Т-150
Шрифт:
– Готова? – спросила она.
– Нет, но разве у меня есть выбор? – улыбнулась я.
– Не волнуйся, ты – красотка! И раз, два, три!
Девушка развернула меня лицом к зеркалу. И я увидела это существо. Это кто? Кто такой белобрысый и коротко стриженый смотрит на меня? Это не могла быть я… Не ошибка, все же я. Волосы белые, лишь корни слегка темного родного оттенка. Прическа очень короткая, самое длинное, пожалуй, челка, взвинченная к верху. От шока и удивления мои глаза приняли зеленый цвет. Такое бывает.
Я помню, как едва слышно сказала «спасибо», расплатилась и вышла на улицу. Отойдя несколько метров от салона, я остановилась на месте, и слезы автоматически потекли из глаз. Это слишком. Я ожидала что-то более женственное, красивое. Зато теперь меня можно смело принять за «Васю»! Почему все видят меня такой? Даже
Через некоторое время мне удалось успокоиться. Я обиженно поправила эту непослушную челку, а она снова встала дыбом. Интересно, кто будет ругаться громче – папа или мама?! Я посмотрела на темный экран телефона и увидела свое отражение. Вокруг глаз все красное от слез. Вот красота! Наконец, я взяла себя в руки, взвалила рюкзак на спину и пошла дальше. До дома идти несколько минут пешком. На улице слегка темнело, хотя всего-то пять вечера. Где-то позади меня раздался крик. По интонации было похоже, будто меня кто-то звал. Но я не знаю этого языка. Это не английский, не немецкий и, тем более, не русский. Угадать по произношению не получится. Я осторожно обернулась. Этого следовало ожидать. Какой-то незнакомый парень растянулся на льду и не мог подняться. Он был в легкой толстовке и джинсах. Слишком легко одет для декабря. Волосы светлые, выразительное лицо. Его глаза просили о помощи. Парень определенно что-то говорил, но я ничего не могла разобрать. На каком языке он говорит? Почему не может подняться? Я, как в замедленной съемке, подошла ближе к незнакомцу. Что с ним не ладно?! Наклонившись, я взяла его за руки и попыталась поднять. Это было легче, чем я думала. Пока я поднимала его, мой капюшон слетел с головы, и новая прическа полностью открылась незнакомцу. Парень стоял совсем близко и смотрел на меня, не отрываясь. Странно, что он не смеялся. Хорошо, нужно дать ему наставление и уйти. Так как он был решительно выше меня, мне пришлось приподнять свой взгляд чуть выше, чтобы посмотреть в его глаза.
– Будь осторожнее на льду, можно сильно удариться. Ладно… скажи «спасибо», и я пойду, – произнесла я.
Парень несколько секунд в упор смотрел на меня, мои волосы… и одежду. Он дотронулся до моей куртки и мехового капюшона. Затем почему-то потрогал мою новоиспеченную челку. Под его рукой она поднялась вверх и больше не падала на глаза. Парень что-то проговорил еле слышно. Но я снова ничего не поняла. Это бесполезно. Он не умеет говорить по-русски. Я отошла от него и отвернулась. Перед тем, как уйти, я сказала ему «пока».
– Пока? – спросил он.
– Эм… ну да. В России люди говорят так, когда прощаются – пока! – я была в замешательстве.
Больше он ничего не сказал. И хорошо, потому что я больше не знала, что ответить. Я просто ушла. И как ему не холодно? В тонкой кофте. К вечеру мороз усиливается и от этого становится лишь холоднее. Может он закаляется? Или что-то вроде того. Мне больше не хотелось вспоминать эту неудобную ситуацию. Там мне было стыдно, возможно, я боялась лишнего внимания. Но в моей памяти отчетливо запомнился его взгляд. Он был одновременно напуган и заинтересован. Вдруг у него проблемы, а я так безжалостно ушла. Все равно, мне нечего ему предложить, разве что могу позвонить в скорую или вызвать полицию.
В нашей квартире горел свет. Это означало, что родители уже вернулись с работы. Чудесно! Двух зайцев разом! А если серьезно, то я боюсь. Через минуту я решилась войти в подъезд. У нас пятиэтажный дом, наша квартира на последнем этаже. Это определенно помогает заниматься спортом, когда поднимаешься по лестнице… В конце дыхание сбивается, а ноги становятся ватными и не желают подниматься. Вот она – наша дверь. Я потихоньку открываю ее и захожу в прихожую. Родители готовят ужин на кухне. Может удастся проскочить незамеченной? Но нет, внезапно послышался голос папэда.
– Кристина, раздевайся и иди помогай! Где ты была?
Моя душа ушла в пятки, и сердце больно екнуло. Но мне не спрятаться от родителей. Я осторожно зашла на кухню, встала к стене и закрыла глаза. Я не хотела видеть первую реакцию. Пусть это случится без меня. Идеальная тишина. Неплохое начало, дальше последует истерика. Я приоткрыла один глаз, чтобы через маленькую щелочку взглянуть на окружающую меня ситуацию.
– По-моему, неплохо, но разве ты не хотела длинные волосы? – произнес папа.
– По-бунтарски и слишком дерзко. К чему это все, Вась? – расстроено
спросила мама.– Я просто хотела что-то изменить… – начала было я.
– Даа… сюрприз удался, – продолжала мама.
Я кивнула. На данный момент смотрины были окончены. Я тихо ушла в свою комнату. Родители продолжали обсуждение без меня. Так лучше. Они все обговорят, обдумают и озвучат мне свое решение. А теперь к самому интересному! Как выглядит ваша комната? Наверняка, кровать, шкаф и письменный стол, понатыканные в маленьком пространстве. У меня по-другому. У меня двухэтажная комната! На первом этаже расположена небольшая кровать и телевизор, здесь же платяной шкаф. По лестнице, намертво прикрученной к полу и потолку, я могу забраться на второй этаж. По сути, это чердак пятиэтажки. Но родители выкупили небольшую площадь для меня. Так как в комнате на первом этаже помещалась лишь кровать, было решено расширить мое личное пространство. На чердаке располагался диванчик, компьютерный стол, стеллаж с книгами и учебниками, компьютер и кресло. Все, для того чтобы учить уроки. Второй этаж был моей собственностью. Сюда после ремонта больше никто не поднимался. Так уборка этой комнаты всегда была на мне. В семье завелось правило: если я нахожусь на втором этаже, значит, я занята или просто хочу побыть одна. Это решает проблемы. Мне никто не мешает учить уроки, и мы избегаем шумных конфликтов. Вот и теперь мне хотелось скорее подняться на чердак, надеть огромные наушники и сидеть на диване в гордом одиночестве. Я переоделась в большую домашнюю кофту и натянула спортивные штаны. С новой прической этот образ смотрелся хорошо, по-спортивному. Но я больше не стремилась увидеть свое отражение, я ждала вердикта родителей. Я бы совсем не удивилась, если бы мама завтра отвела меня на перекраску.
Я медленно забралась на чердак, включила настольную лампу, взяла наушники со стола. Вот оно, умиротворение. Только здесь можно почувствовать себя в своей тарелке. Я повернулась к дивану. Возможно, я хотела на него сесть, но это раньше… Я застыла на месте и не могла пошевелиться. Как? Как он сюда попал? Все произошло слишком быстро. Я почти закричала, в тот же момент парень обхватил своей ладонью мой рот. Через несколько секунд я уже была привязана к компьютерному креслу. Мой обидчик заклеил мой рот скотчем, а пальцами – нос, чтобы у меня не было ни малейшего шанса издавать звуки. Чуть позже он отпустил мой нос, чтобы я могла отдышаться. Я жадно вбирала воздух и выдыхала его, боясь, что это последняя возможность глотать кислород. Подумать только! Это тот же парень, что и тогда поскользнулся на льду. Я ему помогала подняться, а теперь он хочет убить меня. Но у нас в доме нет ничего ценного! Что ему нужно?!
Парень смотрел на меня пристально, не отрываясь. Почему-то в его глазах не было ничего злого. Он терпеливо ждал, когда я хотя бы немного успокоюсь. Но мое волнение только усиливалось, я не контролировала свои эмоции. По лицу стекали тихие слезы. Парень аккуратно вытер их рукой. Он внимательно изучал каждую клеточку моего лица. Он провел большим пальцем по моим бровям, затем нежно коснулся моей щеки. Что если он – маньяк? Я мысленно просила его пощадить меня. Ему нужна не я, я же «Вася»! Есть много других девушек, красивее, чем я.
– Прости, кажется, я напугал тебя. Я этого не хотел. Клянусь, я не стал бы тебя связывать, но тогда бы ты позвала своих родителей. Мне нужно кое-что тебе рассказать. Если ты готова меня выслушать, я сниму с тебя скотч, – совершенно и чисто сказал он по-русски.
Я испуганно кивнула. Как только он освободит мой рот, я могу позвать на помощь… или все же узнать, что ему нужно. Парень осторожно отлепил скотч, я даже ничего не почувствовала, странно… Я решила пока не кричать, не станет же этот парень убивать меня просто так? Или он – псих?
– Как ты сюда забрался? И на каком языке ты говорил? Что происходит? Зачем ты здесь? Что тебе от меня нужно? – я не могла остановиться.
– Тише, успокойся. Я обязательно отвечу на твои вопросы, но по порядку. Когда мы встретились на льду, я еще не знал ваш язык и говорил на языке 05 измерения. Но теперь мой организм адаптировался к вашей речи, и я тебя понимаю, – сказал он.
– Какое измерение? Что за..?
– Подожди. Я следил за тобой всю дорогу, ты меня не замечала и не слышала, так как что-то вставила в уши. Я поднялся вверх по лестнице, ты зашла в дом, не закрыла за собой дверь. Пока ты была со своими родителями, я нашел эту комнату, теперь я здесь.