебе сыграть с Харди вечером в карты. Попробуй подружиться с ним.

«Мисс Ситон»! Энкрофту известно, как ее зовут. Откуда… если не от Сомертона? Как он мог? Зная, насколько для нее важно сохранить свое имя в секрете? Какая подлость!

Виктория поджала губы, затем отбросила прочь обиду и вновь вся обратилась в слух.

– Мне нужно только заполучить послание, тогда я смогу немедленно уехать отсюда.

Николас хмыкнул:

– А заодно убежать от соблазна.

Сомертон пробурчал что-то невнятное. Виктории не удалось разобрать ни слова.

Что за письмо он ищет? Если ей удастся помочь ему, они смогут тотчас покинуть этот проклятый прием и вернуться в Лондон. Тогда она окажется на безопасном расстоянии от Сомертона до того, как потеряет способность сопротивляться его обаянию. Необходимо срочно придумать, каким образом оказать ему содействие:

Энкрофт предложил использовать ее, чтобы подобраться ближе к Харди. Действительно, если письмо у этого субъекта, она, вероятно, сможет украсть его. Но как узнать, когда именно вожделенное послание будет у Харди?

– Сомертон, пусть мисс Ситон пошарит у него в карманах.

Боже, Энкрофт и об этом знает!

– Нет, я не стану ее использовать.

Она здесь только для того, чтобы Фарли утихомирился и не ревновал ко мне свою жену.

– Когда он, наконец, поймет, что Ханна его любит? – спросил Николас.

– Не раньше, чем она прекратит смотреть на меня так, словно желает затащить в постель прямо у него на глазах.

Виктория прислушалась к шагам мужчин. Господи, только бы они не направились в ее сторону! Дверь, негромко скрипнув, отворилась… затворилась… и наступила тишина. Кажется, удалились, причем оба. По крайней мере, Виктория от души на это надеялась. Нетрудно представить себе, в какое бешенство пришел бы Сомертон, если бы обнаружил, что она подслушивала их разговор.

Замерев в неподвижности, она подождала, не раздастся ли какой-нибудь звук, указывающий на присутствие Сомертона. Затем встала, выглянула из-за ширмы и обвела глазами спальню. Никого нет. На цыпочках, подкравшись к дверному проему, она прижалась к стене и, вытянув шею, заглянула в гостиную. Слава Богу, пусто.

Поскольку надобность в разговоре с Ханной отпала, Виктория бросила свою записку в огонь, села рядом с камином и задумалась. Конечно, необходимо узнать побольше о Харди, однако желательно при этом не вызвать ничьих подозрений. Придется проявить изобретательность.

А когда двери распахнулись и, на пороге появился Сомертон, она поняла, что должна поторопиться. При каждом взгляде на него у нее оставалось все меньше сил противиться его привлекательности.

– Что вы здесь делаете? – спросил Энтони, закрыв за собой дверь. – Я полагал, вы у леди Фарли.

Она пожала плечами:

– Мне нужно было подумать и побыть в одиночестве, поэтому я вернулась сюда. Кроме того, пора переодеваться к обеду.

– Сегодня вечером наденьте синее бархатное платье, – сказал он и бросил сюртук на кресло.

– Почему?

Неужели она не знает, как идет ей этот наряд? Или, возможно, просто жеманится.

– Оно сочетается с цветом ваших глаз.

– Сомертон, – начала Виктория и замолчала.

– Да?

– Как вы думаете, мы можем несколько минут поговорить?

Он сел напротив и внимательно посмотрел на нее:

– Все зависит от темы.

– Я сплю в одной постели с человеком, о котором практически ничего не знаю. Мне кажется, будет лучше, если мы познакомимся немного поближе.

– Какое это имеет значение? Ваша задача только притворяться моей любовницей. – Он ответил ей как обычно, но ее предложение заинтересовало его.

Глядя на огонь в камине, она кивнула и пробормотала:

– Конечно.

– Что вы хотите знать? – примирительным тоном спросил Энтони.

– Что-нибудь. Например, живы ли ваши родители. Есть ли у вас братья и сестры…

Очевидно, можно без особого ущерба рассказать ей немного о себе.

– Мой отец жив, и у меня есть сестра. Ей двадцать лет.

– О, – протянула Виктория без всякого выражения. Ей нужны подробности?

– Дженна, моя сестра, обручена с лордом Линдалом. Они должны пожениться после Рождества.

Она наклонила голову и слегка улыбнулась:

– Судя по вашему тону, вы не испытываете по этому поводу особой радости.

Поделиться с друзьями: