Суккуб
Шрифт:
— Навернешься… — Покосилась я, хлюпнув носом.
— Она на дерево опирается. — Отрицательно качнул головой Марк.
Поднявшись, я подошла. Поцеловала. Я уже успела забыть, какой ты некрасивый… Улыбнулась, вздыхая. Обернулась к деду с бабулей, хозяйничающих на могиле единственной дочери и зятя. Марк привлек к себе, обнимая. Терся носом о затылок, целуя волосы. Я сжимала ладонями его руки. Только когда он был так рядом, я понимала, насколько сильно скучаю.
— Я с ума схожу, когда ты пропадаешь так надолго… — Шептал мне в затылок. — Кажется, что ты решила не возвращаться. Что все…
Я отрицательно качнула головой. Говорить не
— Выйдешь за меня, наконец?
Я кивнула прежде, чем успела придумать очередной отрицательный ответ. Закрыла глаза, сжимая обнимающие руки.
— Да?
— Да.
Марк склонил голову так, будто до этого внутри него был зацементирован железный каркас. Мне и самой стало так легко… Ничего не имело значения. Ни кто не был важен, кроме людей, находящихся сейчас здесь.
6
Декабрь 2008
В начале декабря Валерий Михайлович в ультимативной форме сообщил, что я ухожу в отпуск. На две недели. С понедельника.
Возвращаясь домой, я была уверена, что это Марк. Мы расписались в том месяце. Ни о каком свадебном путешествии не было и речи. Но он мог организовать что-то приятное и намекнуть моему шефу, что пора бы меня отпустить отдохнуть. Но сообщив об отпуске Марку, я встретила обычный спокойный взгляд. Это был не он…
Он не мог вырваться так резко. Его день был расписан с девяти до восьми и «звездиться» было не на чем. Мы, вроде как, были на равных. В трудовых книжках идентичные записи. В штатном расписании схожие обязанности. Но его не встречали в аэропортах, у него не было своего агента, его не приглашали в ток-шоу, не снимали интервью для журналов, и к Новому году на прилавках парфюмерных сетей не появятся духи с его именем.
Я подумывала заглянуть к его шефу. Один взгляд, одна мысль. Марк, даже, не узнает. Он смотрел молча, будто слушал мои мысли и намерения. Он прекрасно видел, что мой успех несколько стремителен. Знал, на чем основано внимание. Он пытался понять в этой ситуации меня. Найти место для себя. Даже теперь, после регистрации… Пытался и не мог.
Из коридора зазвонила мобила. Было около десяти, я только вернулась. У меня же, вроде, отпуск? Вынув коммуникатор из сумки, я поднесла его к уху.
— Да, Миш.
— Лид, я пробил нам Италию. — Агент был в деловом восторге.
— Ты шутишь. — Попыталась я сделать голос радостным. Италия стоила мне двух часов медитации на резервной полосе МКАДа.
— Я взял билеты. Собирай вещи, послезавтра в четыре самолет в Милан, днем презентация.
Миша не осведомлялся по поводу моей основной работы. Он вообще не видел необходимости оставаться штатным корреспондентом. Это единственное, чего он не понимал: зачем мне аудитория новостного канала.
— Позвони Грише. — Вздохнула я, нажимая отбой.
Миша — мой агент. И он ненавидит меня. Я это знаю, Гриша это знает, Марк это знает. Двое мужчин, наблюдающих все, буквально все, что я делаю и вынужденных находиться рядом: Миша и Валерий Михайлович. Но с шефом я справляюсь. С Мишей не могу.
Единственное, что я могла сделать с самого начала, это предупредить:
— Наши деловые отношения закончатся в ту секунду, когда ты проявишь ко мне личный интерес.
Он промолчал тогда. Кивнул, пальцем включая гарнитуру в ухе и произнося:
— Да.
Да, это решаю я.Так начиналось наше сотрудничество. И в тот день, в ту минуту он уже ненавидел меня.
Марк вынул мобилу из моей руки. Обнял, целуя.
— Куда?
— Италия. Миша договорился с Limoni. В воскресенье презентация в Милане.
Стянув жакет, прислонил к стене. На третьей пуговице мобила снова зазвонила.
— Марк…
— Потом перезвонишь.
— Потому будет поздно. — Я аккуратно отстранилась. Звонила Гриша.
Я села на лавку, вздыхая.
— Да, Гриша.
— Ты не планировала дать мне отпуск, пока сама в отпуске?
— Это праздный интерес или он тебе нужен?
Произошла заминка. Я прикидывала, сколько времени она жила моей жизнью. Только моей. Мы познакомились зимой почти два года назад. Я, даже, не думала об этом. Она стала частью моей жизни. Частью меня.
— У меня накопились дела, которые неплохо было бы решить.
— Хорошо. Сколько времени тебе нужно?
— Недели хватит.
— Если тебе нужна какая-то помощь, что угодно — просто скажи.
— Я знаю, что ты все можешь, Лидунь. — Улыбнулась Гриша на том конце провода. — Мне, просто, нужна неделя.
— Хорошо. — Выдохнула я. — Позвони мне.
— Не скучай. Отбой.
Я опустила руку с телефоном на колени и посмотрела на Марка, подпирающего стенку.
— Я успела забыть, что она — отдельный человек.
— Я и сам успел забыть, что он — отдельный от тебя человек.
Я нахмурилась. С каким трудом Марк смирялся с Гришей — это отдельная история. Признавать в ней женщину он не собирался. Все их общение состояло из «привет» — «привет», «пока» — «пока». Оттолкнувшись от стены, Марк пошел на кухню. Я опустила голову. По всему телу расплывалась немыслимая усталость. Если бы я могла превратить в жизненную энергию, хоть мизерную толику той силы, что вливалась в меня ежесекундно, пока кто-то где-то листал журналы с моими фотографиями, смотрели ток-шоу или вдруг попадали на редкие репортажи… Я слышала, что все они, даже самые первые, выложены в Интернете на ХХХ-сайтах. Освещение предвыборной компании, беспорядки в Косовске-Митровице. Очень возбуждающее зрелище…
Я просто устала. А без Гриши становилось неуютно. И Марк… Он молчал, но я достаточно хорошо его знала, чтобы понимать, как тяжело он принимает все происходящее вокруг меня.
— Еще пару лет. Пять максимум. И все. Мне не нужно больше. — Вошла я на кухню.
— Не нужно больше для чего? — Марк достал из пиликнувшей микроволновки подогретый для меня ужин.
Застегивая расстегнутые минутами раньше пуговицы, я пошла мыть руки.
Для того, думала я, чтобы попытаться осуществить свою мечту. Первый пункт в том забытом списке. Вернуть маму…
Иногда казалось, что я могу все. Погасить вулкан. Утихомирить торнадо. Остановить Землю. Но уверенности в том, что я могу изменить прошлое — все еще не было.
— Неужели, нельзя было заранее договориться об отпуске? Неужели, тебе настолько наплевать?
Я замерла в проеме двери. Сердце болезненно сжалось.
Четыре года мы были вместе. Он был первым и единственным мужчиной в моей жизни. Мне никто и никогда не был нужен кроме него. Но все эти оправдания не имели значения, если посчитать, сколько времени мы провели вместе в последние два года. Я была с Гришей, я была в журналах, я была в новостях, я была в ток-шоу, я была где угодно и с кем угодно… Только не с ним.