Уроборос
Шрифт:
– Я вижу это, – Санчес уставилась на Камбелла с такой злостью, что он сразу отвел взгляд. Все вопросы быстро потеряли значимость.
– Тогда пойдем! – Бринг уже не терпелось покинуть мрачное, пропитанное смертью место. – Изабелл, ты готова? Прошу, поторопись!
– Ещё минуту, – девушка еле поднялась на ноги и протянула Барри пистолет. – Тебе придется стрелять, а также и твоей подруге, – из второго кармана она достала такой же. Видимо, Иззи обирала «Псов» не напрасно. – Глубоко дышите и целитесь. Ничего сложного. Это необходимо.
– А из чего будешь стрелять ты? – с недоверием спросил Сноу, с отвращением изучая оружие в руке. Бринг
– А я не буду стрелять, – Санчес сделала несколько шагов в темноту, где не горели тусклые лампы. Улыбнулась, – Я вас поведу.
Ругань, хоть всё «запикивай» цензурой. Посторонний, раздражающий шум эха и многочисленных шагов. Неумолкающие разговоры, похожие на монотонный гул. Тяжесть и головная боль. Темнота. Пустота в душе.
– Она жива? – посторонний голос заставил Джиллиан пошевелиться, но сил у неё хватило только на то, чтобы сжать в кулак онемевшие пальцы.
– Шевелится, жива, – подытожил кто-то другой.
– И что нам теперь делать?
– Сначала отомстить за Камуи и прикончить Леона.
– Девчонка лишила нас оружия. Она вытащила даже перочинные ножи! Интересно, куда она всё это дела?
– Не важно. Они не могли уйти далеко.
– А может, и эту тоже пристрелить? Зачем она нам без Мацуды? Она чересчур болтливая и всё может рассказать полиции. Лучше убрать всех свидетелей, пока не возникли проблемы.
– Согласен, но… Зачем так скоро?
– Тебе нравится эта шлюха?
– А почему бы и нет? Мацуда же больше нам не помеха. Мы сами вольны делать то, что захотим.
– Не пойдем за остальными на поиски сбежавшего Леона?
– Нет. Я передумал. У нас будет кое-что поинтереснее.
Литербрук с ужасом распахнула глаза. Дыхание резко участилось, а на губах она почувствовала неприятный привкус засохшей крови. Колокола звенели в её голове. Девушка слышала весь диалог, но он показался ей полнейшей бессмыслицей.
«Зачем она нам без Мацуды?», «Мацуда больше не помеха».
Над ней возвышались два бритоголовых гоблина (по-другому этих уродов она не могла назвать). Каждого из них Джилл видела почти каждый день дома у Камуи или в его окружении. Раньше они покладисто выполняли каждую её просьбу, а сейчас же уставились на неё как на кусок мяса похотливыми маленькими глазенками.
Солнечный свет под куполом окрасился в темно-алый оттенок, потускнел и почти перестал освещать главную комнату в бомбоубежище. Закат близился к концу. Рядом кто-то ходил, что-то говорил, но никто не обращал внимания на Джиллиан и нависшую над ней угрозу.
– Ты пойдешь с нами, – заявил парень, что был чуть толще своего приятеля. Его улыбка не скрывала гнилых зубов.
– Где Камуи? – она могла и не задавать этого вопроса. Через секунду Литербрук увидела возлюбленного с неестественно откинутой назад головой. Его тащили двое. – Нет!
Всё, о чем она думала когда-то, потеряло всякий смысл. Её призрачные надежды, стремления, мечты – все зависело только от него. От Цепного Пса, который смог показать Джилл иные грани жизни и развеять повседневную скуку.
Девушка бы заплакала, но страх оказался сильнее осознания потери.
– Кричи не кричи, но за тобой никто не придет, – второй парень улыбнулся ещё шире и довольно потер ладони. – Давай уже покончим с этим.
Отбиваться оказалось бессмысленно, прикосновение странноватой девицы лишило Джиллиан всех сил. Её бесцеремонно закинули на плечо
и потащили в сторону выхода. Гоблины заливались мерзким смехом, бесчеловечным и жестоким. Они собирались её убить, как только осуществят задуманное, и Джилл не знала, что для неё страшнее.– Леон, – шепотом вспомнила она, подавив всхлипы рыданий. Осознание самой огромной ошибки в жизни дошло до неё слишком поздно.
И тогда она услышала чужой и совершенно незнакомый голос:
– Я предупреждал тебя. Показал, что может случиться. Дал подсказку. Подарил последний шанс. Но ты решила всё по-другому. Все мои усилия оказались тщетны.
Проморгавшись, в столбе света девушка заметила призрачный силуэт мужчины в строгом костюме, совсем недавно являвшийся ей в зеркале вместе с чудовищным видением. Он стоял с поникшей головой, раскинув руки, будто подзывая к себе кого-то. Напоминал мученика и совсем неестественно смотрелся на фоне серых развалин и темно-зеленой травы.
– Прощай, Джиллиан Литербрук, – произнес он и пропал, но приходившие в себя «Псы» этого не заметили.
Изабелл использовала ту же тактику, что и два дня назад, когда помогала Леону сбежать от погони на окраине города. Ей хватало нескольких секунд, чтобы определить, в какую сторону двигаться и откуда может прийти беда…
Но стоит сделать один неверный шаг, и ты труп – она этого не забывала.
Бомбоубежище строилось так, что на верхний уровень можно подняться только с нижнего, куда вел утомительно длинный спуск с улицы. Вот и получалось, что многие, попав в лабиринты в первый раз, стремились подняться наверх, а не спуститься ниже, как следовало. Туннели путали своим однообразием, а вонь, доказывающая близкое соседство с канализацией, могла окончательно сбить с толку. И всё же Иззи с легкостью обходила эти уловки, уводя положившихся на неё людей в сторону выхода.
Дымовая граната Кристофера Камбелла сработала против хвоста как нельзя лучше, тем самым подарив драгоценные минуты форы. «Псы» не сразу напали на след, и поэтому Изабелл повезло оказаться на шаг впереди. Она умело лавировала по многочисленным развилкам с точностью инженера, создавшего это место. Карта подземных коридоров мерцала у неё в голове, сотканная из тысяч различных вибраций бетонных плит и незначительных колебаний воздуха замкнутого пространства. Санчес знала, куда идти, но остальные же не воспринимали её дар всерьез, принимая его за исключительное доверие интуиции.
Изабелл первая спустилась в широкий коридор, освещенный оранжево-красными лампами. Толстый слой пыли на продолговатых плафонах не давал свету прогнать тьму из всех потаённых углов. Впереди коридор соединялся с другим, создавая своеобразную букву «Т», а позади, за лестницей с верхнего уровня, он расходился надвое. Затхлость, сырость и вонь ударили по ноздрям сильнее, чем раньше. Было видно, что в эту часть бомбоубежища редко кто заходит.
Иззи остановилась, за ней встали и остальные. Леон держался от неё на расстоянии вытянутой руки с пистолетом наготове, а Крис прикрывал тыл. На Барри с Лидией же полагаться не стоило. Они заняли места в центре колоны, подобно самому слабому звену в цепи, и никто из них в случае опасности не смог бы отреагировать правильно. Все это понимали, но предпочитали помалкивать. Казалось, что состояние Барри только ухудшалось. Он слабел на глазах и еле переставлял ноги, когда всем приходилось ускорять шаг. Лидии буквально приходилось тащить его на себе.