Уля
Шрифт:
Как призналась одна из соседок, встреченных потом на улице, сразу стало тише и спокойнее. Лучше Ульяна, чем такое вот соседство.
Под новый год случился еще сюрприз — Норд собирался съезжать. Он развелся с женой полюбовно и разошелся в плане дележки имущества, выплатив ей стоимость квартиры, она перебиралась к своим родственникам. Но удивительным оказалось не это — он после всей нервотрепки и суеты вызвался в какую-то командировку тьма знает куда на несколько месяцев. К счастью, Зайру он пристроил к старому знакомому, кинологу по совместительству, а вот Тимофеич оставался с Улей. Но проблема не в коте, который был вполне себе самостоятельным, ему устроили ход в дом, прикрыв
Перебираться сама она пока не планировала. Останавливало две вещи — далеко от работы, каждый день ездить по полчаса в одну сторону это слишком и неготовность жить одной. Ей было не то чтобы страшно, но да, страшно… огромная территория, долгие темные зимние ночи, и она с Тимофеичем. Не радостный расклад.
Обычным зимним вечером, точнее днем по часам, но не погоде, Уля приехала к дому. Надо было навестить кота, полить посадки, почистить дорожки и проверить работоспособность системы. Уля решила побороть себя и заночевать в доме, почему-то в последнее время ей все больше начинали мешать соседи и вообще у нее еще шторы не везде повешены и окна хорошо бы помыть. В общем, причин для ночевки набралось множество.
Потом возникли домашние хлопоты по переносу вещей, прополки парника и суете по дому. Норд поддерживал в доме порядок, но на свой лад и разумение. По сравнению с предыдущим вариантов — отлично, по сравнению с условиями как въехал Длинный вообще курорт. Периодически вспоминая первого жильца, она восхищалась своей безголовости и чужому терпению, тот смог из активной строительной площадки своими силами без толпы друзей — приятелей сотворить нечто приемлемое и удобоваримое. И даже коммунальные оплачивал с каких-то денег. Реально настоящий человек, а она даже внимания на это тогда не обратила, не говоря уже о возможности оценить по достоинству.
Через несколько часов, когда девушка без сил опустилась на диван, как рядом устроился кот. У Ули даже желания ругаться не было, весь угол пледа на диване был в шерсти. Зачем она спрашивается, ему корзинку покупала? Поглаживая явно соскучившееся по общение живое создание, она решала, как быть дальше? Везти с собой в квартиру? Оставлять здесь? Но зима и холода вносят свой вклад в реальность и как часто она появляться пока не представляет.
А что-то делать определенно надо, вопрос — что?
Решение не нашлось, ночёвка оставила странное гнетущее ощущение и утром Уля с радостью уехала обратно. Пока, оставив открытое ведерко сухого корма коту, чтобы не голодал и задумавшись над дальнейшими действиями.
Зато после рабочих праздников, несмотря ни на что Уля долго отдыхать не могла, отпуская остальных праздновать, у далекого и состоятельного Дениса возникла непредвиденная бытовая проблема. Соседи сверху и снизу по стояку научили переделывать газовую разводку от чего перекрывали весь дом, потом проверяли, потом откручивали — закручивали и так далее. В квартире в ожидании очередного визита специалистов сидела сестра, бросающая меленького ребенка и мчащаяся на другой край города. Первые пару раз все отнеслись с пониманием, но когда стало ясно, что дело темное и продлится неизвестно сколько, что-то там не сходилось не то в давлении, не то в гидравлике Уля так и не поняла, Денис принялся ругаться и возмущаться. Был бы он поближе разговор увял бы побыстрее, но с газовщиками его разделяла тысяча с лишним километров необъятной родины. а сестра несмотря на все хорошие отношения караулить чужую квартиру не могла. Тогда же Денис и озвучил готовность
пустить человека пожить в одной комнате до его возвращения. Правда список требования к человеку оказался душевно внушительным.Уля, спокойно запустившая в своей полу достроенный дом совершенно незнакомого Норда с чудесным котом, в чем-то понимала, но во многом была не согласна. Во время очередной переписки с временными паузами на пожить — поспать ее осенило. Дальше, с утра, последовал звонок.
— Денис, привет, доброе утро по моему времени и доброго дня, по-твоему.
— Привет, Ульян. Что-то случилось?
— Нет, нет, все нормально. Меня тут осенило… тебе разговаривать удобно?
— Да, вполне. Планерка закончилась, а до следующего обсуждения у меня только текучка.
— Как там твоя текучка?
— Течет, ты почему позвонила?
— Я придумала как быть с твоей квартирой, помнишь ты переживал за потенциального квартиранта?
— И?
— Готова поделиться Скрепкой по паспорту Аней. Студентка института, подрабатывающая у меня по вечерам. Спокойная, трудолюбивая, ответственная и честная. Сейчас живет в общежитии в отличной компании еще троих девушек, поэтому с удовольствием проводит вечера на работе. Из райцентра, где воспитывалась теткой, отношения прохладно-родственные, вырастила и удачи тебе девочка в самостоятельной жизни.
— И ты предлагаешь запустить мне ее в свою квартиру?
— Денис, за нее я могу ручаться, насколько это возможно с чужим человеком. Если разнесет тебе все, то я компенсирую.
— Твоя цель кроме помочь мне и дать пожить в нормальных условиях почти сиротке? — недовольно спросил он.
— Помочь тебе и показать ей другую жизнь, чтобы было к чему стремится. Не картинка в интернете и дорогущая машина на улице, а обычный быт, он влияет намного сильнее.
— Откуда знаешь?
— По себе сужу, давно когда работала еще продавцов в цветах, помогла украшать богатый дом к свадьбе. И именно тот дом запомнился, как стимул к хорошей жизни, именно после него я решила заняться бизнесом сама. Хотя Колька заводил об этом речь и раньше и чаще.
— Значит облагательствовать хочешь?!
— Денис, не понимаю причину негатива, но если я так кардинально ошиблась — извини. Хотелось как лучше, получилось — как всегда, это похоже про меня сегодня.
— Это настолько похоже на предложение сестры поселить племянницу ее подруги, хорошую девочку на которой потом и жениться не страшно будет, что нервирует сразу.
— Ни фига у тебя жизнь, как в сериале… — восхитилась Уля и не подумав ляпнула. — Могу успокоить и подстраховать — скажу Скрепке, что тебя для себя берегу, она девочка приличная от чужих мужиков шарахается.
Хохот в ответ вызвал оторопь и, чуть позже, осознание сказанной фразы. Поэтому Уля возмущенно добавила:
— И не смешно, я можно сказать закрываю тебя собой от поползновений, а ты…
— Ага, ага, я ценю. Честное слово, — явно веселясь отозвался собеседник.
— Судя по веселью — не слишком.
— Убедила, можешь порадовать свою работницу. Свяжусь с Иришкой, чтобы ключи тебе передала и консьержем по поводу жильца.
— Отлично. Теперь к тебе — как твое ничего?
— Не так интересно, как с тобой, — явно веселясь отозвался он, но принялся рассказывать что и как.
Потом заглянул покупатель и Уля отвлеклась. А позже началась суета с непониманием, недоумением, тихой недоверчивой радостью, переездом под сурово поджатые губы Ирины, приехавшей на шикарной машине с мужем, ребенком и ключами. Причем адекватная вроде бы женщине заявила возмущенно в лифте Уле:
— Если думаете, что сможете его женить на этой вашей девочке, то глубоко заблуждаетесь!
— Не знаю что у вас случилось, но заблуждаетесь ВЫ. Если он и жениться, то на мне, а не какой-то вашей дурочке в глаза им не виденной и на двадцать лет моложе.