Уля
Шрифт:
На несколько вечером Уля полностью пропала для внешнего мира: пересадка и формировка стволов занимали много времени. Поиски нового местоположения для дальнейшего роста растений. Все же больше сотни цветов — это много, а Уля просто не умела заняться только бонсаями, пришлось одновременно облагораживать и остальные растения.
Последний финальный этап — уборка. Несмотря на керамическую плитку в зимнем саду и коридоре. А также полностью закрытые двери остальных комнат, почему-то в уборке нуждалось вся квартира. Неожиданный звонок в дверь вызвал глухое раздражение и недовольство. Ей осталось всего ничего — начать и закончить. А тут гости…
—
У Ули такой разновидности еще не было. Интересное растение.
— Спасибо, — вспомнила она через пару секунд и впустила гостя домой. — У меня тут уборка в самом разгаре.
— Я понял. А почему земля рассыпана? Цветок упал?
— Нет. Пересаживала. Так, тебя надо поставить сюда.
Одна проблема — подоконник уже был полностью заставлен цветами.
— Да, — присвистнул Норд осматривая зал. — Ты цветочный фанат.
— Точно.
Пока девушка решала сложнейшую дилемму как все сдвинуть и не уронить на пол, Норд вмешался и смог освободить кусочек пространства, достаточный для очередного цветка.
— Спасибо.
— Не за что. Ульян, ты не думала завести дом, большой такой дом, чтобы заполонить этим половину комнат, а остальные остались бы свободными?
— Думала, но я здесь родилась и выросла. Это раз. Второе квартира напоминает мне о брате, и в-третьих, работа рядом. Найти дом неподалеку сложно. И наконец, последнее и главное — знаешь, сколько в доме можно будет цветов развести?
Норд видимо представил и расхохотался.
— Да. Фанат — это серьезно, — и потом серьезно просил. — Чем помочь?
— Ничем. Давай на кухню пройдем, там должно быть почище.
— Можем пойти, но я серьезно, давай помогу?
— Гвоздь забить? В смысле дюбель — саморез можешь?
— Ты меня пугаешь, — рассмеялся Норд.
— А то… тренировалась. Вот инструмент, мне нужно еще несколько опор для лианы.
Она показала, что и где. Норд без возражений взялся за инструмент. Быстренько наведя порядок, девушка закрепила растения и предложила пройти на кухню. Надо бы ремонт сделать, а то место для цветов заканчивается.
— Значит так, Ульян, — Норд широко улыбнулся, что не ввязалось с его серьезным тоном. — Я хорошо относился к твоему брату, так что пристроить тебя в надежные руки считаю личным делом.
— Ты меня пугаешь, — улыбнулась девушка. — Давай не будем так категоричны.
— Будем, раз ты не справилась сама, значит, тебе нужна помощь.
— А может не надо? Я пробую найти смысл своей жизни, когда появляются свободные моменты для таких мыслей. Как-то цели выйти замуж у меня нет.
— Разве плохо, если рядом будет кто-то надежный, как Колька?
— Хорошо, но такого как он не будет, — грустно заметила девушка.
— Такого второго нет, но кто-то весьма хороший легко может появиться.
— А зачем? Знаешь, у меня ощущение бега на месте, последние несколько лет я все бегу и бегу, как мышь в колесе, но никуда не двигаюсь.
— Зато ты поддерживаешь себя в отличной физической форме. А почему несколько лет?
— Со дня смерти брата. Двигаюсь, суечусь, дергаюсь, а воз и ныне там. Единственная радость — это растения…
— Но судя по их количеству и разнообразию, ты стремишься заполнить ими всю жизнь, тут с трудом остается место для тебя и точно нет ни для кого другого.
— Да, понимаю, мой фанатизм ненормален,
но не уверена, что хочу становиться, как все.— Ты не станешь такой как все, но по любому изменишься, раз появились вопросы и сомнения, значит, ты уже меняешься. А остановить этот процесс весьма проблематично.
— Да, понимаю.
— Нет, и не хочешь понимать, ты по чуть-чуть открываешь глаза, но смотреть отказываешься. Неужели вокруг тебя нет достойных мужчин? Среди всех знакомых с твоим братом? Никто не проявлял интерес? Не заинтересовал тебя?
— Нет, нет и нет. Никто не интересовался, никто не заинтересовал. Просто нет…
— Как знаешь, — покачал головой Норд. — Будешь готова к переменам, звони.
— Хорошо, — кивнула Уля.
Проводы гостя не затянулись.
Днем хоронили Ритку. Красивая, в шикарном дорогущем платье, о котором прожужжала все уши, на похоронах она привлекла к себе желаемое внимание. Уле было ее немного жаль, правда, с оттенком недоумения. Примерно так же она смотрела на «убитую горем мать», в отличие от театрально закатывающей истерику женщины, муж… вдовец был просто серым. После похорон с демонстративными бросаниями на гроб, безутешную мать увели, и стали хором утешать. Как будто не видя, что именно этого она и добивалась. Возможно, здесь играла свою роль Улина предвзятость по отношению к Рите и ее родительнице, но ничего поделать с этим она не могла. Хотя совесть настойчиво говорила о возможности настоящего горя и переживаний по поводу смерти единственной дочери.
Странные люди…
Уля подошла к Денису.
— Тяжело?
— Этот балаган? Нет, привычно, хотя Рита даже здесь не главная звезда программы, — едко отозвался он и закурил.
— Артисты…
— Погорелого театра, — зло сказал он и добавил. — Я подал на развод, вот она и устроила последний спектакль.
— Ты долго выдержал.
— Это точно. Дураком был, да и на нервах обе играть умели превосходно.
— Ладно, все забудется, конечно сейчас непросто из-за этого хаоса, но все станет нормальным. Жизнь возьмет свое.
— Надеюсь, на поминки останешься?
— Да, конечно, не хочу бросать тебя одного в такой ситуации.
Мать выла в голос, Уля обернулась и вздохнула, несмотря на причитания и слезы косметика на лице держалась идеально.
— Спасибо.
— Не за что… — Уля положила руку ему на плечо, показывая поддержку, и отошла.
В ресторане было многолюдно и громко. Концерт «На кого ты нас покинула?» продолжался. Люди на удивление быстро стали расходиться, через два часа уходили самые стойкие, в том числе и Уля.
Во время, принадлежащее смерти и скорби, она получила возможность подумать. А кто придет на ее похороны? Знакомые брата? Лерка? У Ули не осталось родственников, достаточно близких чтобы поддерживать с ними отношения. Хороших друзей тоже не появилось. Она и цветы, это все что будет после. Подумав, она поняла, что хочет, чтобы ее могилка была обильно обсажена цветами, как сейчас у брата. Хотя он, наверно, предпочел бы, кучу железок.
Кстати, насчет брата, на его похоронах была толпа народа. Занималась организацией всего этого не она, не до этого было, но масштаб и размах врезался в память навсегда. Сотни скорбящих, действительно переживших утрату, это печально. Смерть Ритки слегка расстроила несколько человек, а большая часть, таких как сама Уля, только с облегчением вздохнула, эта дружба все сильнее напрягала, а разорвать ее не выходило.