Чтение онлайн

— Эдвард так выглядит и так говорит столько, сколько я себя помню, — массируя виски, устало ответил он.

Лидия на мгновение остановилась и бросила на собеседника хмурый взгляд.

— Тогда та горничная, Бетти. Она заигрывала с вами, сэр. Она явно пыталась за этим что-то скрыть, — напирала девушка.

— Бетти заигрывает со всеми представителями мужского пола. Она не обделяет вниманием даже Эдварда, а ему в этом году уже исполняется семьдесят лет, — отмахнулся от выдвинутой версии Вельф-младший.

Ему никак не удавалось избавиться от головной боли, появившейся на третьем часу их расследования. Однако помня негласные правила настоящего мужчины, юноша не выдал своего состояния

ни единым словом. Только вот руки его жили своей жизнью и постоянно тянулись к голове.

— Кухарка! Ни одна новость не проходит мимо кухни. Она должна была что-нибудь услышать!

— Теодолинда, как вы, наверное, уже заметили по ее речи, туговата на ухо, и вряд ли слышит хотя бы часть этих самых слухов. К тому же тело нашли только сегодня утром, и с тех пор почти все слуги находились в приемной этого кабинета. Однако, как вы помните, они все молчали.

— Теодолинда? Что за дурацкое имя! А еще у вас какие-то странные слуги. Молчат, словно им всем отрезали языки. Где вы только нашли таких?

Вестэль резко выпрямился в кресле и подался вперед: он пытался уловить мелькнувшую на краю сознания мысль за хвост.

— Теодолинда — нормальное ботилианское имя… — медленно произнес маркиз. — Где мы нашли слуг? Нигде. Некоторые служили еще во времена моего деда, другим служба перешла по наследству. И вы правы, они что-то скрывают. Всегда скрывали.

Они настороженно посмотрели друг на друга, впервые за время расследования нашедшие общую точку соприкосновения своих мыслей.

— И что мы будем с ними делать?

— Ничего, — пожал плечами Вельф-младший. — Уверен, даже если будем резать их на кусочки, они ничего не скажут. Скорее всего, дядя запретил им распространяться о том, что происходит в этом особняке. А его приказы всегда выполняются дословно. Если ему не подчиниться, то наказание будет неожиданно и крайне сурово.

— В таком случае, следует попросить Его Светлость отменить на время нашего расследования свой приказ. В конце концов, среди нас убийца! А вдруг мистер Блум не единственный, кого он задумал убить? Вдруг завтра утром мы обнаружим новый труп где-нибудь в столовой?

— Значит, завтра у нас будут новые улики, — мрачно то ли пошутил, то ли сказал серьезно Вестэль. — Но, впрочем, вы правы. Нужно поговорить с дядей. А заодно допросить последнего слугу в этом доме.

— Мы кого-то упустили?

— Да, моего камердинера. Дядя запретил ему помогать нам, но не запрещал мне его допрашивать. Сейчас вечер. Они наверняка находятся в главном кабинете. Пойдемте, мисс Деллоуэй.

Лидия и Вестэль вышли из одного кабинета и направились в другой в поисках герцога Вельфа и Адальберта Ольфсгайнера. Юноша нарочно замедлял шаг, чтобы дать себе время на раздумья. Он еще не знал, о чем будет спрашивать дядю Северина. Ведь была большая вероятность того, что Его Светлость попытается утаить правду из каких-то своих тайных соображений. В таком случае допрашивать придется одного камердинера, что было едва ли не сложнее, чем вытягивать истину из герцога.

Девушка невольно смотрела на маркиза, шедшего справа от нее, и думала. Первый час их тесного знакомства обоим дался нелегко. Они категорически отказывались учитывать мнение друг друга, из-за чего после первой же попытки разговора произошла тихая, но оттого не менее неприятная ссора, которая породила напряженное молчание. Из-за этого напряжения у обоих заныли плечи. Лидия вспомнила то, чему ее учила мадмуазель Гирэ, и попыталась завести непринужденный разговор о погоде. Но то ли у девушки было скудное воображение, то ли серое небо за окном не способствовало хорошей беседе. Разговор не состоялся. Атмосфера продолжала нагнетаться после каждого допрошенного слуги. И когда уже стало казаться,

что следователям предстоит провести несколько часов в аду наедине друг с другом, как Вестэль разрядил обстановку, предложив собрать все доступные улики воедино и проанализировать их.

— Мистера Блума убили в малой гостиной между двенадцатью и часом ночи, — начал он, поставив локти на стол и сложив пальцы домиком. — Я осмотрел тело и не обнаружил других следов смерти, кроме колотой раны в груди. Если только преступник не воспользовался дорогим и хитрым магическим ядом, который не оставляет улик, то убийство было совершено столовым ножом, который остался в теле жертвы. Столовый нож отличается от обычного кинжала — его конец тупой. Чтобы убить кого-то им, нужно очень сильно постараться. Преступник обладает недюжинной силой, поэтому членов вашей семьи, мисс Деллоуэй, мы можем полностью исключить.

— Само собой, — насмешливо фыркнула Лидия, сложив руки на груди. — Но почему вы тогда не исключили всех слуг женского пола? Думаете, они способны на такое?

— Способны, — твердо ответил Вестэль. — Как я не раз убеждался, все служанки этого особняка изо дня в день выполняют много тяжелой работы, и они довольно сильны физически. Когда я еще был совсем маленьким, случился один неприятный инцидент. Тогда на работу впервые наняли нового садовника. Энтони был хорошим, работящим парнем, но имелся у него один небольшой изъян: он слишком любил женщин. И однажды поплатился за свое распутство. Кэрри была хорошенькой горничной, примерно вашего возраста. Она только-только поступила к нам на службу, заменив свою мать. Я помню, какой веселой и доброй девушкой она мне тогда казалась.

Энтони крутил перед ней хвостом, и в результате Кэрри влюбилась в него и позволила себя соблазнить. А потом бедная девушка узнала, что он имеет несколько любовниц в городе, и вовсе не собирается на ней жениться. Она не знала, как рассказать об этом своим родителям. И от осознания своего бесчестия Кэрри сошла с ума, задушила несостоявшегося жениха его же собственным поясом и повесила его на дереве, которое служило местом их встреч и которое стало символом их любви. Не знаю, что с ней потом стало, так как я ее никогда больше не виде… С вами все хорошо?

Побледневшая Лидия упрямо подняла подбородок и посмотрела на собеседника горящим взором. Ее живое воображение тут же показало девушке молодого парня с посиневшим и перекошенным лицом, висящим в петле на ветке разлапистого дуба. Ей припомнился запах разлагающегося трупа из гостиной, и в горле как будто образовался комок. Однако младшая мадмуазель Деллоуэй не любила выглядеть слабой. И для этого ей нужны были слова.

— Все в порядке, — чуть хрипловатым голосом произнесла она. — Просто я подумала, что если подобное произошло со мной, то я повесила бы этого подонка не на ремне, а на его собственных кишках. Мужчина, который обманывает женщину, не имеет права ходить по земле с сердцем в груди!

— О, — удивленно выдохнул Вестэль, впервые по-новому посмотрев на свою напарницу.

Раньше она казалась ему просто надоедливой девицей, жаждущей влезть туда, куда не надо. В его глазах Лидия так и осталась авантюристкой, но маркиз впервые задумался, что и у нее есть свое собственное мнение, причем иногда довольно жесткое. Ради забавы он мысленно даже попытался представить себе их совместную жизнь. Выходило не очень.

— Ладно. Не будем больше об этом. Сомневаюсь, что мистер Блум стал жертвой из-за чьей-то ревности. Если верить показаниям Эдварда, в особняке он попал впервые, поэтому вряд ли кто-то из слуг убил его по своей воле. Если тот, кто вонзил нож в тело жертвы, живет в этом доме, то единственным, кто мог приказать это делать является… Его Светлость герцог Вельф.