Сводный брат. Опекун для бунтарки...
Шрифт:
Счастливые и удовлетворенные, они уснули в объятиях друг друга, не думая больше ни о чем. Он обнял ее и крепко прижал к себе, словно боялся потерять. Она же, безмятежно уснула в его крепких руках с улыбкой на губах.
На утро, первый луч солнца, скользнувший по ее щеке, разбудил ее и она вздрогнув, открыла глаза. Наконец придя в себя, она увидела его спящего и в ее голове, возникли образы их вчерашней любви. Улыбнувшись, она тихонечко выбралась из-под его руки и прошмыгнула в ванную. Ей хотелось быть свежей и красивой, когда он проснется. Включив воду, она подставила лицо струям воды и оперившись на стелу ладонями, просто стояла под душем. Все еще вспоминая их вчерашнюю страсть. Она больше не думала о нем, как о враге или циничном обманщике. Отныне, он стал для нее той
— Неужели это все происходит со мной… Неужели это правда… — произнесла она в слух свои мысли.
— Это правда! — послышался в ответ голос Джозефа за ее спиной. Вздрогнув, она резко обернулась и взглянула на него. Он стоял вплотную к ней и улыбался глядя на нее сверху в низ. — Я здесь, с тобой! И буду с тобой, до скончания нашего времени! Я наконец, обрел тебя и уже никогда не отпущу!
Она молча слушала его, положив ладони на его мощную грудь и по щекам ее катились слезы. Это были слезы счастья. Он вновь видел в ней ту, нежную и наивную девочку, которую знал когда-то. И теперь, он просто не имел права допустить ее в нем разочарования. Он осторожно вытер ее слезы и поцеловал. После, он вывел ее из душа, вытер полотенцем и отнес на постель. Чтобы вновь, доказать ей свою любовь.
И она послушно принимала все его ласки, и дарила ему свои. Вопреки всем и всему, они стали весьма гармоничной парой.
После утренних ласк, они вместе приняли душ и направились на завтрак. Он дал ей свою рубашку и она надев ее на голое тело, проследовала за ним в низ.
— И все таки ты мне проспорила… — смеясь заметил он.
— Как? Когда? — удивленно спросила она, потягивая свой утренний капучино.
— Сегодня ты ходила передо мной не то, что топлес а и вовсе обнажённой, и при этом совершенно не стеснялась этого. — ответил он и подмигнул ей. — Ты же понимаешь, что это значит?
— Что? — переспросила она. Она помнила о их споре, но не придавала этому значения. Думала, что это всего лишь глупая шутка. Тогда он подошел к ней, и опустившись на одно колено, протянул ей кольцо.
— Теперь ты моя навсегда! Ты согласна? — спросил он. Она смотрела на него в полной растерянности. Такого поворота она никак не ожидала. Еще вчера утром, он был ее врагом номер один. А сегодня, он делает ей предложение. Однако столько всего произошло и изменилось со вчерашнего утра. Она знала его всю свою сознательную жизнь и пусть большую ее часть, с нехорошей стороны… Все же теперь он стал совершенно иным. И ее чувства к нему стали другими. Она смотрела на него, и понимала что хочет быть с ним. Но боялась того, что скажут и предпримут их родители, когда узнают об этом. — Не думай о родителях… — словно слыша ее мысли сказал он. — Ответь так, как говорит тебе твое сердце. Остальное я беру на себя!
— Я согласна… — заплакав произнесла она улыбаясь. Он радостно надел на ее палец кольцо и подскочив, подхватил ее на руки и с восторгом закружил ее в
своих объятиях. Обняв его за шею, она как девчонка радовалась вместе с ним. Она доверила ему все. Свою судьбу, сердце и жизнь. И верила в то, что он не обманет и не предаст. Наконец поставив ее на ноги он добавил.
— Я прямо сейчас решу наш страх и опасения по поводу родителей… — и не дав ей и слова сказать, тут же набрал номер отца. Она стояла как вкопанная и смотрела на него. После нескольких гудков, Кеони поднял трубку. — Пап привет…
— Доброе утро сын… — послышался голос Кеони. — У вас там все в порядке? Что-то случилось? Ты еще никогда не звонил так рано…
— Все в порядке… — засмеялся Джозеф. — Хотя… Кое что все же произошло…
— Не пугай меня… — встревожился Кеони.
— Я только, что сделал предложение Никки и она согласилась… — выпалил он в трубку. Ответа не последовало. В трубке повисла тишина. — Ало, пап… Ты меня слышишь? Я хочу жениться на Никки…
— Да… Да… Я слышу… — наконец отозвался Кеони. — Просто ты этой новостью застал меня врасплох. Я и предположить не мог, что когда либо услышу такую новость. К тому же, когда мы сказали Никки, что ей придется
пожить с тобой, она упиралась как могла и не хотела ехать. А прошло всего несколько дней и ты мне заявляешь такое… Что там между вами произошло?— Все хорошо… Она пересмотрела свое ко мне отношение… Вернее, я доказал ей, что изменился… — пояснил Джозеф. Он сел рядом с Никой и держа ее за руку, улыбаясь говорил с отцом. — Так что ты скажешь, ты не против?
— Ну во первых, этот вопрос нужно было задавать мне еще ДО того, как ты сделал предложение Нике. А во вторых, еще ничего не знает мама. И мне нужно будет ей это как то преподнести. Такая новость ее шокирует конечно. — пояснил Кеони.
— Ну это понятно… — засмеялся Джозеф. — Но ты все же скажи мне… Ты не будешь против, если она станет моей женой?
— Я никогда не думал об этом. Но сейчас понимаю, что лучей парой чем ТЫ для нее и ОНА для тебя не будет. Даже не смотря на ваши разногласия в прошлом и взбалмошные характеры. Да и знаю я вас обоих. Так что, с моей стороны никаких возражений. Как только мы здесь закончим, сразу вылетим к вам в Лос-Анджелес. — ответил Кеони и одним своим ответом успокоил обоих. Ника выдохнула в голос, чем рассмешила Джозефа. — Ладно сын, Никки привет, мне пора…
— Хорошо. До скорого… — попрощался Джозеф и положив трубку, вновь вернул все свое внимание возлюбленной. — Вот видишь, все в порядке, мы зря боялись…
— Но мы еще ничего не знаем о мнении моей мамы… — возразила Ника.
— Я думаю, что отец все уладит и приведет необходимые аргументы, чтобы она тоже согласилась. — убеждал Джозеф.
— Посмотрим… — пожала она плечами. — Ты мне лучше скажи вот что… Как то уж больно складно все получается…
— Ты о чем? — непонимающе спросил он.
— Ну смотри… С момента, как родители сказали мне, что я должна буду пожить тут, прошла одна неделя… Когда я приехала, весь дом был подготовлен к моему приезду так, словно у тебя в запасе было как минимум полгода… И все так, как люблю именно я… Потом, это странное поведение Мэтью и Билла вчера… Сегодня это кольцо… Как то все это странно… Как будто ты знал, что все будет именно так и был готов к этому… — пояснила она.
— Ты права… — улыбнулся он и налил ей еще кофе. После чего сел рядом и начал свой рассказ. — Я действительно был готов к твоему приезду. И времени у меня было предостаточно. Все дело в том, что я понял, что люблю тебя еще год назад. Когда увидел тебя в инстаграм. Я влюбился сразу и бесповоротно. Я каждый день смотрел на тебя, изучал что ты любишь. И что тебе нравится. Но просто смотреть на тебя в сети, мне было недостаточно и я начал думать над тем, как же мне встретиться с тобой. Но так, чтобы ты была без родителей и только со мной наедине. И желательно на несколько дней. В идеале месяц. После недельных размышлений, я нашел решение. И попросил друга помочь мне. Мы специально создали проблемную ситуацию на Гавайях, чтобы отец полетел туда. И не один, а с твоей мамой. И озадачил их так, чтобы им там было не до тебя. А зная твою маму и то, как она тебя опекает, она не сможет оставить тебя дома одну. И когда отец позвонил мне, я сам предложил ему отправить тебя ко мне. Поэтому, твоя комната была уже готова. Она ждала тебя почти год.
— Я в шоке если честно… — удивилась она. — Я и так не могу до сих пор прийти в себя от того, что произошло между нами за все это время, что я тут. Нет, я нисколько не жалею о том, что открылась и доверилась тебе. Ты и правда доказал мне, что любишь меня. И надо признаться, что когда я впервые увидела тебя спустя столько лет, то и во мне что-то колыхнулось. Но поскольку я ехала чтобы довезти тебя до белого каления, потому что считала тебя врагом… Я не позволяла себе думать о тебе как то иначе. Но твои поцелуи пробудили меня. Уже после первого я не могла думать ни о чем другом. И когда Билл поцеловал меня, я сразу вспомнила твой поцелуй. И его поцелуй не был уже для меня таким хорошим. После твоего первого поцелуя все начало терять свой смысл. Но характер все еще рвался на ружу. И только повторный, поцелуй в гримерке, все расставил по местам. Мое тело, словно пробудилось ото сна. Но мне все же непонятна эта ситуация с Мэтью и Биллом.