Чтение онлайн

— Тебе нужны деньги?

— Я бы съездила в город и купила кое-что для себя и Таши. Нам много не надо. Думаю, пары сотен кредитов хватит.

Точно милостыню прошу. Так, надо себя брать в руки. В конце-то концов, я же здесь не доброволец и мне обещали законную заработную плату.

Иеракс молча, выдвинул ящик в столе и извлек оттуда пятиугольную золотистую пластину. Положил передо мной на стол и, сомкнув в замок пальцы перед губами, спокойно произнес:

— Код семь восемь ноль четыре Зенон. Трать сколько нужно. Не стесняйся.

Я уставилась на мужчину, как кот на свое отражение. Он тепло улыбнулся. Очень тепло. По-отцовски. Мое сердце болезненно сжалось. Я никогда не знала, как это, быть любимой отцом.

Точнее была совсем маленькой, чтобы крепко запомнить это чувство. Мое сиротское сердце всегда тайно тосковало о папе, который всегда заботился обо мне и маме. Когда он умер, мне казалось, что мир рухнул. Все вокруг почернело и потеряло краски. Спустя десять лет я так и не научилась в полной мере быть счастливой. А теперь херонец, представитель чужой инопланетной расы, готов дарить мне отцовское тепло. От неожиданной мысли ком подступил к горлу, а на глаза навернулась непокорная слеза.

— Я еще дам тебе двух охранников. И Зенон пойдет с тобой, — продолжил он, рассматривая меня поверх сомкнутых пальцев.

— С Зеноном? — непроизвольно вздрогнула я.

Иеракс повел бровей:

— Ты боишься? Чего именно? Зенона или за него, что он не справится?

— Нет-нет, — замахала я руками. — Просто…

— Послушай, Рита, — от этой уменьшительной формы моего имени я вздрогнула. Так называл меня только папа. Херонец тем временем продолжил: — Я скажу тебе о моих некоторых размышлениях о тебе и Зеноне. Я вижу, что ты уже сделала невозможное. За пару стандартных вращений ты смогла то, что другие ученые мужи не сумели сделать за три полных цикла! Твое влияние на моего сына очевидно и бесспорно, как и впечатляюще. Я ждал от тебя много меньше. Ты не знаешь, но сейчас в империи неспокойные времена. И поэтому возвращение в общество Зенона важно как никогда, — он глубоко вздохнул и продолжил: — И именно поэтому, я спешу. Думаю, можно понемногу начинать выводить его в люди. Поход в торговый центр — будет хорошим подспорьем. Ты будешь рядом, поэтому сможешь в любой момент поддержать его и нивелировать панику. Можешь действовать так, как посчитаешь правильным. Ему это нужно. Я планирую его уже в ближайшее время возвращать назад в общество. Подобная практика ему очень нужна. Так что этот вопрос не обсуждается.

— Я не думаю, что это все-таки хорошая идея… — отвела я неуверенный взгляд.

— Почему? Зенон обидел тебя?

— Не в этом дело…

— Скажи, я не знаю языка жестов землян, — внимательно всматриваясь в мое лицо, сдвинул брови Глава Рода.

— Я на него сегодня накричала, — опустила я глаза.

— Накричала? На Зенона? Он позволил? За что? Он приставал?

Я лишь коротко кивнула.

— Как?

Ответила я не сразу, поскольку никогда и ни с кем не говорила по душам. Разве что с подружкой по колледжу. Но ведь она девушка. А это нужно откровенничать с мужчиной, да еще и другой расы. Непривычно и неловко. Как бы то ни было, говорить придется, потому что он единственный, кто заинтересован в моем и Зенона благополучии. А чтобы найти общий язык с мужчиной другой расы, необходим советчик из той же расы. Так что завязав в тугой узел стеснение, я начала:

— Я… он… обнял меня и поцеловал в шею. А я ему пощечину дала…

Лоб Иеракса прорезала морщина недоумения.

— Атаны к эранам подходят только в том случае, если она начала путь ему навстречу, — загадочно прорек херонец и приблизился, положив руки на стол. — Ты дала ему повод.

Я лишь пожала плечами, мол, не знаю, как. Иеракс закивал понимающе головой:

— Видимо у вас другие брачные игры… тебе, наверное, страшно? Не бойся. Он никогда не сможет причинить тебе вред. Особенно, если ты запала ему в сердце. Скажи, что именно до этого ты делала? Как себя вела? Что говорила? Скажи. Тогда мне будет легче ответить, начала ли ты брачную игру с ним или нет.

Я озадаченно вытянула лицо, но все-таки ответила

честно:

— Сегодня ночью он пришел ко мне и лег рядом. Таша спала. Я хотела прогнать его, но он сказал, что так он лучше себя чувствует и может легко уснуть. Ну, тогда я разрешила ему остаться, но велела не прикасаться ко мне. Он пообещал… а потом… — тут я замялась.

— Что потом? Это очень важно.

— Я боялась, что он разбудит Ташу тем, что сильно хлопал хвостом по постели, поэтому я схватила его… чтобы успокоить…

На лице Главы Рода расцвела осененная улыбка, будто, наконец, до него все дошло.

— За хвост? Схватила? Зенона? — его глаза смеялись.

— Да. А что? Трогать за хвост других у вас считается неприличным? Я не знала… — растерянно заморгала я.

— Во-первых, поймать за хвост Зенона даже я никогда не мог. В бою это считается однозначной и неоспоримой победой. Застать херонца, да еще и воина, врасплох, невероятная удача. Значит, он никак не ожидал от тебя этого или же хотел, чтобы ты сделала этот шаг. Вероятнее второе. Во-вторых, когда женщина, то есть эрана, берет своего атана за хвост, это считается тихой просьбой о… кхм… вступлении в более близкие отношения. Другими словами, эрана говорит, что она готова к… продолжению рода.

Моя челюсть упала на колени. Вот, значит, что имел в виду Зенон, когда сказал, что делать этого не стоит, если…

Иеракс довольно и широко растянул губы и сделал заключение своему объяснению:

— Теперь тебя от Зенона никто не спасет. Тем более, ясно, что ты понравилась ему.

Видно было, что он доволен разворачивающимися событиями. Я не могла оторвать потрясенных глаз от умиротворенного лица Главы Рода. Значит, он хочет, чтобы я осталась и стала полноправной женой его сына. Тогда все проблемы его решаться на раз-два.

— Я… я… еще ничего не решила… как так можно?.. — качнула я головой.

Иеракс поднялся на ноги и, заложив руки за спину, подошел к окну.

— Есть вещи, которые мы, херонцы, так и не научились контролировать. Это наша тайна. Тебе я открываю ее, потому что ты стала объектом слабости моего сына. Я предполагал, что так и будет. Не думал, что так скоро. Тем лучше.

— Какая тайна?

— Наша природа. У каждого херонца есть слабость — его эрана. Она может полностью или частично контролировать его и его желания. Поэтому мы очень тщательно подходим к ее выбору. Тебе бояться нечего. Он будет нежен с тобой и очень ласков. Поверь. Херонцы трепетные любовники. Поскольку ты начала брачные игры с ним, он будет тебя добиваться. И будет делать это до тех пор, пока ты не сдашься. Мы умеем быть настойчивыми, поверь. А Зенон особенно. Так что я рад этому. Наконец, у меня появилась надежда заиметь внуков.

Я возмущенно насупилась, сверля сердитым взглядом затылок Иеракса:

— А как же его болезнь? Или вы о ней забыли? Тем более я — инопланетянка! Разве возможны в нашем браке дети?

Херонец вздрогнул, услышав мои жестокие слова, и добродушие вмиг исчезло с его лица, когда он повернулся. Его уши прижались к голове. От этого движения мое сердце пропустило удар, но я никак не подала виду, что испугалась реакции Главы Рода. Внутри даже совесть шевельнулась, потому что поняла, что я ему нож в сердце вонзила этими словами.

— Это моя беда, Рита. Как я могу ее забыть? И это его беда. Зенон страдает от этого. И боль свою прячет за злостью и одиночеством. И в этом одиночестве он впервые шагнул навстречу к кому-то в поисках помощи. До этого он всех гнал, вгоняя себя еще в большее отчаяние и пустоту, — в глазах Иеракса вздрогнула печаль. Его отцовское сердце скорбело. — А сегодня я узнаю, что тебя сын принял быстро и без отговорок. И я… несчастный отец… верю, что ты примешь его в ответ. Не оттолкнешь его. Молю тебя, Харита! — он шагнул мне навстречу с горящими надеждой глазами. — Прими его! Дай ему сил и желания дальше бороться!