Чтение онлайн

— Как ваше самочувствие?

— Потрясающе! Что вы мне дали?

— Мы дали вам поспать…

Ах, как приятно себя почувствовать белым человеком, пардон, зелёным гоблином, нет, сорри, орком, когда тебя никто не напрягает. Не нужно никуда скакать, прыгать, суетиться. Не спеша потянулся и сел на лавку. Хорошо. Выспался не смотря на жёсткое ложе скамьи, прикрытое парой шкур. Надо включаться. Посматривать что делают мои родичи и изображать подобное. Вышел, сделал свои дела, помылся по пояс возле колодца, накинул безрукавку на плечи и не спеша начал перебирать котомку. Заодно и лишний раз посмотрел что там находиться. Дождался пока приставленные слуги натаскали на стол лёгкой закуски(не поверите, сюрприз, всё то же мясо с зеленью и овощами). Сел в уголок, стараясь меньше отсвечивать. После трапезы народ расходиться не спешил, висело в воздухе ожидание чего то. Ожидание не спешило и я незаметно задремал сидя. Привалившись в углу к бревенчатой стене. В приятной сытой расслабленности. Пока вернувшийся Трой не разбудил, лёгким хлопком по лбу, вывалив попутно кучу информации: — Слушай внимательно. Сегодня хевдинг собирает гостей на пир в доме уважаемого лэнда Торстейна. Будем славить Отца Всех Ветров хорошей трапезой и кровью. Зайдём, будут рассаживать — вперёд не лезь. Твоё место за нашим столом, с краю. Ничего не делай как работник, даже если попросят. Ты гость. Кивай на меня. Брат сказал никуда не уходить. Как женщины вместо рабов кувшины с пивом будут разносить, можешь за другой стол пересесть, к молодежи. К старшим не лезь, держись подальше, если сами не позовут. Сообразишь. Не цепляйся, но и в обиду себя не давай. Ты из славного рода Хагена Морского Змея. За нож не хватайся. Прольёшь чужую кровь первым — накажут. Разбираться — в Круг. И что б из наших кто нибудь обязательно присутствовал. Понял? — Да Трой ещё минут пять утрамбовывал в мой мозг нормы поведения в обществе. Посчитав лекцию достаточной заставил ещё раз вывалить содержание вещмешка на стол. Обратно упаковать. Предъявить оружие к осмотру. Не понравилась заточка. Выложил на стол точильные камни и потребовал навести порядок. Ни разу не сомневаясь, имея в прошлом неплохой опыт, я принялся за дело. Вот только дело пошло не туда. Технику Трой зарубил на корню. У него был свой взгляд на данное умение. — Что ты творишь? Тупой трэлл лучше лопату заточит! — Да нормально, вроде… — Тороп — кривые руки, твоё имя. Или нет, пустая голова. Чему тебя наш отец учил? Что с тобой? У тебя в голове мыши поселились и память твою съели? Штаны не забываешь снять, когда в кусты ходишь? Оружие это всё что у тебя есть. Ты воин. Кто ты без оружия… Возмущённый Трой потратил ещё пару часов что бы довести меня до полного одурения и понимания данного процесса. С моралью и поучениями, руганью и подзатыльниками старший «брат» провёл курс молодого падавана. Заодно и нормы содержания личного оружия в порядке напомнил. В школе на НВП было проще. А здесь что? Топор. Нож. Копьё. Не автомат Калашникова, нет. Ну а топор? Железка на деревянной ручке. Примитив. Но не тот, чем дрова рубил, личный, именной. Что лежал отдельно завёрнутый в холстине, в мешке. Имел гравировку на металле и резьбу на топорище. С чехлом. С петлёй для ношения на поясе. Подумать не мог что всё так сложно. У него даже было имя, которого я досель не знал, пока Трой не озвучил. Фетиш, не иначе. Однако сложно тут… Как день перевалил за половину, пошло оживление. Орки, кто ушёл в городок, начали возвращаться. Народ решительно наводил блеск и красоту. Снорри, кормчий, и Сигурд, наш главный, опоясались мечами и накинули красивые плащи с серебряными застёжками-фибулами, остальные мудрили с одеждой кто как, в меру своего разумения и понимания красоты. Акцент был больше на оружии, чем желании одеть чистую рубаху. Хотя с чистотой у моих зелёных братьев было всё в порядке, не отнять, что несколько удивительно. После чего орки неспешно и чинно собрались во дворе. Я взял нож, впрочем и так с ним не расставался, постоянно висел на поясе, как у любого из нашей банды. Разнились только размеры, длина и украшение ножен и рукоятей. Лезвие грубой ковки, с ладонь, ручка из рога, обмотанная полоской кожи. Просто и убийственно надёжно. А всей красоты моей — наборный пояс с серебряными клёпками. У Троя конечно побогаче будет. Брат вообще выделялся в нашей команде. Статью, бронёй и личным авторитетом. Чем хорошо прикрывал меня от местных шутников. А языки у некоторых индивидуумов были острее стали. Один мелкий негодяй… Хотелось взять хорошую дубину… Надвратная башня и пятиметровая стена давили мрачной уверенностью. Через хорошо охраняемые ворота влились на главную улочку Бурга. Одноэтажные и однообразные рубленные дома-сараи имели огороженные дворы за крепкими воротами. Хорошо скрывающие личную жизнь обывателей. Маленькие окна-бойницы затянуты каким-то полупрозрачным материалом. Ближе к центру пошли двухэтажные особнячки. Побольше и посимпатичней. Причём первые этажи были каменными, что говорило о зажиточности. Главное, самое высокое, да пожалуй и самое большое здание в Бурге было владением принимающего лэнда Торстейна, хозяина крепости. Во двор местного Палаццо мы влились с неспешно подходящими группами других орков. Дом нас встретил большим

полутёмным залом, полным глухого гула голосов. Факела на стенах освещали десяток длинных столов с лавками, заполненными жрущими и пьющими орками. За главным, на возвышении, сидела местная элита, здоровенные дядьки со злобными рожами, и вела умные разговоры. Место выделили, гм, не в первых рядах. Гости мы были может и востребованные, но далеко не главные. Забегали рабы, разнося разных размеров блюда со снедью. Навалено было всякого — дичь, рыба, мясо, зелень, караваи хлеба. Жареное, печёное, варёное. Ни меню тебе, ни раскладки. Что в печи, то и мечи. Что в руки сунули, то и на здоровье. Ну вроде всего всем хватало с избытком. Рабы понесли кувшины с пивом. Народ не терялся и мёл со стола без всяких приборов всё что под руку попадалось. Руки блестели жиром, а недоеденные куски падали под стол. Кряхтели, сопели, пыхтели, жевали и запивали. Под хорошую закусь и пиво сам не прочь расслабиться. Покосился на Троя, что поднимал кружку пенного литра эдак на два, вздохнул горько. И громко сказал подходящему служке: — Молока! Раздавшийся в то же время рёв очередной здравницы заглушил мои слова. Но Трой услышал. Как и Эрик, сидящий на против. Трой подавился и закашлялся, а Эрик от смеха завалился назад, не удержался, и над столом мелькнули его ноги. Здоровяк Олаф хлопнул Троя по спине и тот злобно уставился на меня. Эрик похрюкивая и вытирая слёзы выбрался из под стола. Я недоуменно развёл руки. — Пива же нельзя? Трой заскрипел зубами, покосился на окружающих, что увлечённо перемалывали местные деликатесы и поманил застывшего гарсона. Показал пальцем на меня: — Только сидр. Ну и пусть. Вполне приличный напиток. Хотя послабее пива будет. Сиропчик для девочек. Ну да ладно. Пока я впитывал обстановку и суету вокруг, за главным столом поднялся здоровый зелёный Халк…, а показалось, славный вождь зелёнокожих — хёвдинг Харальд и начал рычать-реветь басом. Понимал я со второе на третье, общий смысл в общем прослеживался неплохо. — …за славных воинов… во славу Отца Богов… мои кригсманы… пошлёт нам ветер… добыча… кровь… корабли… смерть… добыча… кровь… Следующим взял слово хозяин Бурга лэнд Торстейн. Затем пошла череда местных авторитетов. Слова кровь, враги, смерть, добыча — были основными и склонялись во всех направлениях. Посыл предельно понятен. Народ ликовал, возрадывался и орал ответные здравницы и пожелания. Восторженно и с энтузиазмом. Не хватало для общего угара какой нибудь забойной метал-группы и хорошего ударника на барабанах. Весьма в тему. Я, не смотря на общий треш, чувствовал себя вполне комфортно. А что? Сидишь в уголочке, сидр потягиваешь, закусь соответствующая. Ещё бы музычку и девок, и вечер удался. Словно читая мои мысли зал заполнился прекрасными орчанками, подносящими кубки самым достойным бойцам местного прайда. Пей до дна воин. Да сопутствует те удача. Прекрасные валькирии… Гм, извиняюсь, со зрением что то… просто орчанками, скажем так, не такими страшными как мужская половина. Вполне достойные женщины, выше меня ростом и не уступающие в плечах. Крепки и здоровы телом селянки. Хорошая поддержка мужа, что и печь на ходу остановит и в холодную воду войдёт… Ох, куда заносит, не части… Народ освоился и пошёл в разнос. Пиво, что называется, текло рекой и общие здравницы начали сменяться живым общением и лёгким мордобоем. Пока градус озверения не стала подниматься выше. Начало ссоры я просмотрел. Орки уже достаточно накачались и выпитое пиво открыло шлюзы сдержанности. Наверное кто то вспомнил старые обиды, настоящие или мнимые. И действие переместилось на другой уровень. Народ высыпал во двор и народные гуляния продолжились на свежем воздухе. Нет. Слава богу были ещё достойные и относительно трезвые авторитетные орки которые направили бурление масс в правильное русло. Организовали Круг и следили что бы не было смертоубийства. Болельшиков хватало с обоих сторон и публика с восторгом отмечала удачные удары и рёвом встречала победителей. Это действие носило характер постоянный. Народ время от времени вываливался во двор, делал круг, лупил друг друга куда не попадя. Затем с шутками и прибаутками возвращался за столы. Кто то обнимался после хорошей драки, кто то расходился молча. До смертоубийства дело не доходило, видимо существовало серьёзное табу. Текла кровь из разбитых носов, расплывались разной красоты и яркости синяки и фингалы. В общем мелочь по сути. Что для орков было полной ерундой, потому что заживало как на собаке. Или собаках? На своей шкуре прочувствовал. Нас тоже зацепило сие удовольствие. И именно Бьёрн нарвался, чему я ни разу не удивился. В нашей компании у него был самый дурной характер. Помимо стычки со мной за прошедшие дни орк не раз цеплялся языком с половиной команды и даже пару раз чуть не дошло до драки. Заставив Сигурда обратить на себя внимание и не раз высказать некие мысли и пожелания. Бьёрн Сигурда побаивался и на время затыкался. На недолгое время. Причину я не понял. То ли из предыдущего общения или излишне злого языка. Подозреваю что Бьёрна. Впрочем я был на его стороне. Того серого орка я не знал и симпатий к нему не испытывал. Даже если он и прав в своих побуждениях. Противный зелёный урод Бьёрн член нашей команды, вполне достаточный аргумент для моих симпатий. К чести Бьёрна разделался он с противником достаточно быстро и профессионально. Наблюдая со стороны за этим рубиловом до меня наконец дошли слова Троя. Ну да, с самомнением перебор. Бьёрн слишком сильный для меня противник. Пока. Ничего, время ещё покажет. Я ещё ого-го… Сам не заметил что переместился за стол молодёжи, а там сидра, увы, не было. Осознание пришло когда добивал вторую кружку пива. Ох уж эти хитрые девушки, наливают и наливают. Не могу же я нашу банду позорить. Огляделся, Трой далеко, обнимается с каким-то седым воином и речь толкает. Не до меня. А, ладно… Уже на каком то этапе стопор моей сдержанности дал сбой и моё сознание рухнуло. Количество хмельного напитка перешло в качество. Пошли кадры — пиво, закусь, зелёные рожи, девки… какая симпатичная! Откуда она взялась? Как же эти милые клычки мешают целоваться! Опять рожи, чей то кулак, я восторженно ору, прыгаю в кучу-малу, бью, получаю в ответ, опять бью, аут. Сознание меркнет.

А на следующий день меня разоблачили. Не получилось из меня Штирлица. Виной тому были раскрытый парашют и дедовская будёновка. Шутка такой однако. Юмор незрелого пападанца. Трой, ругаясь, потащил спозаранку лечить мою голову к местному светочу здравоохранения. Надо сказать что страдало существо моё от давно забытых ощущений. В той, первой моей жизни, бутылка водки, да под хорошую закуску, да в приятной компании — легкий моцион, разминка перед дальним забегом. Про пиво и говорить нечего. Так, сколько не пей, лишь бы писуар был рядом. Вода, тяжесть в желудке и никакого настроения. Толи дело чего покрепче. В хорошей компании можно… да много чего можно. Главное боезапас и закуска хорошая. А тут — пиво… тьфу. Ни о чём. Объяснение напрашивалось простое. Мозги у меня старые, а вот новое тело к подобным нагрузкам не приспособлено. Подвело с непривычки. Вопрос — а надо ли привыкать? Ну с такими друзьями… осторожно… ну как не пить? Последствия правда… Беречь себя надо, друг, кто если не ты? Настроение с утра отвратное. Мало того что конвоировали к местному колдуну, так мой мозг просто не способен в данной ситуации придумывать меры защиты от местечкового мозголома. Помимо тошноты и слабости слабо вилась ещё одна мысль. Вечером снова пир. И если меня не изолируют, то случиться беда… Цикличность событий начинала напрягать. Следуя примитивной логике событий — на очереди очередной мордобой. Да уж. И пока, к сожалению, с завидным постоянством мяч летит в одни ворота — бьют только меня. Нехорошая однако тенденция. Мысли, те две, что ещё оставались в моей голове медленно и лениво бултыхаясь сменяли друг друга. А морда меж тем сияла аж на оба глаза фиолетовыми фингалами. Словно медалями за вчерашний вечер. Можно себя машинкой представить, джипом например, с включённым ближним светом. Что тащат на прицепе. А фары светят и болят. — Недопыр гоблинский! Пустая голова опять чудить начинает. Сколько тебе можно говорить отрыжка троля… Трой всё рычит и грузит. Мозг стонет и кипит. Плетусь за ним еле волоча ноги, срываясь на пробежку местами. Орк прёт вперёд как полковая лошадь, км 10 в час, иноходец блин… Вспомнить бы чем всё закончилось. Сначала было что то хорошее, а потом… не очень… Вот вроде обнимал кого-то, тонкий стан, мягкие губы, приятная истома, вспоминается… вот… вот… и вдруг всплывает слюнявая рожа бомжеватого вида беззубого старика, лезущего лобызаться. Тьфу! Вот же гадость! Не может быть! Или может? Да ладно… Какая мерзость… Меня передёрнуло и я зло сплюнул под ноги идущей на встречу компании молодых орков. Те, явно не ожидая такого посыла, отвалили челюсти и впали в ступор, провожая нас глазами. — … а так, брат, молодец. Был бы. То что ты с младшим сыном славного Торстейна подрался — это ладно, дело молодое. Да и не помнит он наверное, такой же пьяный был. Мы, кстати, его сейчас по дороге встретили, не узнал? Хороший боец растёт. Зачем ты потом к дочери Лэнда полез? Соображения должны быть. Не ровня мы ему. Любимая дочь, младшая, единственная. Не считая трёх сыновей. Ох и злые же растут, настоящие орки… Пошёл сдвиг. Туман что кружил в мозгу резко усох и улетучился. Мысли забегали как муравьи в муравейнике. В голове ясность необыкновенная появилась. И жить захотелось с такой силой и вдохновением… и желательно без проблем. А вы говорите полоса чёрная раньше была… Весь в радостных переспективах на ближайшее будущее и не заметил как оказался в жилище у колдуна. Дедок был, как сказать, и не дедок вовсе. Не знаю почему я себе внушил что увижу седого бородатого пенька, сморщенного и горбатого, с растущими за ушами мухоморами — действительность оказалась другая. У орков нет бородатых. Бороды я видел пока только у людей, рабов или слуг, кто их разберёт. Волосы у орков как правило чёрные, у более старых проседью. Совсем седых пока не видел. Ну с таким образом жизни не удивительно… Сидящий напротив меня мужчина внешне ничем не отличался от соплеменников. Разве что своеобразными браслетами на руках, но не понтовыми пацанскии, а больше фенечки, какие-то камешки, деревяшки, верёвочки. Интересный медальон на шее, со сложной вязью рун. На роль волшебной палочки могла претендовать только резная дубина, небрежно прислонённая к кровати. В остальном орк как орк. Та же стать, та же одежда. Глаза вот только сильно умные. А это неприятно. Засосало под ложечкой. Может надо было в лес рвануть? Пока была такая возможность. Ох зря… Трой объяснил как мог мою проблему. Мол в последнее время по голове часто стучали, да и до этого сильным умом не страдал. В последнее время заговариваться стал, слова незнакомые говорит. Короче — лечить надо. А то совсем больным станет. Чукча настолько умный, что простые орки его не понимают. Аксакал задумался, кивнул. Отослал Троя и занялся мной. Колдун запалил несколько плошек и сел напротив. Бросил в открытый очаг комок сухих трав. Запахло полынью и почему то мёдом. Налил мне в кружку мутного пойла и жестом предложил выпить. Потом достал и поставил между ног барабан, похожий на африканский джембе. Начал тихонечко постукивать пальцами по поверхности, создавая определённый ритм. Где то через полчаса, которые я продремал в приятном расслаблении с удовольствием слушая ритмичный рокот, колдун вздохнул и отложил барабан. Ни слова не говоря потянулся за палкой, взял, опять вздохнул… и резко с размахом саданул мне по голове. — Сука… Не знаю сколько я провалялся. Очнулся связанный на полу, на пыльной медвежьей шкуре. Колдун резал ножом из дерева небольшую фигурку какого то крокозябра Заметив что я очнулся он отложил своё творение, подвинул трёхногий табурет и сел напротив. Внимательно посмотрев в глаза и первый раз начал разговор напрямую. — Понимаешь меня? Говорить можешь? Странный вопрос оказался не таким уж и простым. Челюсти словно судорогой свело. При попытке разжать, чуть не вырвало, а в глазах закрутились звёздочки. Сиплый, словно не мой голос ответил: — Даа… — Следовало тебя убить, призрак вернувшийся из Хельмхейна. Не понимаю как ты пересёк Гьоль, реку что отделяет мир живых от мира мёртвых. Когда то давно мой Учитель рассказывал о чём то похожем. Редко такое бывает. Помню я паренька Торопа, был в гостях у здоровяка Лейфа. Простой, звёзд с неба не хватал. Ему бы землю пахать, да детей растить, а не воином в набеги ходить. Не герой. Тихий, спокойный. Не понимаю, как такое случилось — сейчас ты и Тороп одно целое. Словно смешали разные зёрна и запекли в один хлеб. Не разделить. Убей тебя, умрёт и он. Ты не не тёмный, что чужое тело захватил. Не злой дух. Иначе бы не проснулся. Моё умение странно на тебя действует. Но зла я в тебе не вижу. Это хорошо. В Оркленде, у наших Старших братьев, есть умеющие разговаривать с духами. В нашем краю мы по другому пользуемся силой, мне не дано увидеть больше. Что с тобой делать? Он потянул с пояса узкий острый нож, наклонился ко мне. Сердце замерло, заныло. Взмах, и узел связывающий руки развалился. — Живи пока. Мне надо подумать. Колдун отвернулся и занялся своими делами, не обращая на меня внимание. Кряхтя и плохо владея онемевшим телом, я кое как распутался. Встал, меня шатнуло. Неуверенно посмотрел на колдуна, тот задумчиво рассматривал резную фигурку, и двинулся на выход. В дверях не выдержал и обернулся: — А память вернёться? — На всё воля Отца Богов. Я решился — Такое дело… не помню чему отец учил… топор, копьё… все забыл… как биться… — Если твой разум забыл, то тело само помнит. Дай ему волю. Есть память разума и есть память тела. Неразумный ребёнок второй раз в костёр не полезет. Ты же не думаешь как гадить правильно — идёшь и делаешь. Не думай, тело сам вспомнит что делало. Колдун встал, прошёл к полкам на стене, покопался. Не глядя кинул мне через плечо пучёк вонючей травы. — Заваривай в горячей воде. Памяти помогает. Вспомнишь даже про что забыл давно. Он обернулся. — Обычно таких как ты раньше сжигали. На всякий случай. Мне будет интересно за тобой посмотреть.

Кой как я доковылял обратно. Тело разогрелось, размялось, кровь побежала по жилам. В душе полный сумбур. Думать не хотелось. Наша гоп компания плотно засела в гостевом доме и занималась бытовухой. Трой, не спрашивая ни о чём, взял меня в оборот и снова я перетряхивал наши тюки с хабаром, терпеливо слушал наставления и ругань брата про свои кривые руки и голову, в которой ветер гуляет. Орки точили топоры, мечи и прочие железяки убийственного назначения. Занимались ремонтом и починкой. Внимательно осматривались доспехи и амуниция. Выяснилось что арсенал мой не ограничивается топором. У меня была кожаная бронька с металлическими нашитыми пластинами, короткое копьё, пара кинжалов разной длины и небольшой щит. Собственно и всё. Не считая кожаной шапки с железным каркасом. Трой, один из немногих, был обладателем кольчуги. Всего в команде их было шесть и явно являлась вещью статусной и дорогой. Так же как и мечи. Под присмотром Троя я прошёлся точильным камнем по лезвию копья. Выслушал очередной втык — откуда у меня руки произрастают, кто так делает и чему меня дома учили. Свои тонкости. Но всё хорошее рано или поздно заканчивается. Оказывается у нас вечером продолжение банкета. Народ жаждет зрелищ и хочет оторваться на последок. Я тяжко вздохнул. Отказаться? Не поймут. Главное — не сорваться снова. Огребу… Вечером праздник разгорелся вновь. Вожди толкали речи о героических деяниях, народ восторженно внимал и орал спичи в ответ. Пиво лилось рекой, продукты испарялись на глазах. Бьёрн ухмыляясь показал с кем вчера я лобызался. Ничего такая деваха, с местным колоритом. Признаюсь, ожидал худшего. Я подсознательно ожидал что Хельга обратит на меня внимание. Но нет. Я был для неё пустым местом. В местной иерархии моё место было крайним и неинтересным. Она и ещё несколько подруг улыбались самым звероподобным красавцам, героям местного эпоса. Мощные фигуры, квадратные челюсти, низкие лбы, тупые глаза. Зубы — радость стоматолога. Ну и ладно. Без радости была любовь — разлука будет без печали. Вот кому хотелось большой и светлой любви — это трём мордоворотам за соседним столом. Молодые орки, знакомство с которыми выпало из памяти. Когда мне так улыбаются — у меня попа морщиться и спина потеет, ну вас в пень… Смотрели по разному, но хотели меня одинаково горячо. Вспомнив, что баранов на шашлык не приглашают — я сквазанул по английски, тихо и не прощаясь. Сказался только Трою. Пока не начался разгул страстей. Хватит с меня экстрима. Тот одобряюще кивнул. Уйти получилось без проблем. Ну всё. Ударим крепким сном по мукам совести.

Парус покатился раскрываясь вниз с реи, затрепетал и повис. Фалы быстро подхватили и закрепили. Ветер упёрся в неожиданное препятствие, надул щёки и корабль прибавил ходу. Последовала команда, вёсла подняли и закрепили. Я выдохнул, потянулся до треска в спине. Хорошо… Мышцы приятно ныли, тело, как и у соседних гребцов блестело потом. Отдых… долгожданный… Неожиданно не только для меня, как минимум для половины команды, наша банда спешно загрузилась по утру и рванула на мускульной тяге прочь от дармовой выпивки и столов полных изобилия. И не только мы одни. Целая сборная флотилия под командованием хёвдинга Харальда из семи драккаров. Решение о выступлении было принято на совете-пьянке отцов командиров. Что-там сверкнуло, озарило и оказалось — пора. Цель была известна, всем кроме меня, вопросов не возникало, но команда не ожидала что покинем гостеприимный Бург так быстро. Ещё и грести первое время пришлось из-за встречного ветра. Поэтому недовольство нет-нет и прорывалось тихим ворчанием. На что Сигурд не обращал ни малейшего внимания. Устроившись на носу он о чём-то тихо переговаривался с Троем. Что никого не удивляло и воспринималось как должное. Мой брат был в верхушке иерархии нашей команды, несмотря на свою относительную молодость. Сигурд, Снорри и Трой. Те, кто принимали решения и вели буйную ватагу за собой. Стратеги и тактики, верхушка нашей команды. С соседнего корабля раздался гнусавый звук рога. Свен с Рольфом под команды Снорри продолжали править парус. Ветер поменялся. Оглянулся. Так и есть. Наша флотилия разворачивалась в открытое море. Полосатые паруса наполнились, заскрипели мачты под сильным ветром. Акулья стая морских бродяг устремилась к цели. Добыча, кровь и много смертей ждут впереди. Бойтесь хумансы. Мы идём.

Пока ветер гнал нас вперёд я наматывал тонкую ниточку знаний на голую бобину своего мозга. Ловил момент. После коротких объяснений колдуна, что заговариваться начал в связи с тем что дух мой из за побоев случайно потерялся, смог вернуться и в пути лишнего насмотрелся, ну и подзабыл малость, народ стал относиться ко мне снисходительно. Сказали же что пройдёт. Лепечет глупости? Какой спрос с убогого. В штаны не гадит, в общий котёл немытыми руками не лезет, пользу обществу приносит — можно потерпеть. — Трой, а где Оркланд находиться? — На краю Ойкумены, где бескрайние степи и волосатые быки. — А кто такие Старые Орки? — Видишь ли… Он задумался. — Мы называем Старыми настоящих, истинных орков — А мы не настоящие? — Мы? Как тебе сказать… Для всех других народов — мы орки. Мало кто знает что корни нашего народа идут от Старых, истинных орков — они, в отличии от нас поклонялись только Отцу Мрака и супруге его Хель. Души у них тёмные, сердца жестокие. Там где мы можем пощадить врагов, не видя смысла в их убийстве, истинные никогда так не поступят. Они безжалостны. Нет большей радости вырвать сердце своего врага и поджарить его печень. Сильного врага. Их колдуны обладают такой силой что напрямую могут разговаривать с духами. Колдовство их могучее и тёмное. Они могут общаться с нежитью, находя общий язык со слугами Мрака. Ведь поклоняются они одному богу. Мы верим и приносим жертвы Отцу всех Богов и Эгиру, повелителю морей, одному из его сыновей. Обращаемся к другим божествам. Можем принести жертвы и Отцу Мрака. Но мы не считаем его своим покровителем. Трой замолчал. — А ещё? — Спроси у колдуна. Он знает больше. — Нет. Не про богов. Про нас. — Ладно, слушай дальше. Давным давно пересеклись пути орков и людей и начались войны. Захватывали в плен и женщин, убивали не всех, бывало кого то оставляли. Утеха для постели и лишние руки для работы. Они рожали. Дети этих женщин были рабами. Потом эти дети выросли и стали жениться между собой. Орки приводили с набегов ещё женщин, и снова рождались дети, и снова смешивались между собой. Пока не стали похожи на своих хозяев. И внешне и мало уступая силой. Некоторые добились свободы. Но всегда они были ниже истинных. Пастухи, крестьяне, слуги. Старая кровь, чистая кровь всегда была главнее. Настоящий орк может быть только воином. Трой отвлёкся и я прождал долгих полчаса, пока он обсудил с Снорри кормчим какие то детали. — Трой, Трой, расскажи… — О чём ты? — Чистая кровь. Что дальше? — Да, слушай… Когда племенам хумансов надоело что их режут как баранов и отнимают нажитое — они объединились в одно королевство, которое стало потом империей, а затем… Троя снова отвлекли. Я терпеливо ждал — Что дальше? — Дальше… Старые кланы, что до этого враждовали меж собой, стали получать поражения раз за разом. От никчёмных хумансов. Нашёлся вождь что смог объединить Орков и собрал Орду. Но было уже поздно. Империя окрепла и смогла дать отпор. Орду разбили, потом ещё раз разбили и у наших предков появился шанс. Да, один истинный орк десяти хумансов стоит, но, некому стало воевать с империей. Обезлюдели кланы. Мало осталось мужчин и бывшие рабы и слуги стали воинами. Ибо подчиниться хумансам было ещё позорнее. Когда закончились войны с людьми… Нет, никто не победил. Леса и поля обезлюдели, а в степи мало осталось орков. Тогда резня началась между нами. Старые орки хотели решать наши судьбы как и прежде, чего не хотели новые, закалённые в боях молодые орки. Нашим родам пришлось покинуть степь. По разному сложилась судьба ушедших. Кто-то пошёл на службу к людям. Хумансам всегда нужны наёмники. Империя держится на силе. Другие ушли дальше в степи и стали кочевниками. Наш род дошёл до моря и сел на корабли. С тех пор люди с этой стороны Ойкумены считают нас орками. Да и мало кто помнит нашу настоящую историю. Много времени прошло с тех времён. Скажешь тому же Бьёрну или Олафу что их предок был рабом — получишь в морду. А то и в Круг вызовут, до смерти биться. — А ты откуда узнал? — Мне рассказал наш дед. А ему — его дед. И если бы ты дурень слушал бы нашего деда, то не задавал бы таких дурацких вопросов. — А что Старые? — Они нас ненавидят больше людей. Хотя в наших жилах течёт их кровь. А Оркланд… там же где и раньше. Отстань, балбес. Тебе заняться нечем? — Есть конечно. Вон штаны порвались, починить надо. — Вот и займись…

Мы плыли весь день до позднего вечера Впервые сегодня сел на вёсла. Ненадолго. Трой небрежно бросил: — Подмени Эрика Тяжело было заставить себя без дрожи взяться за весло. И к счастью, это оказалось не так страшно как казалось. Я почти не опозорился. Хотя первые мои судороги заметила вся команда. Добрые слова понеслись со всех сторон. Самые простые — отрубите ему руки и выкиньте за борт. Может акулы не побрезгуют. Пронесло. Видимо память тела действительно работала, как и говорил колдун. Стоило настроиться и поймать общий ритм, как всё встало на свои места. Трой дал несколько советов, успокоился и замолчал, а остальные перестали отпускать свои незамысловатые шутки. Мне даже понравилось. Кровь побежала по жилам, лёгкие расправились, вдох-выдох глубокий и мощный, предплечья надулись дурной мощью. Сила из меня так и прёт, блин, как круто! Один ритм — одно движение. — Хэй, взмах, — хэй — вёсла опустились, рывок. И ни одной мысли в голове. Сплошная медитация. Хорошее тело мне досталось. Труд как наркотик. Кто бы мог подумать… Нам везло. Ветер больше почти не менялся и на вёсла приходилось садиться не часто. Погода ровная. Солнце даже иногда начинало пригревать, вырываясь из плена облаков. Лепота. Только братец Трой расслабиться не давал. И находил новые забавы. Всё что можно было сделать в условиях не сильно большого корабля делалось, вбивалось в голову и повторялось для практики. Я не просто слушал рассказы и поучительные истории, нет. Я чинил сетку, зашивал прореху на штанах, смазывал обувку, проверял стрелы. И ведь шло как-то. Само собой. Не сразу, обратил внимание, что стоило мне мне отключить мозги или задуматься — как руки становились удивительно ловкими и сами делали привычную работу. За что бы я не взялся, стоило только чуть отрешиться и слегка забыться — всё шло как по маслу. Подсознательное и привычная механика — секрет успеха. Верь себе. Верь в себя. И всё равно потихонечку доканывал Троя: — А колдовство — Колдовство дело тёмное и только колдуны в нём разбираться. Всё Тороп, отстань, язык болит. День пролетел незаметно и был насыщен по полной. Поздним вечером мы подошли к берегу и встали на ночёвку. Разбили лагерь, выставили охрану и плотно порубали всухомятку. Мне чудом не досталось ни дежурства, ни хозработ. Это хорошо.

К исходу четвёртого дня мы достигли конечной точки нашего похода. Напряжение начало отпускать. То ли устал бояться, привык, врос в шкуру или выверт сознания, адаптация. Короче, выдохся напрягаться. Попустило. Что будет, то и будет. Мы останавливались

на ночёвки на берегу, в диких и пустынных местах. После ежедневной качки привалы принималось манной небесной. Твёрдая земля… это… блин, счастье. Кто не отбил зад о банку гребца не оценит. Небольшой шторм, заставший нас в пути, заставил понервничать и напрячься в основном только меня. Для кого шторм, для кого — лёгкое волнение на море. На эту жуть орки плевали. Не, никто не сморкался за борт, не посылали Эгиру проклятья и пожелания. Так, напряглись немного по делу. Рутина. Смысл обижаться на силы природы? Всё равно не услышат. Ну извините, ново для меня. Трой привязал меня к скамейке, как самого не опытного. На всякий случай, побеспокоился по братски. Чем ещё больше заставил напрячься. Вдруг отвязать не успеют? И ушёл в гости к морскому царю. Вместе с кораблём. Извините что гусли забыл, вы меня с Садко перепутали. Держался в общем я неплохо. Чему помогал непонятный пофигизм(явно не моё) и сила воли(Гм… не уверен). Всё равно. Напряжение копилось и не хватало разрядки. Поэтому, что бы меня не ждало впереди, ждал этого с нетерпением. А ещё, резко пришло осознание, что сильно не хватало одиночества. Слишком насыщена жизнь в коллективе, когда всё на виду. Реально напрягает. Колхоз — это не моё. Флотилия не потеряла ни корабля, ни одного гребца. Хороший знак, обмолвился Сигурд. Замерев возле крутого берега, недалеко от устья неизвестной реки, корабли покачивались в тишине, стреноженные якорями. Любители пошутить и поддеть острым словцом гребцов соседних ватаг помалкивали. Лишь тихо переговариваясь меж собой. Некоторые даже спали. Ждали ночи. Незаметно задремал. Толчёк в плечо. Надо же — уже стемнело. Отодвинулся, давая простор гребцу. Взмах, скрип, и драккары скользнули вперёд. В ночи, проходя вдоль лесистого берега, корабли вошли в устье реки. Под негромкий плеск вёсел флотилия вытянулась цепочкой. Наш Драккар шёл последним. Гребли не больше часа. Почти в тишине, как призраки, мы неслись вперёд, держась середины реки. В неяркой видимости звёздного неба подошли вплотную к берегу. С тихим шелестом нос судна заехал на покатый берег накатом и воины начали покидать борт. Короткое совещание наших вождей и сборный отряд двинулся по тропинке от берега. Через какое-то время тропа вывела на дорогу. Спустя полчаса в полной тишине отряд разделился на три неравные части и те тронулись своими путями. Наша ватага пошла в обход. Двигались тихо, заранее озаботившись что бы ничего не звякало и не гремело. До этого Трой лично после высадки заставил меня попрыгать и подтянуть все что можно. Нашей целью оказалось плохо видное в темноте поселение с невысоким, в полтора роста частоколоми и небольшой башней над воротами. Сильно уступающее виденному мне ранее Бургу. Возможно обычная деревня местного пошиба или маленький городок. Человеческое поселение. Хумансы спят, не подозревая о нависшей беде. У нашей команды была задача стоять в оцеплении, ждать когда главный отряд сделает своё дело. Перекрыть все пути побега из поселения, для пресечения паники и тревоги, что могли степным пожаром охватить соседние деревни. Бьёрн со своим корешом Туском недовольно бурчали что всё веселье пройдёт мимо и не дело славным кригсманам прятаться за спины других. Мне, мягко говоря, было неуютно. Дико не хотелось убивать кого бы то ни было. Понимал мозгами что у людей мне любви и понимания не встретить. Наслушался на корабле о славных подвигах. Для них я такая же злобная тварь как и остальные мои соплеменники. Хочешь не хочешь — держись своих. К дьяволу менжеванье. Надо терпеть. Наш колдун-контрразведчик, вскрывший меня как как банку пива, легко и не напрягаясь, ушёл с главным отрядом. Не зря хёвдинг и остальные кригсманы относились к колдуну с истинным почтением. Наше Вундерваффе решил главную проблему. Напустил такого дурмана, что охрана потеряла бдительность и задремала. Расслабленную стражу закидали стрелами и дорезали ножами. Почти мгновенно, орки, выстраивая живые лестницы из своих тел и щитов, преодолели трёхметровый частокол и оказались в деревне. Спустя пару мгновений распахнулись и ворота. Живой поток чистой зелёной злобы полился творить беспредел. Не знаю как он смог ускользнуть незаметно и перемахнуть через забор, но тем не менее парень ушёл, и сейчас нёсся прямо на меня. Видимо свет горящих за его спиной домов мешал разглядеть нас в темноте. Хотя мы и не скрывались. Бьёрн сделал пару шагов вперёд и с резким хаканьем метнул копьё. Бедного парня снесло как ударной волной и отбросило на несколько метров назад. Копьё пробило его на сквозь, выйдя острым жалом из спины, что доставило Бьерну явное удовольствие. Орк осклабился. Горд, заметно. Жесть полная… Выждав ещё некоторое время мы по команде вошли в деревню. Всё было кончено. Надо сказать при всей своей внешней беззалаберности орки в походе были рациональны, практичны и соблюдали железную дисциплину. Пожар был быстро потушен. Воины пытали недобитых людей, желая упростить себе жизнь и не тратить время на нычки и возможные захоронки. Награбленное добро стаскивалось и вываливалось в центре небольшой площади. Авторитетные делегаты от каждой ватаги оценивали и раскладывали вещи по кучам в зависимости от объёма и ценности. Даже без споров. Были выставлены посты вокруг деревни и по ходу главной дороги. Чтобы избежать неожиданностей и сюрпризов. Жёстко, конкретно и только по делу. В этот день я впервые увидел как делают магию. И честно говоря, мне это не понравилась. Колдун сел на корточки перед небольшим костерком, водрузил в него котелок и замер. Через минуту он, словно очнувшись, начал подкладывать в котёл травки и непонятные мне ингредиенты, периодически помешивая варево, доводя его до кипения. Когда варево было готово и охлажденно холодной колодезной водой, он сделал знак своим своим помощникам. Те согнали оставшихся пленников в одну кучу и заставили каждого сделать несколько глотков. Через некоторое время стало заметно что пленники не в себе. Глупо улыбаясь и пошатываясь они перестали обращать внимание на творящееся вокруг. Словно одурманенные наркоманы они получали какое-то неестественное удовольствие от своего состояния. На фоне разбросанных трупов и кровавых луж смотрелось довольно мерзко. Колдун внимательно осмотрел хумансов и показал на молодого плечистого парня. Выдернув из толпы и отведя его в сторону на несколько шагов орки разложили его на земле. Колдун присел перед телом и невозмутимо распорол ему брюхо. Просто и незамысловато. Одним движением. После чего достал из своей сумки небольшой полупрозрачный камень и впихнул его бедолаге в живот. Следующим действием он начал резать по телу узоры, словно элементы какого-то неестественного панно. Пленник был жив и всего лишь периодически подёргивался с дурацкой улыбкой на лице. На каком то этапе парень вздрогнул, дернулся и обмяк. Колдун запустил руку в кровавый разрез и вытащил свою закладку. Внимательно осмотрел. При предутреннем сумраке было хорошо видно что камень поменял свой цвет на красный. Повертев камешек в руках, колдун огляделся вокруг. К этому времени орки дорезали всех, кто ещё подавал хоть какие то признаки жизни. Не увидя подходящего объекта, задержал взгляд на ближайшей группе орков, подумал, расстроенно покачал головой и повернулся к своей группе подопытных. Выбрав, по каким то своим причинам, следующий объект он кивнул помошникам. Конвейер заработал. Людей вскрывали как свиней на бойне, делались закладки, резались руны и узоры по живому. Затем отработанных оттаскивали и сваливали в общую кучу. Умирали все достаточно быстро. Кроме одного взрослого мужика, который продержался вдвое против остальных. Что привело невозмутимого колдуна в хорошее настроение.

Не знаю как долго и почему я смотрел на всё это действие. Словно заморозили. И не мог оторваться. Просто не мог. Хотя в этот момент мне хотелось одного — оказаться подальше от этого дерьма. Блин… можно обратно в шторм посреди моря. Всё лучше чем это. Было мерзко и жутко страшно, но я впал в странное оцепенение, и не знаю, чем бы всё могло закончиться. К счастью пришёл Трой, подзатыльником привёл в чувство, а когда пинками погнал грузить телегу муть в моей голове окончательно рассосалась. Дышать начал. Потрогал, не мокро ли в штанах, не, пронесло. Вот… же…. В свете увиденного моё душевное равновесие дало резкий крен. Колдун… волшебство… жуть… А сказка то попалась страшная, подумалось. Других не знаем, ответил сам себе. Было раннее утро когда всё закончилось. Барахло было собрано, помечено и закидано в крестьянские телеги. Деньги и немногочисленные настоящие ценности посчитаны и поделены между ватагами. Запряжены лошади и ослы, совершенно обыкновенные, какими я их и помнил. Ни рогов, ни крыльев, ни каких других отличий не заметил. Людей вырезали всех. Не пощадили никого. Ни стар, ни млад. Я старался не смотреть на сваленные в кучу тела. Нет, я не был готов схватить топор и разделать всю честную зелёную братию под орех. Может это трусость и неуверенность в своих силах. Хотя какие уж тут силы… смешно… Был бы пулемёт и ящик гранат тогда… Нет, не знаю. Если бы у бабушки были яйца… Хорош. Переключи мозг. Благодаря колдуну у нас потерь почти и не было. Кто то из местных все же успел проснуться и дать отпор. Были слегка порубленные и побитые, но этим всё и ограничилось. Для настоящего орка — ни о чём. Больше шрамов, шире морда. Колдун подлечил всех пострадавших. Нетрадиционным способом. Эффектно, и, что уж сказать, красиво. Раны закрывались, кровь переставала течь, оставались шрамы. Как он это делал, я не разглядел, было далеко. Ну и желания подойти поближе не было. Не хочу… Отобрали несколько телег с лошадьми и загрузили барахло. По количеству транспорта были выбраны и возницы, орки кто наиболее пострадал при штурме и молодёжь. Мне не доверили. Народ за добро переживал. Укатит не туда, ищи его потом. Не надо нам такого. После чего войско двинулось в сторону кораблей. Нас ждал новый путь. Уже на берегу заранее поделённую добычу покидали на корабли. Меня как обычно отправили помогать Свену. И когда сытый народ расслаблялся и отдыхал, я драил наш походный котёл и гонял свои мысли. Поспать так и не получилось. Зато успел пообщаться с Троем. Как не удивительно, отнёсся ко мне с сочувствием: — Что, плохо? — Так себе… — Пройдёт. В первый раз — обычное дело Я не выдержал: — Почему мы всех убили? Какой в этом смысл? — У нас нет возможности брать сейчас пленных. Отпустить их нельзя. Всего один человек может добраться до соседней деревни и хумансы поднимут тревогу. В городе быстро узнают про нас и будут готовы. Наши жизни против их. Всё просто. И ещё. В деревне одни крестьяне. Ценность их невелика. Наш поход только начался. Зачем нам лишнии рты. Чтобы их охранять — нужны воины. И чем больше рабов — тем больше воинов. Глупо. На обратном пути мы можем набрать рабов. Поверь, многим из нас не по нраву убивать женщин и детей. Но мы просто их убиваем, а не мучаем. Если бы ты попал в плен Владетелю местных земель — так просто тебя бы не убили. Он посадил бы тебя на кол. Или придумал другое, что бы умирал долго и мучительно. А женщины и дети, которых ты пожалел, кидались бы камнями и мочились на твою голову. — А колдун? — Колдуну нужна сила. Эта сила спасёт тебя в бою и вылечит если ранят. Кровь родича дороже жизни хуманса. В полдень, отдохнув несколько часов, погрузились и вёсла вспахали воду…

Весь день лил дождь. Не спасали ни трофейный плащ, ни выделанные бычьи шкуры, что достались нам в числе прочей добычи. А после такого их наверное можно будет просто выкинуть. На что Трой сказал, что так себе хабар, не жалко. Суставы словно поскрипывали при движении, от избытка влаги и сырости. Проще было сразу раздеться до штанов, разуться и принимать мир таким, каким есть, с чувством здорового пофигизма. Суши теперь одежду… Вчера, поздним вечером, мы пристали к берегу, а под утро случилась непогода. Наверное хорошо что шли по реке. В море такая ситуация доставила бы серьёзные неприятности. Если не хуже. Гремел гром, сверкали молнии, дождь стоял стеной. На реке творилось чёрт знает что. Наши командиры приняли решение остаться на месте. К моему удивлению все ватаги довольно быстро соорудили тенты из кольев, вёсел и запасных парусов. Не ожидал от орков такой прыти и стремления к комфорту. До этого мы просто спали под открытым небом и небольшая морось никого не смущала. И уже менее чем за полчаса несколько подобий больших палаток надежно укрывали народ от непогоды. Небольшие костерки дымили, чадили, разгорелись и исправно давали тепло. Напрягаться в плане приготовления горячей пищи никому не хотелось, да было и достаточно проблематично. У кого было такое желание грели мясо и хлеб на костре. Наш суперинтендант Свен открыл свои закрома, выдал сухпай вяленым мясом и бочонком легкого пива на десерт. Народ отдыхал и расслаблялся. Натянули верёвки, начали сушить одежду, блестя обнажёнными телами. Были конечно и недовольные, коим достался жребий находиться на кораблях или стоять в карауле, на случай неожиданного нападения. Но их меняли каждую пару часов и недовольство в тепле и сытости быстро забывалось. Меня, по причине статуса и возраста, участь сия миновала, что устраивало меня более чем. Воином я официально ещё не считался и спрос был маленький. Лишний раз не припахивали. Ну разве что дрова на растопку, ерунда в принципе. На берегах реки сучьев и обломков деревьев было предостаточно. Натаскал быстро большую кучу, чтоб на всю ночь. Кому подкидывать и без меня хватало. Вот только мокрый с головы до пят. А в остальном… Никто меня не дёргал. Чувствовал себя вполне комфортно. Спасибо брату Трою и его харизме, в обиду он меня не давал. А с учётом «болезни» — даже жалел и помогал в меру своего разумения. От него мне прилетали порой и пинки и подзатыльники, но я был рад, он действительно вёл себя как старший брат и по своему любил меня. С остальными членами нашей ватаги отношения сложились вполне ровные, мои мелкие проколы и странности никого не возбуждали и воспринимались спокойно — что с него болезного возьмёшь. Не совсем дурачок — и слава богам. Откровенной дедовщины небыло, а мелкие просьбы я считал исполнять своей обязанностью и курсом молодого бойца. Не сломаюсь. Орки сами по себе народ достаточно чистоплотный. Воины тщательным образом следили за гигиеной и одеждой. Если что то надо было починить или сделать — делалось и чинилось своими руками, не доверяя никому. Мне, что бы не выделяться, тоже довелось за эти дни научиться или вспомнить кой какие навыки. Трой был настроен сделать из меня настоящего походника и спуску не давал. Потерпим. Лишь бы во благо. В этот день колдун вспомнил о моём существовании. Заглянув к нам в палатку, переговорил с Сигурдом о своём и уже было уходил, когда заметил меня. Приняв не задумываясь решение он махнул рукой, приглашая идти за собой. Я оглянулся на Троя. Тот молча кивнул. Под дождём дохлюпали до места. Неплохо. Колдун обладал серьёзным статусом, если ему поставили отдельную палатку. Причём это была именно палатка, а не кусок парусины. Тот же хёвдинг Харальд спокойно проводил время среди своей ватаги в самодельном сооружении, что они слепили из того что было. Надо сказать — достаточно качественно. Колдун сбросил плащ и плюхнулся на коврик. Мне же пришлось садиться по турецки напротив на влажную землю. Благо мокрая трава, а не грязь. Почти повторив его позу. Не знаю как ещё можно устоиться на земле не имея привычной мебели или кучи подушек под бок. Не торопясь начать разговор, колдун бросил несколько веточек на жаровню, наполненную горячими углями. Вспыхнуло пламя. Приятный запах наполнил палатку. Настроившись отвечать на вопросы о самочувствии, памяти и здоровье, я ждал. Но колдуна такие мелочи не интересовали. Совсем. Как и мои вопросы и желания. Он задумался ненадолго, выдал: — Сейчас ты будешь делать то, что я тебе скажу. Хочу кое что проверить. Он потянулся, взял сумку, порылся в ней и достал несколько предметов. Вытащил из небольшого футляра полупрозрачной камешек, чем то похожий на янтарь. — Возьми в руку, сожми — Крепко? — Просто сожми. Камешек неожиданно кольнул ладонь и потеплел. Колдун, словно прислушиваясь к чему-то, кивнул, достал из сумки пузырёк и кисточку. Заставил меня снять рубаху и скупыми движениями начал наносить на плечи и грудь замысловатые символы. Не сразу я сообразил что в пузырьке была кровь. Возможно тех бедолаг что были убиты прошлой ночью. Почему то меня это не трогало. Может включился предохранитель от перегорания мозгов, что бы контакт не замкнулся? Может быть… Хоть не ножом расписывает. И на том спасибо. Колдун отложил инструменты, уставился на меня. Пламя погасло, но яркие угли позволяли различать детали. — Смотри и слушай меня внимательно. Подождал. Я молча взирал. Продолжил: — Постарайся ни о чём не думать. Освободись от мыслей. Представь горящий костёр. Смотри на огонь. Закрой глаза. Не думай о родных и близких. Почувствуй в груди огонь. У тебя в груди должен быть огонь. Не думай о еде, не думай о женщинах. Только огонь в груди… Ничего другого… Против воли меня улыбнуло. Выскочило воспоминание из детства. Мне нравилась книжка об одном известном плуте и народном любимце. Был там такой эпизод: герой лечил горбатого ростовщика от его недуга. Засунув его в старый мешок и постоянно повторял — только не думай о старой лысой обезьяне. Иначе ничего не получиться. Ты не думаешь о старой лысой обезьяне? Правильно не думай о старой лысой обезьяне, а то ты не вылечишься… И ещё этот, жадина местный, ну прямо вылитая зелёная обезьяна, треш полный. Колдун, видя мою реакцию, подняв брови, покачал головой. Спустя мгновение у него в руке оказался нож. И тут меня пробило. Холодный, мерзкий пот, потек по спине. Я вспомнил как спокойно и не спеша колдун резал людей. И что показавшийся мне смешным невозмутимый зелёный дядя — чистый людоед и маньяк-убийца. И жить мне или нет дальше, зависит только от его настроения. Или желания. Не туда колёса повернули… настройся идиот. — Ты готов? — Да. — Сожми камень Колдун поставил между нами грубо слепленную свечку. И повёл свою мантру: — Закрой глаза… почувствуй огонь… в груди разгорается огонь… сильный огонь… он всё сильнее… наполняет тебя… огонь… свеча… сожми камень, крепко… огонь распирает твою грудь… огонь… свеча………….жги!

— Ах ты отрыжка троля! Ты что творишь обезьяна бесхвостая! Иди сюда…. Сознание рывком вернулось, дёрнулся, и дубинка разминулась с моей головой. А я рванул на выход, на полусогнутых. Стена палатки полыхала, постреливая искрами. Волосы от жара начали скручиваться. Гипнотезёр чёртов! Сумел моё сознание в сумрак пихнуть. Раскрутил по полной. Вставило не по детски… Эк полыхнуло. Нормально же сработало… Дурацкое стечение обстоятельств. Когда сознание оторвалось от тела и ухнуло в темноту, а вдали показалась искорка света… не спеша полетел в ту сторону… Огонь!… Огонь!… Сколько можно повторять! Вылезло из памяти… фильм про войну, где немцы с огнемётами… Зрелище… С воображением у меня с детства проблем не было. Наложилось одно на другое. И тут — давай, делай! Ну и дал, не по детски…. Ветер в голове в голове попутным не бывает… да. Но красиво же! — Я тебе про свечку говорил! Мелкий пакостник! Свечку! Стой выкидыш самки гоблина! Нас не догонишь! Быстрее только ветер! Успеть до Троя добежать… Палатку даже тушить не пришлось. Дождь. Хоть что то в тему. Одна стена всего сгорела. Больше колдуна за сапоги вставило, разулся называется… Ну и так, по мелочи… порошки, травки всякие. Ладно. Не убил — и слава богам местным, уберегли. Хотя побегать пришлось. Спустя короткое время колдун пришёл в себя, обрёл обычную невозмутимость. Парни быстренько обратно откопали меня из захоронки. Раскидали сучья и камни. Сунули кусок сыра с хлебом, у костра пристроили отогреваться. Посыльный передал пожелание не показываться ближайшее время на глаза, ибо, во избежание. Чему с удовольствием и последовал. Колдовство дело тёмное.

Вёсла поднимались и опускались, толкая тело драккара вперёд. Мощное поступательное движение без рывков и перебоев. Идём как глиссер по волнам, на одной мускульной тяге. Пенистые буруны кружатся за кормой. Опытная команда и отточенная техника. Я сидел на верхушке мачты и обозревал окрестности. Никого. Сигурд решил подстраховаться и загнал меня на рею. Изображай из себя мартышку. Жалко хвоста нет. Не обнимался бы со смолистой мачтой. Высоко. Ещё и мачта гуляет, словно на качелях болтает. Мы шли вверх по реке Нера. Большая река. Иногда она достигала такой ширины, что один из берегов терялся. Что позволяло идти кораблям порой в ряд, соревнуясь друг с другом в скорости и сноровке. Густые леса и равнины чередовались бесконечно, сменяя друг друга с неумолимой неизбежностью. То тут, то там мелькало зверьё, вышедшее на водопой. Сказка. Этот, безусловно, восхитительный вид не радовал меня. Всё время казалось что я участвую в каком то дурацком розыгрыше. Такое хорошее, качественное, эпичное кино… Красивые декорации, потрясающие виды, брутальные актёры. Казалось — ещё немного, и орки побросают вёсла и — Сюрприз! Все смеются и улыбаются. Статисты стирают зелёный крем с лица и тела, выдёргивают вставные челюсти, с треском отрывают накладные уши, выкидывают кольчуги и мечи за борт. А те не тонут. Потому что пластмассовые. А над драккаром зависает вертолёт с кинооператором. В это время к берегу подъезжает здоровый джипарь с открытым верхом. А оттуда весело машут руками симпатичные загорелые девчонки в бикини. А затем… — Ах ты… В ответ радостное ржание. Это Эрик запустил в меня огрызком яблока. — Эй! На мачте! Хватит ворон считать! Смерть свою проспишь! — Не сплю — Что за телепень… Вчерашний день запомнился знатным рубиловом. Судьба свела с флотилией местного феодала. Вражеские корабли отличались отсутствием резных голов на носу, пузатостью и белыми парусами. Другой стиль, наверно для других задач. Может были и более мелкие детали, чего от расстояния не заметил. Встреча была нежданной и радости не вызвала у обеих сторон. Река делала изгиб, а внутренний берег был достаточно высок. Поэтому хумансов заметили поздно и вышли в лоб за считаные минуты. За нами явное преимущество — семь к четырём. Заднюю никто не дал и аборигены ринулись в бой с тем же энтузиазмом что и наша сборная стая. Наверное переговоры бессмысленны и тратить время на глупости посчитали излишним. Ненависть была взаимной и бескомпромиссной. Корабли пёрли как на таран. Засвистел воздух и тупые удары засевших в борта стрел пробежались звуками града. Большая часть ватаги была ещё на вёслах, разгоняя дракона и не спешила хвататься за оружие. Оставались минуты до столкновения. Неприятной неожиданностью вылезло наличие у противника колдуна или мага. Внезапно, с флагмана людей, с рёвом оторвался и быстро достиг соседнего с нами драккара огненный ком, размером с футбольный мяч. Огонь расплескался по палубе, перекинулся на парус, полыхнул жаром, выводя корабль из боя. Команде резко стало не до боя. Орки бросились тушить, но куда там… Мы, проскочив дальше, с треском столкнулись бортами с противником. Не успел я сказать — здравствуйте, как вокруг пошла круговерть. В щит воткнулась пара стрел, что то обожгло бок и по голове прилетел удар дубиной. На какое то время я выпал из реальности. Когда очнулся — хумансов уже добивали. Кожаный шлем уберёг от последствий. Топор от полёта за борт спасла петля на запястье. По щиту, что прикрыл меня сверху при падении, потопталась не одна пара ног. Чувство отбивной и кровь из носа — не большая плата за жизнь. Пронесло. Правда воин из меня… Орки победили. Задавили врага массой и злобой. Хотя на караблях орки ещё рубились с людьми, всем было понятно, что это не надолго. Хумансы ничего хорошего не ждали и в гуманизм моих зелёных собратьев не верили. Не без основания. Поэтому рубились до конца и прыгали за борт, предпочитая тонуть в тяжёлом вооружении, чем повторить то же куском мёртвой туши. Дошло почему Трой и другие не стали кольчуги натягивать. Плавжилет наоборот. Не выплывешь. Надо сказать люди вооружены были неплохо. Даже получше чем наша гоп-команда в целом. Доспехи, одного кроя, были у многих, пусть даже и кожанные в основе своей. Более-менее одинаковое вооружение. Что делало местную дружину в чём то похожей на регулярную армию. И всё же, было заметно, что один на один, у хумансов шансов немного. Орки превосходили мощью, силой и какой то звериной энергетикой. Выделялись более мощным сложением и ростом. Ну не считая таких недомерков как я. Возможно на земле у людей был бы шанс противостоять звериному напору за счёт грамотной тактики, строя и правильного командования. Но, не сегодня и не здесь. Игра в одни ворота. Наш колдун уделал оппонента без особых проблем, быстро и жёстко. Не видел. Говорят кричал чародей громко и кровью исходил, будто изнутри его кто то поедал. Не сдюжил. Не по Сеньке вышла шапка. Мне сказали — колдуны и маги вещь штучная, встречаются редко. Вот и захотел местный князь нас нахрапом взять, на чудо-оружие понадеялся. А тут — сюрприз. У зелёных своё Wunderwaffe, Калибром побольше. Не срослось. А так, кто знает… Драккар сгорел, половина команды то же. Мысли пошли на новый виток. Было ещё одно, что будоражило моё сознание. Тороп прорастал во мне. Нет. Не так. У меня не появилось его воспоминаний. Хотя что то такое… на уровне подсознания… может сны, которые я мгновенно забывал, интуитивные действия и решения? Информацию я, как и раньше, впитывал в себя как губка где и сколько можно. И, если честно — мне везло. Большим плюсом было то, что уже сложившаяся ватага Сигурда бывала в нашем Бурге не часто, наездами. И до недавнего времени на Торопа, молодого орка, никто внимания не обращал. Ничем таким особо он не запомнился. Серая мышь. Ни здоровья, ни, гм, ума. Обидно, но хорошо. Даже Трой, родной брат Торопа, мало того что был на несколько лет старше, последние года провёл в набегах и походах. Поэтому «странности» младшего брата если и удивляли его порой, но до упора не напрягали. Всё члены нашей ватаги были родом с одного Бурга и являлись в той или иной степени родственниками друг друга. Постепенно мозаика складывалась. Выстраивались стройные цепочки родственных связей, запоминались значимые моменты жизни, серьёзные поступки и курьёзные случаи. Я знал поименно братьев, сестёр и ближайший родственников. События в родном Бурге, радости и проблемы соседей. Да и много чего ещё. Что касается памяти. Может травка колдуна помогала, хотя пил её сначала только для видимости. А может такое тело интересное мне досталось. Не сразу, но постепенно до меня начало доходить. Я перестаю быть собой. Во мне растёт что то новое. У меня полностью изменилась моторика движений, появились несвойственные жесты. Я по другому ел, спал, двигался. Стоило мне задуматься или отвлечься, моё тело становилось другим — сильным, резким, неожиданно ловким. Когда Трой заставлял меня тренироваться с оружием, стоило мне отключить мысли и начать слушать-верить своему телу — у меня всё получалось. Ножи втыкались, топорами я мог жонглировать как в цирке, а дубинка крутилась как пропеллер. Была и обратная ситуация. Включая мозг и логику городского жителя — я становился типичным представителем своего, земного, поколения пепси. Всё валилось из рук. Топор падал на ногу. Дубинка вырывалась и летела в любую сторону. А когда я собирался метать ножи — народ напрягался и отползал подальше. Трой зеленел и сыпал проклятиями, а у орков появлялся лишний повод поржать. Поводов для шуток породил я изрядное количество. С другой стороны это работало мне на руку. Клоунов всерьёз не воспринимают. А мне пока и не надо. И всё же. Меня вдохновляли мои неожиданные прорывы. Это что то. У меня всё же появился неожиданный бонус. Ещё бы мозги с телом срослись правильно — И будет мне счастье. Наверное. Может быть. Блин, как домой то хочется…