Чтение онлайн

Бионика находилась здесь же, снова погрузившись в свои недоступные никому мысли, в очередной раз нечто замыслила, а то, что много раньше — добраться до нейтрона уровня "наблюдатель". Заполучит его — решит проблему с суррогатами в городе на раз. А если наоборот и произойдёт, уже никто и ничто не остановит солдат апокалипсиса на пути к достижению поставленной цели. Тогда все люди в секторах ответственности наймитов трёх стран обречены стать суррогатами, либо рабами, а возможно, что и их пищей. Всякое могло произойти, а непременно случиться, поскольку все понимали: это не тот случай — хуже быть не может. Здесь всё сейчас с точностью наоборот — может быть только хуже, и чем дальше, тем больше.

Азаровский в последний раз взглянул на старуху и тех, кто остался при ней — Юльку, Петра и Апанасиху. Та прибилась к ним сама чуть погодя. Живучей оказалась уборщица. Её ничто не брало. Она словно птица Феникс восставала из пламя… даже ада.

— М-да, — подумал майор тогда ещё про себя: у Петра получается самый настоящий бабский отряд. — И достанется же ему от них — не позавидуешь!

Знал бы сам, на что "подписывался", а и тех, кто подался с ним…

Экипаж "Акации" в виду утраты "партизанами" самоходной зенитки "Тунгуска" состоял исключительно из офицеров. Солдат тогда при ракетном ударе противника не удалось собрать — разбежались. Из них только сержант Нечипорук и уцелел, да руки в бинтах и голова. Одно слово калека. Но автомат держал. И даже обещал: сможет стрелять. В противном случае загрызть противника зубами пускай и из числа животных — не станет обузой.

А балласт Азаровский и не собирался брать. Сейчас на повестке дня главной боевой задачей на первом месте стоял сбор разведанных о перемещениях и базах противника. Поэтому изначально выбрали прежний маршрут следования колонны на Ровненскую АЭС.

Сверху на броне располагался Азаровский, держа в руках наизготовку РПД. Калибр патронов "АКМ" был взят за образец с него, так что нужды в боеприпасах при столкновении с суррогатами не должен испытывать. И потом ручной пулемёт — не нынешние чуть меньшим калибром 5,45-мм, и лента крепиться в коробке на 100 патронов. Мечта идиота, если можно так выразиться — в его случае и сбылась. Рядом на башне за НСВ "Утёс" располагался Москаленко. Водителем в "Акации" Онищенко. Как он выжил тогда и не из ума при попадании НУРС в "Тунгуску" — загадка. Возможно дальновидность старого вояки, побывавшего не в одной горячей точки многонациольной родины во времена Союза или при исполнении интернационального долга. Правда получил ожоги, но и тут старуха расстаралась, подлатав каждого вояку в отряде Азаровского. Лейтенант уступил место командира самоходной установки подполковнику Косяченко. И сержант находился там же, рядом с ними. Всего шесть человек при наличии снарядов разве что к пулемётам, да стрелковому оружию, ну и конечно двух ящиков мин к 82-мм автоматическому миномёту "Василёк". Да и гранаты старого образца с минами от 50-мм миномёта прихватили, кои также при умелом обращении можно было использовать в качестве ручных взрывных устройств или растяжках по созданию ловушек. Одним словом — диверсанты. И работы в будущем непочатый край.

Как любил говаривать Онищенко: "Да тут работы — конь не валялся!" или "Война и немцы!"

В путь отправились засветло, не опасаясь столкновения на открытой местности с противником, поскольку проложили остаточный путь прежнего маршрута по глухим местам. Косяченко знал своё дело и не подвёл, а напротив экипаж САУ незаметно к берегу реки.

— Где-то здесь и расположена АЭС, — пояснил он.

Кататься по округе на "Акации" не стоило, а чего это в будущем экипажу и могло — жизней. Поэтому разумнее всего было спешиться, разведывая обстановку на местности. Азаровскому такая работа привычна, а для его спутников необычна — всё-таки контингент попался ему ещё тот — за исключением сержанта все офицеры и моторизированных войск. В лучшем случае мотострелки, и без бронетехники никуда.

Майор пожалел, что не взял с собой паренька, а и девчонку. От них здесь было бы больше толку.

Но ничего не поделаешь, пришлось самому выбирать себе напарника в разведку.

Онищенко и лейтенантом рисковать не стал, всё-таки люди знающие толк в обращении с бронетехникой, и без неё им никуда. В число неприкосновенных вошёл и подполковник. И звание его тут ни при чём. Как командир экипажа САУ незаменим. Сержант ранен — останется при них за стрелка крупнокалиберного пулемёта. Поэтому выбор Азаровским был сделан резонно в пользу Москаленко.

— Капитан…

— А чё сразу? — вспылил тот.

— Привык я к тебе…

— А я — нет…

— Да и потом нам с тобой не впервой вести общение с "живодёрами" и "мародёрами". Помнишь: кто кроме нас? А некому…

Как ни сопротивлялся капитан СБУ, а пришлось нехотя уступить старшему офицеру по званию.

— От холера ты, Валера… — не удержался Москаленко от колкого замечания в адрес бульбаша.

— Так тож моё погоняло на родине.

Капитану СБУ отвадилась роль второго номера в их пулемётном расчёте при РПД. Майор КГБ сунул ему коробки с патронами, а тот предпочёл обмотаться лентами из них.

— Демаскируешь и гремишь, — коротко пояснил Азаровский.

— На тебя не угодишь…

— Кто и куда — мы из-за тебя в такую задницу, а давно…

— Вона как, а я думал — сразу…

— Не начинай, дальше переговоры исключительно посредством жестов.

Майор продемонстрировал пару из них капитану, и они отправились на поиски атомной электростанции.

— Если сегодня не вернёмся, не отчаивайтесь, но позицию смените, да и САУ укройте от греха подальше… — настоял Азаровский при расставании с экипажем "Акации". От переговоров по рации, он также наотрез отказался. Сейчас это им ни к чему и хорошему не приведёт, разве что противника к ним. То, что они общаются посредством портативной связи, было очевидно, благодаря изъятому микрочипу. А им через него подключиться к ним не удавалось.

Капитан ещё предложил вставить его себе в ухо и…

— У тебя голова на плечах для чего дана, чтобы фуражку носить или думать, а не только есть в неё!

— А чё тут думать, когда и так всё очевидно: война нами проиграна и, по сути, закончилась для нас!

— Для тебя — может быть, но не для меня, — напомнил Азаровский лишний раз про партизанское движение. — И потом, кто из нас двоих хохол!

Дополнительно напомнил: находятся на Украине — родине Москаленко, а его постольку поскольку — сродни тоски по Советскому Союзу. Развалить такую огромную империю, надо было суметь — никто не мог победить. Внешний враг всегда терпел фиаско, но нашёлся внутренний — политики. Вот и теперь на них никакой надежды, а соответственно и на штабных генералов. Уже можно сказать: просрали свои тёплые места. Катастрофа неизбежна.

Москаленко давно выбился из сил, поэтому плевать хотел на всякую осторожность. И если Азаровский перемещался вдоль берега реки как тень подобно хищной кошке, стремящейся к водопою, где обычно собирались будущие жертвы, капитан демаскировал его своим поведением. Раз спугнул птиц. Вездесущие чайки… И моря им мало… А самих развелось… Даже в Беларуси водились на водоёмах и чаще озёрах, но и на спокойных реках с широкими берегами.

Раз испугались, значит, познакомились с людьми. Кто-то, по-видимому, охотился на них. Всё какая-то пища, пусть и не привычная дичь. А возможно и звери из числа тех, коих бросили против военных людей на зачистку дороги "живодёры" с "мародёрами".

— Да не шуми ты, — заставил Азаровский притихнуть Москаленко.

А тот и рад стараться — капитан рухнул как подкошенный, не помышляя больше вставать, рассчитывая наглым образом на привал.

— Никуда не уходи, я скоро вернусь, — решил немного побродить в одиночку Азаровский налегке. Забрал у капитана АК-74, а ему в свою очередь уступил РПД. Но вот оптический прицел прихватил, и пару гранат к тем, что имелись при нём. А вот обоймы к разгрузке не стал брать, обошёлся одной лентой из коробки.