Уроборос
Шрифт:
– Винни, Винни…, – услышал я знакомое рокотание и мгновенно поднял голову.
На огромной каменной глыбе, бывшей когда-то частью разрушенного купола, всё это время сидел Камуи, свесив ноги вниз. Я не видел его из-за солнечных бликов. Он сидел неподвижно, молча, как коршун, зависший над будущей добычей. Его окружала трава и мох, ярко-желтая аура света.
– Ты же знал, что всё это неизбежно, – продолжил говорить Мацуда со спокойствием удава. – Я рад, что ты пришел и, наверное, твой друг тоже.
Японец указал рукой куда-то в сторону, и только тогда я смог заметить Барри в тени каменных глыб. Его тоже за руки удерживала веревка. Он находился
– Ублюдок, – попытался сказать я, но вместо оскорбления послышался лишь кашель. В глотку будто насыпали песка, и слова застревали где-то на подходе к горлу.
– Парни, шоу начинается, – без особого воодушевления подозвал Камуи подопечных. – На казни должны присутствовать зрители, иначе она теряет всякий смысл.
Человек тридцать обступило каменную глыбу с разных сторон, перешептываясь и мерзко хихикая. Все они смотрели на меня глазами, полными высокомерия и безразличия. Серые и черные футболки не разделяли «Псов» по группам, для меня они все были одинаковы – гнилые внутри и гнилые снаружи. Даже каменные стены казались живее их безучастных физиономий.
Кто они такие, чтобы лицезреть чужую смерть? Что они из себя представляют? Чего добились в жизни и к какой цели идут?
Всё бессмысленно…
Я видел в толпе Алекса Вансалда с чуть заметной ухмылкой, такого же огромного и страшного, как и раньше, видел тех, с кем совсем недавно бился врукопашную. И я знал, что никто из них мне не поможет, когда Мацуда соберется выстрелить. Всем им плевать.
«Помни, что в мире полно людей, готовых пролить твою кровь», – будто бы произнес женский голос в моей голове. Еле слышный и очень далекий, но почему-то такой родной.
А потом я заметил её и позабыл обо всём на свете… Такую же прекрасную, как и раньше. Осиная талия, плоский живот, рыжеватые волосы с оттенком золота. Хотел что-нибудь произнести, но дар речи покинул меня так же внезапно, как объятия холодного ветра, гуляющего по подземному оазису. Я во все глаза смотрел на Джиллиан и её безупречную походку, зеленые глаза и тоненькие ручки. Она встала посреди толпы с таким же окаменевшим лицом, как и у прочих. Смотрела на меня, я на неё. Я не мог понять, о чем она думала в этот момент. Грустила ли, вспоминала о прошлом… Я стоял перед ней на коленях, истерзанный и связанный. Молчаливо молил о помощи. Думал, что всё ещё что-нибудь да значу для неё, хотел увидеть в девушке хотя бы жалость, искорку тепла и великодушия. Мечтал увидеть ту самую Джилиан Литербрук, которую любил до безумия и ради которой готов был пойти на всё. Однако, увязнув в её пустом взгляде, окончательно понял, что Джилл более не нужна моя любовь.
Она изменилась.
– Он стал ещё ничтожнее, чем раньше, – холодно заметила девушка, метнув взгляд в сторону Камуи. – Мне тошно на него смотреть.
Её слова вонзились ножом в мое израненное сердце.
– Сильные становятся сильнее, – японец сполз с толстого куска плиты на пол. – Слабые вынуждены бегать и выживать. Но, – он на мгновение замолчал, – ничем хорошим это не заканчивается.
«Псы» подбодрили хозяина восторженными криками.
– Зачем ты пришел сюда, Дайм? – слабый шепот
Барри через множественный гогот услышал только я. Парень не поднимал головы и не пытался вырваться. Всё так же болтался на веревке бездушной марионеткой. Не привлекал к себе излишнего внимания, но позволил себе чуть приоткрыть глаза.Я в панике взглянул на него, но он опять прикинулся трупом.
– Почему? – сиплые слова заставили бандитов захлопнуть рты. – Зачем ты делаешь всё это? – пожалуй, это были единственные вопросы, которые не имело смысла задавать безумцу, и всё же я спросил.
От возмущения Мацуда выпучил глаза, отчего стал похож на хищную сову.
– Дайм, ты угробил товар на такие деньги, что тебе и не снились, – издевательски начал он. – Эти три коробки стоили гораздо больше, чем твоя жалкая душонка. «Зачем», спрашиваешь ты? Чтобы восстановить порядок. Ты лишил меня очень хорошей сделки, а теперь я лишу чего-нибудь тебя. Всё просто.
– Твои коробки упали в воду во время драки Джереми и Лорена! Всё случилось случайно! – я догадывался, что доказывать что-либо Камуи бесполезно, тем более в моем положении.
– Случайно, не случайно, – посмеиваясь, пробормотал он. – Если бы они остались живы, я бы требовал и с них. Но, знаешь, они уже давно не могут взять ответственность на себя.
Горечь и злоба подползла к горлу. Джиллиан прожигала во мне дыру, а «Псы» терпеливо выжидали продолжения разговора. Я ощущал себя как загнанный в угол зверь, и мне не осталось ничего другого, кроме как огрызаться, оскалив зубы. Если умирать – то достойно, с честью и чувством собственного достоинства.
– А что насчет полиции? Почему ты подставил меня? Зачем убил ту старушку, которая всего лишь довезла меня до дома? Зачем, черт тебя дери, ты спалил мой дом?! – в голосе вдруг появилась уверенность. Презрение наблюдателей давало мне силы, но оно не могло сравниться с той ненавистью и отчаяньем, что я испытывал, случайно встречаясь взглядом с Джилл.
Я жалел о том, что последние месяцы терзал себя безо всякой причины. Мучился от любви, которую сам себе придумал. Что-то внушал себе, выдавал желаемое за действительное, мечтал вернуть всё назад. А что в итоге? Ничего. Увидел Джиллиан вновь, и всё встало на свои места. Я осознал свою дурость, идиотизм, глупую самоуверенность. Я мог потратить всё то время, что провел в тоске, на что-нибудь действительно значимое. Но уже слишком поздно.
Камуи гордо ухмыльнулся, выставив напоказ ровные и белые зубы.
– Я подумал, раз мне тебя не найти, то пускай поищут другие, как бы, по-твоему, я ещё избавился от трупов? А старушка и твой дом – это результаты поисков, что вели мои парни.
– Ты чудовище! – меня больше удивила его реакция на Джереми и психа Лорена. – Эти люди же очень долго работали на тебя! – остальное обсуждать уже не хотелось.
– Каждого можно заменить, – отмахнулся Мацуда. – Их тела не представляли для меня ценности и только занимали место в холодильнике.
– Изверг! Ненормальный! – я гневно уставился на Литербрук. – Хорошего ублюдка ты себе нашла! Он лучше меня, да? Тебе нравится так жить?! Ты понимаешь, в какое дерьмо ввязалась?!
– Ты не знаешь меня, Винни, – снова подал голос Цепной Пёс. – И от этого все твои проблемы.
Джиллиан же промолчала, не меняясь в лице. Будто не услышала.
Камуи достал телефон из кармана кожаной куртки и стал набирать чей-то номер. Его улыбка не предвещала ничего хорошего, так же как и довольные рожи его подчиненных.