Сводный брат. Опекун для бунтарки...
Шрифт:
— Мы же вроде все выяснили… — сказал сердито Джозеф без микрофона.
— А я передумал… — улыбнулся Билл. — Давай выясним все здесь, на ринге… Кто победит, тот с ней и будет.
— Она игрушка, чтобы делить ее еще с кем-то… — злился Джозеф. — Она принадлежит мне и это уже никто не изменит… Только что, в гримерке, она целовала меня так, что тебе и не снилось…
После этих слов уже и Билл разозлился не на шутку. Он первым нанес удар. Джозеф в ту же секунду, отбросив пояс чемпиона, набросился на Билла. Казалось, что эти двое готовы разорвать друг друга на части. Они кидали друг друга, словно игрушки. Били кулаками в лицо и с ожесточением пинали упавшего на пол
Но все закончилось столь же резко, как и началось. Биллу так и не удалось нанести свой коронный прием «гарпун», Джозефу хватило скорости, увернуться. А вот Билл уже изрядно вымотанный не успел заметить приближающуюся опасность. Подпрыгнув, Джозеф нанес ему свой коронный удар «superman punch» (удар супермена). И Билл упал без чувств. Рефери трижды ударил ладонью о ринг и победа была присвоена Джозефу по праву.
Билл не сразу пришел в себя. Однако, он видел улыбку Джозефа, которая была красноречивей любых сказанных слов.
И вновь, Джозеф гордой походкой, с высоко поднятой головой и поясом на плече, в сопровождении своих друзей, Джозеф направился обратно. Туда, где его уже ждала, такая дикая и такая трепетная любовь.
Третья глава: В ловушке ринга
Глава третья: в ловушке ринга.
Она наблюдала за происходящим по монитору телевизора и стоя здесь, понимала все отчётливее, что Джозеф бьется сейчас за нее. За то, чтобы отбить ее ото всех. Каждый его удар, как удар молота был для нее веским доказательством его слов. Оставалось лишь одно, как то объяснить это родителям. И теперь, лишь это останавливало ее.
Когда бой закончился, безоговорочной победой Джозефа и он направился обратно, она нервно вскочила с кресла. Она ходила кругами по гримерке, не зная что сказать ему, когда он придет к ней. Она была совершенно растеряна. Ведь когда она ехала к нему, то и подумать не могла, что ситуация измениться в корне.
Оставив позади ревущую толпу и аплодисменты, он шел к себе в гримерку, в сопровождении своих друзей.
— Брат, это была бомба!!! — восхищенно произнес Мэтью. — Он давно нарывается на неприятности! Что дальше будешь делать? Скажешь ей обо всем?
— Она уже все знает… — Джозеф посмотрел на изумленное лицо Мэтью и с улыбкой продолжил. — Она в гримерке и видела бой. Кроме того, знает, что я до боя разговаривал с Биллом. И плюс ко всему, она знает о моих чувствах к ней. И хоть, и протестует, но поддается мне…
Мэтью и Саймон были в шоке от услышанного. О чувствах Джозефа, они знали, но что он сумел таки до нее достучаться они слышали впервые.
— А родители ваши в курсе происходящего? — спросил Саймон. — Ты вроде опасался, что они могут обо всем узнать…
— Нет, они еще ничего не знают об этом… — ответил Джозеф. — Я сперва должен убедиться в том, что правильно понял ее намерения и желания. А уж потом, решать вопрос с родителями.
По пути, они встретили Стефани с братом и того самого блондина, что прижимал Никки к углу, вместе с его прихвостнем. Они о чем-то шушукались и завидев, Джозефа резко замолчали. Стефани, фыркнув быстро удалилась с высоко поднятой головой. Чем очень рассмешила Джозефа. А вот собрание вместе, остальных было для него странным и даже пугающим зрелищем. Ничего хорошего, это сборище не предвещало. Но и они быстро разошлись в разные стороны,
чем еще больше насторожили Джозефа и его друзей.— Странно все это… — задумчиво произнес Саймон.
— Зная Стефани, жди проблем… — подтвердил Мэтью.
— Согласен, похоже она что-то затеяла… — согласился Джозеф. — Но сейчас я не хочу думать об этом, у меня сейчас другие, более важные дела.
— Оно и понятно… — засмеялся Мэтью. И похлопав друга по плечу, забрал брата и ушел к себе.
Джозеф же продолжил свой путь. Он и сам немного волновался перед тем, как войти в гримерку. Ведь было совершенно непонятно, как она встретит его теперь. Перед уходом, она была тиха и послушна, но все могло поменяться. Ее характер непредсказуем.
Наконец собравшись с мыслями, он открыл дверь гримерки и они вновь встретились взглядом.
Увидев его, она застыла на месте словно вкопанная. Она стояла и от волнения не знала, куда пристроить свои руки. Теребила пальцы, поправляла волосы и нервно мялась на месте.
Его же это немного позабавило и успокоило. Он понял, что она уже не будет сейчас орать и скандалить, как раньше. Она и сама теперь не знает, что со всем этим делать. А это означало лишь одно… Он может наконец, взять все под свой контроль и укрыть ее ото всех в своих объятиях.
Не говоря, ни слова, он подошел к ней в плотную и взял за руки. Только теперь, он почувствовал ее волнение. Ее руки тряслись, словно листья на ветру. Он прижал ее ладошки к своей груди и тихо сказал:
— Девочка моя… С этого момента, Я стеной встану на пути каждого, кто посягнёт на тебя! Ничего не бойся и не о чем не переживай, я все решу! Верь мне… — она слушала его и успокаивалась под звук его голоса. Только теперь, она верила каждому его слову. Улыбнувшись ее широко распахнутым, по детски глазам, он вновь поцеловал ее.
После, он взял свою сумку в одну руку, ее ладонь в другую и повел ее обратно, к машине. Всю дорогу до дома, она молчала. Ее состояние было ему понятно и он не настаивал на задушевной беседе. Положив руку, на ее колено, он так же молча вез ее в свой дом. Туда, откуда он больше ее не отпустит. И оба они сейчас понимали, чем закончится этот вечер.
Войдя в дом, он бросил сумку и подхватив ее на руки, понес к себе в спальню. Обняв его за шею, она тихонько сидела на его сильных руках и смотрела на него. Она хотела этого, с того самого момента, как впервые растаяла на его губах. Но боялась признаться в этом даже самой себе.
Внеся ее в комнату, он аккуратно положил ее на постель и снял с нее босоножки. После чего сорвал с себя жилет, дав ей возможность вновь рассмотреть его мускулистое тело.
Вернувшись к ней, он неторопливо и нежно принялся раздевать ее трепетное тело. Покрывая поцелуями каждый сантиметр ее бархатистой кожи.
Быстро раздев себя, он продолжил ласкать ее. Она больше не стеснялась и не сдерживала себя. Ее эмоции и чувства вырвались из-под контроля и она наконец стала самой собой. Ее тело плавилось от его поцелуев, словно воск свечи. Сев на колени, он усадил ее к себе и наслаждался ее таким нежным и красивым телом. Приласкав ее грудь, он уложил ее и накрыл своим телом, уютно разместив свои бедра между ее ног. Ее стоны, уже молили его о высшем наслаждении. И он не заставил себя долго просить. Войдя в нее, он начал ритмично двигать бедрами, унося ее все выше. Она выгибалась ему на встречу и обняв ногами, вцепилась в спину. И не было для них сейчас целого мира вокруг, с его проблемами и заботами. Были только ОН и ОНА, здесь и сейчас. Только их неистовые тела. Он любил ее так страстно и так нежно, что она окончательно растворилась в нем.