Чтение онлайн

Я сделала два шага в кухонную зону. Достала хлеб для бутерброда и включила автоответчик, чтобы прослушать сообщения, пока буду рыться в холодильнике.

«Это Вивиан, — прорычало первое сообщение, запись на автоответчике передала все драматические, гневные оттенки ее голоса. Я замерла, ругая себя, что не удосужилась сменить номер своего телефона. Подробности Варфоломеевской резни ночью в пятницу живо всплыли в моей голове. — Не знаю, где ты, дьявол тебя побери, Клэр! Я весь день пыталась дозвониться по твоему сотовому, но ты, похоже, выключила его. Пытаешься усложнить мне возможность дозвониться до тебя, но я, как ты знаешь, не выношу этого. Так или иначе, мне необходимо кое-что

обсудить с тобой, так что перезвони мне».

Нет, нет, нет, нет, нет и нет! Я не стану перезванивать Вивиан сегодня вечером. Это может, это должно потерпеть до завтра. Все эти месяцы я находилась в ее полном распоряжении, почему она не может оставить меня в покое на какой-то один несчастный уик-энд… и позволить мне всего несколько минут насладиться счастьем. Я люблю — и любима…

«Клэр! — залаяло второе сообщение. — Это Вивиан! Перезвони мне! Я не знаю, кем ты себя возомнила и почему считаешь, что имеешь право не отвечать на мои звонки. Я требую, чтобы ты связалась со мной немедленно!»

Я посмотрела на автоответчик. Там мигало красное число 18 — восемнадцать новых сообщений менее чем за тридцать шесть часов моего отсутствия. Я прислонилась к косяку и с силой потерла лоб рукой. Я знала, что сообщения были от Вивиан, по крайней мере большая их часть. Следует ли мне перезвонить ей сейчас? Действительно ли произошло нечто из ряда вон выходящее, или ей всего лишь требовалось выпотрошить кого-нибудь, хотя бы словесно?

Восемь часов вечера. Воскресенье. Я получу причитающееся мне сейчас или утром. Как ни старайся, но спокойно уснуть мне не удастся. Я сняла трубку и набрала номер Вивиан.

— Вот те раз, ну и время ты выбрала, мать твою! — завопила она, хотя ответила сразу же. — Ты вывела меня из себя, Клэр. Я в я-р-о-с-т-и! Нет! Я сказала, чтобы ты не касался моих подошв, ты, пылкий тормоз! Массируй, но только икры, неужто так трудно догадаться?! — Я услышала голос на заднем плане. — Послушай, Клэр, у меня нет времени. Я не могу взять и все бросить только потому, что тебе приспичило объявиться именно сейчас. Перезвони завтра. Пока все.

Щелчок.

Я бросила хлеб обратно в холодильник и залила в себя большой глоток итальянского вина «Пино-гри». Я попыталась снова уцепиться за ту радость, которую испытала всего минуту назад, но ужас, который внушала мне Вивиан, атаковал и занял отвоеванные позиции.

— Клэр?!!

Я резко подняла голову, глаза от напряжения болели, и я сердито покосилась на лампу дневного освещения. Ну, вот опять! Всего-то лишь хотела дать секундный отдых своей раскалывающейся голове, но, судя по лужице на странице рукописи, которую я редактировала, скорее всего, моментально уснула и даже успела пустить слюни во сне. Ничего удивительного, если учесть, как мало я спала накануне и насколько меня захватила тема повествования: биография человека с самым большим в мире фаллосом (интересно, попал ли он в «Книгу рекордов Гиннеса?»).

— Клэр, ты меня слышишь? — снова проблеял селектор голосом Вивиан с нескрываемой агрессией.

— Слышу, слышу, — пробормотала я, нажимая красную кнопку.

— Ты мне нужна! — потрескивала Вивиан. — Быстро ко мне!

Вивиан вызывает меня к себе?! От этой мысли сердце ушло в пятки. До этого момента мне больше недели как-то удавалось избежать походов в этот серпентарий. С тех пор как Вивиан впервые накричала на меня, мои нервы сжались в комок, и я изо всех сил стремилась избегать прямых столкновений. Правда, Вивиан умудрялась мучить жертву и на расстоянии, не покидая роскошного и перемороженного кабинета со звуконепроницаемыми стенами. В разносах,

устраиваемых по селектору, ей не было равных.

— Иду, иду, — пробубнила я в коробку, сонливость была окончательно выжжена пламенем панического ужаса. Я быстро провела рукой по волосам, давно потерявшим следы стрижки, которые последний раз я мыла три дня назад (жуткое несоблюдение гигиены, жалко оправдываемое изматывающей нагрузкой), и решила, что мне ничего не остается, как заколоть их в пучок, воспользовавшись карандашом вместо шпильки.

Продолжив осмотр, я обнаружила, что утром впопыхах машинально надела первую попавшуюся блузку, которую нащупала рукой на кресле, и по стечению обстоятельств она оказалась той, которую я надевала в прошлую, самую «черную» для себя пятницу. Блузка напоминала бойца, выжившего под артобстрелом; ее подмышки источали сильный щелочной аромат.

Направляясь к двери, я остановила взгляд на огромном настенном календаре. Наконец-то январь, седьмой месяц моего добровольного рабства. Полпути пройдено. Рождественские каникулы наступили и прошли, и бедная мамуля просидела на тахте подле меня, наблюдая, как я работаю… потом наступил и прошел новогодний праздник. У Рэндалла график работы в праздники был не менее напряженным, чем у меня, но он все же сумел выкроить время и встретиться с нами в кофейне. Встреча получилась недолгой, но по крайней мере мама наконец познакомилась с ним. Рэндалл ей понравился, но она все еще испытывала некоторые сомнения по поводу моего переезда, хотя и старалась проявлять благосклонность и поддерживать меня.

Я перечеркнула крестом понедельник на календаре. Кульминационным моментом каждого дня становился этот огромный красный крест на календаре. Потом я разглядывала красные полосы из крестов: перечеркнутые дни складывались в недели и так далее. Иногда я сравнивала себя с узником, делающим зарубки на стене камеры, но обычно на душе становилось легче от этой процедуры, потому что каждая красная отметина приближала меня к окончанию годового срока пребывания в «Грант Букс», к которому я сама себя приговорила.

Начало нового года было особенно омерзительным. Мой список унаследованных книг вырос до тридцати двух, поскольку текучка только увеличилась. Уже было назначено совещание по выработке маркетинговой политики на следующую неделю, поэтому я лихорадочно пыталась сделать хоть что-нибудь по каждой из книг, оказавшихся теперь уже в моем темплане. Это означало отмену всех свиданий с Рэндаллом и ночные бдения на работе, например, как сегодня, до половины четвертого утра. В эти выходные, спасибо Дирдрей и Люсиль, которые вмешались, чтобы координировать процесс, я официально должна была переехать к Рэндаллу. Как ни странно, его мать выказывала необычайный интерес ко всему, что касалось моего проживания с ее сыном (в грехе, замечу в скобках), и, по правде говоря, она взяла за правило звонить мне на работу по нескольку раз на дню, чтобы обсудить неотложные детали (например, какие накидки на вешалки я предпочту в своей новой гардеробной: шелковые или атласные).

— Где, етит твою налево, ты прохлаждаешься, Клэр?! — Селекторная связь снова ожила. — Если я говорю «БЫСТРО», это что, по-твоему, значит?

Внутри у меня все сжалось. Задергался левый глаз. Пять секунд, чтобы взять себя в руки. В груди екнуло. Что такого успела я натворить за утро, чтобы вызвать столько ярости?!

Я глубоко вздохнула и поспешила по лабиринту к ее кабинету. Проходя мимо комнаты Лулу, я помимо воли украдкой скосила глаза в открытую дверь. Вивиан, сволочь, недавно поменяла нас местами, затолкав меня в лишенную окон каморку рядом с интернами, а мою просторную комнату с хорошим видом из окна отдала Лулу.