Урус-хаи
Шрифт:
Снова и снова сходились в схватке Рыцарь Гондора и Темный Властелин. Снова и снова меч и булава высекали из друг друга огненные искры. Противники бросали друг на друга гневные взгляды. И вот Боромир изловчился и перерубил мечом рукоять булавы.
Саурон отбросил в угол обломок булавы
– Духи мертвых, восстаньте!
– воздев руки к сводам башни, воскликнул Темный Властелин.
Из стен великолепного зала поползли клубы белесого дыма. Дым сползался к слуге Эру, принимая странные очертания. То возникало строгое бледное лицо эльфийки, то суровое лицо гнома, то мужественный лик молодого воина... Все души погибших под сводами
Ни один мускул не дрогнул на лице слуги Эру. Он поднял руку, осенил себя крестом и запел песнопение на непонятном Саурону языке.
Мертвецы закружились вокруг чужестранца. Приблизившиеся первыми молодой воин замахнулся мечом, эльфийка натянула лук и прицелилась. И внезапно замерли, прислушиваясь к чему-то, дым застыл волнами.
– Упокой, Господь, души убиенных и прими их в царство Твое, отпусти им грехи вольные и невольные. Пусть во славе взойдут к престолу твоему те, кто жизни свои положил ради жизни будущего...
– продолжал петь слуга Эру.
А затем... в сводах башни словно распахнулось сияющее окно. Саурон даже отшатнулся, зажмурившись от ослепительного света.
Души мертвых закружились вокруг окутанного золотистым сиянием певца. Девушка - эльфийка закрепила лук за спиной, шагнула к слуге Эру, запечатлела поцелуй на его щеке и закружилась в танце.
Танцуя, освобожденные из-под власти Саурона души поднимались все выше и выше, исчезая в лучах яркого света. Правда, некоторые души трусливо отшатывались и прятались в стенах башни.
Зажмурившийся от нестерпимо яркого света, пробуждавшего в сердце что-то давно забытое, Саурон начал отступать, припоминая заклятия. Внезапно он ощутил толчок и рухнул на выложенный черными гранитными плитами пол зала, безуспешно пытаясь выпутаться из наброшенной на него сети. Выскочило несколько фигур, навалились на копошащегося Саурона,
крепко прижали. Правым глазом Саурон увидел, как окутанный светом слуга Эру подскочил к нему, пленному Властелину, и быстрым движением надел ему на шею серебристую цепочку с золотым крестиком. В следующее мгновение Саурон ощутил, как застыло его тело, и Властелин больше не мог пошевелиться. Затем последовал укол иглы в бедро.
– Уходим и забираем важного пленного - послышалась команда. Саурона бережно упаковали в сеть, натянули ему на голову мешок и потащили.
Властелин Мордора в безнадежности закрыл глаза и погрузился в сон.
Сэм Гэмджи тащил на спине измученного Фродо Бэггинса. Позади хоббитов извергался лавой грозный Ородруин, в пасти которого навечно исчезло Кольцо Всевластья.
Усталый хоббит поднялся на какую-то скалу и остановился. Поток лавы перерезал путь впереди.
Сэм бережно положил Фродо на камни, оглянулся - позади со склонов Ородруина ползли огненные потоки. Вокруг горы земля лопалась трещинами и целыми пропастями, в крутящихся клубах дыма мелькал огонь. Судорожно вздрагивал грозный Ородруин, а сверху непрестанно валили хлопья горячего пепла. Сэм коснулся руки Фродо.
– Надо же, в какую мы с вами сказку попали!
– с деланным оживлением начал он и вздохнул.
– Хотелось бы мне послушать ее. Как вы думаете, сударь, скажут ли когда-нибудь: 'Вот повесть о Фродо Девятипалом и о Кольце Всевластья'. Все примолкнут, как мы тогда, в
Хоббит не договорил.
Прямо над его головой раздался рокот, а затем...
На скалу спрыгнул... Боромир.
– Я умер...
– Сэм зажмурился.
– Может, мы погибли и сейчас рыцарь Гондора берет нас в чертоги Эру?
Он почувствовал, как сильная рука подхватила его, послышался голос Боромира:
– Принимайте невысокликов, они отличные ребята! Сколько сделали!
Сэм продолжал держать глаза зажмуренными, когда ощутил легкий укол в руку и услышал голос Боромира:
– Запомни - вас принесли орлы. Унесли с этой опасной скалы.
– Скажу - сонно кивнул Сэм, вспоминая опасный путь к Ородруину. Что-то явно было не то. Но вот что? Он не знал. Может, то, что Саурон не поставил хорошую охрану у грота, ведущего в саму пасть Ородруина? Может, пятна крови, которые Сэм заметил на камнях тропинки, будто кто-то утащил и спрятал тела? Или же - когда он с господином Фродо, измученные жарой и ядовитыми парами, без сил валялись около входа в тоннель, то...
Хоббит нахмурился, вспоминая.
...Темная фигура приблизилась к бессильно лежащим хоббитам и склонилась над Фродо. И что-то сделала с ним. Вот что - неясно. Хотя, нет, скорей всего почудилось! Наверняка пригрезилось - ведь он, Гэмджи, дышал миазмами огненной горы. Фродо на уступе над морем лавы Ородруина стал невидимым, раве не так? А может, и не стал? Ведь Голлум сумел как-то разглядеть, вынюхать невидимку Фродо?
Виски хоббита заныли. Да, вроде бы, когда Фродо надел Кольцо и сжал его, он не совсем стал невидимым. Его просто окутала какая-то пелена... И только. Но Голлуму, прожившему века в пещерах легко было увидеть Фродо...
– Нет. Я никому ничего не скажу - безнадежно решил Сэм.
– Я точно знаю - Кольцо Всевластья погибло в недрах Ородруина. И этим все сказано.
Глава 11 Последний бой 'Капризули'
На борт броненосца 'Александр III' поднялся рослый воин. Он вручил капитану корабля запечатанный конверт.
Капитан Бухвостов вскрыл конверт, пробежал глазами текст, старательно разбирая местный язык. Кивнул стоявшему рядом матросу:
– Бить общую тревогу!
Моряк стремглав сорвался с места. А вскоре над бухтой Пеларгира разнесся тревожный звон корабельной рынды. Матросы бросились занимать боевые места. И броненосец покинул гавань. Чуть погодя ушла и 'Миннесота', принявшая на борт около тысячи пеларгирских воинов.
Три капитана склонились над пахнущей свежими чернилами картой.
– Так...
– проворчал Огюст Франсье, капитан торпедного катера 'Капризули' - Мы встретим пиратский флот вот здесь... у Бухты Мелькора. Ваши корабли спрячутся близ бухты, а моя 'Капризуля' появится перед пиратами, обстреляет их корабли и пойдет назад в бухту, заманивая пиратов. Бухта крупная, так что пиратам придется начать прочесывание... И моя 'Капризуля' примет бой.