Чтение онлайн

Вчера ночью стриптиз-клуб Олега и правда сгорел. А в связи с тем, что пожар был и еще в одном его клубе в ту гадкую ночь, то Боровикова обвиняют еще и в организации поджога.

??????????????????????????Меня выносит за пределы моей оболочки и просто бросает из стороны в сторону. Шатаюсь как пьяная. Мне хочется смеяться, а затем плакать. Я как оголенный провод, которого щедро поливают розжигом. Чувства душат рыболовной леской, но это это приятно.

Сейчас в эту самую минуту я готова сорваться с места и мчаться босыми ногами до Москвы.

Мне необходимо его увидеть.

Набираю его номер снова и снова. Хоть голос услышать, хоть дыхание. Только звонки остаются без ответа. А потом и вовсе абонент перестал быть в сети.

Волнение поселилось в груди и не хочет исчезать. Как змея греется, покусывает и яд свой пускает в кровь. Травит, я цепенею.

Мы спускаемся с Аленкой вниз. Время завтрака, а у меня кусок в горло не лезет. Тошнота как вязкая улитка поселяется в горле, слюну не сглотнуть.

Тревожность зашкаливает, как и пульс. В тиски закручивает до головной боли и проворачивает.

— Мам, — Аленка идет чуть впереди. Говорит громко. А я словно бреду в тумане. — Смотри!

Поворачиваю голову в сторону, куда она указала.

Олег.

Он стоит у главного входа. Облокотился на стену, руки скрестил на груди и с загадочной улыбкой рассматривает нас.

Сердце пропускает удар. Тысячи ударов перед тем как снова начинает биться выжившей птицей в клетке.

— Олег, — говорю одними губами. Шепчу.

Беззвучно слезы падают. Я делаю резкий шаг вперед, меня словно толкает кто-то сзади, отшвыривает.

Аленка уже кинулась ему в объятия. Они обнимаются, Олег приглаживает ее волосы, кажется, вдыхает их аромат.

Смотрю на них, сердце становится мишенью и его поражают в самый центр. Так остро вонзается дротик. Дергаюсь.

Подхожу на цыпочках. Не хочу спугнуть их. Таких чертовски милых и родных.

— Мама, Олег приехал, — снова громко говорит.

Олег ведет плечами и улыбается мне. Словно извиняется.

Своим взглядом он оплетает и приманивает. Скучал. Страшно скучал. И спрашивать не надо.

Бросаюсь ему в объятия.

К черту это время, к черту расставание, к черту расстояние. Пошло все к черту, когда меня плавит от него, люблю до невозможности. Чувство пропитало меня настолько, что взвыть готова от того, как разрывает оно изнутри.

— Нина, — шепчет, — я думал сдохну без тебя.

Я не могу вымолвить и слово. Выходят только всхлипывания. Я просто обнимаю его крепко и цепляюсь как за последний шанс. Чувствую, как шумно бьется его сердце. Этот стук отдается в моем теле и сливается с моим.

Его ладонь касается моей спины, талии, шеи. Все движения немного резкие, мажущие. Но они пропитаны такой безысходной тоской, не вдохнуть. Легкие сдулись как воздушный шарик.

— Нина, Нина моя, — шепчет на ухо. Шепот пробирается под кожу и скручивает.

Мы хлопками проходимся по телу другого, проверяем, не мираж

ли. Я поверить не могу, что передо мной реальный Олег.

И жмемся так тесно, склеиваемся намертво, навечно.

Наверное, Олег Ольшанский моя самая большая ошибка в жизни и самый главный подарок. Крупный проигрыш и желанная победа.

— Прости, я не дотерпел. Сначала взял билеты неделю назад, но, — он замолкает, я вслушиваюсь в его прерывистое дыхание, — не получилось.

— Это ты прислал мне вчерашние видео? Ты поэтому не мог прилететь раньше?

Я слышу его улыбку. Она скрывает за собой его тайны. Только чуть позже я пойму, что ее мне он не раскроет.

— Ты о чем, Нина? — хитрый голос. Он стал ниже привычного и в нем больше сексуальной хрипотцы. Кровь начинает бурлить от его тона, приятно покрываясь пузырьками.

— Как о чем? — взглядом ищу ответы в его глазах, из каждой клеточки лица высасываю правду. — Мне вчера ночью прислали видео, где горит твой клуб. А потом текст.

Хочу воспроизвести его. Но память замазала те слова черным маркером. Я помню каждый кадр видео, свои чувства до, во время и после просмотра. Помню освобождение. И все…

Олег ведет плечами неопределенно и снова притягивает меня к себе. Я выдыхаю. Да к черту эту правду и те видео. Все в прошлом. Сейчас хочу быть в своем настоящем, где я, Аленка, которая также сильно обнимает Олега, и сам Олег.

— Я звонила тебе, но ты не брал трубку. Хотела слышать тебя, позвать к нам.

— А я уже тут. Сюрприз, — целует в макушку.

Аленка сходит с его рук и тянет в сторону столовой. Совсем забыла о завтраке.

— Нина, — окликает, — давай заканчивать друг друга посылать на хер? Задолбался я выбираться оттуда.

Если бы он знал, как я жалею, что тогда грубо с ним поступила. Ведь он не виноват был. Прошлое корявыми старческими пальцами может сильно держать за горло и не отпускать.

— Прости меня, Олег. Я была на тебя зла. Мне казалось, что я всегда была для тебя Оксаной, — имя его жены теперь произношу уверенно, без запинки.

— Ты никогда не была ею, Нина.

— Я знаю. А еще я знаю, что ты меня любишь.

— Люблю.

Наш завтрак сегодня особенный. Он проходит в полном молчании, но мы то и дело переглядываемся и хитро дарим улыбки друг другу. Даже Аленка была с нами. Еще и хихикала.

Как такое возможно? Мне сейчас так хорошо и спокойно, будто в кровь влили литры обезболивающего.

Раньше я бы ждала после такого окрыленного состояние нечто плохое, потому что не заслуживала такого счастья. А сейчас знаю, что если кто и заслуживает его, то это мы с Олегом.

Между нами были сотни недопониманий, оскорблений, обид. И время, между нами стояло время. Но мы справились. Вон как сердечко у каждого колотится быстро. Это оттого, что мы рядом друг с другом. У них словно свой язык, и они так переговариваются.

— Покажешь море, Ален? — Обращается к дочери.

— Будешь со мной камешки собирать?