Чтение онлайн

Он открыл глаза. В них — любовь и желание.

Я ускорилась, чувствуя, как внутри нарастает новый оргазм. Он перевернул меня на спину, не выходя, и начал двигаться сам — глубоко, сильно, с каждым толчком касаясь шейки матки.

— Демид! — закричала я.

— Давай, девочка, кончай со мной.

Я кончила первой — с криком, содрогаясь всем телом, сжимая его изнутри. Он кончил следом, с рычанием, изливаясь в меня горячими толчками. Мы упали на кровать, тяжело дыша. Я чувствовала, как его сперма вытекает из меня, тёплая, липкая, как он пульсирует внутри.

— Теперь

— А ты — мой, — ответила я.

Мы лежали обнявшись, слушая, как за окном шумит ветер. Я гладила его по спине, он — меня по животу.

— Демид, — сказала я.

— Да?

— А давай назовём ребёнка в честь твоего отца? Как его звали?

— Андрей, — он улыбнулся. — Андрей или Андрея. Хорошее имя.

— Хорошее, — я поцеловала его. — Но если девочка — Лена, в честь моей мамы.

— Договорились.

Мы замолчали. Я чувствовала, как его дыхание становится ровнее — он засыпал. Но я не спала — смотрела в потолок, перебирала в памяти этот день. ЗАГС, кольца, клятвы. Его глаза, когда он надевал мне кольцо на палец. Его губы, когда он целовал меня после церемонии.

— Демид, — прошептала я.

— Мм? — он не спал.

— А можно ещё раз?

— Ещё раз? — он усмехнулся. — Ты ненасытная.

— Это ты меня такой сделал.

Он перевернул меня на живот, приподнял бёдра. Я встала на четвереньки, чувствуя себя уязвимой и желанной. Он вошёл сзади — резко, глубоко, и я застонала.

— Так хорошо? — спросил он.

— Очень, — простонала я.

Он двигался быстро, сильно, держа меня за бёдра. Я чувствовала, как каждый толчок отдаётся во всём теле, как грудь раскачивается, как волосы падают на лицо.

— О боже…

Я кончила с криком, сжимая простыни. Он кончил следом, изливаясь в меня, и упал рядом.

— Ты меня убьёшь, — прошептал он.

— Но какой сладкой смертью, — ответила я.

Он обнял меня, поцеловал в макушку.

— Спи, жена.

— Спи, муж.

Я закрыла глаза. Сон пришёл быстро — и был лёгким, без сновидений.

Ночью мне приснился сон. Я стояла на пляже, держала за руку маленькую девочку с тёмными волосами и серыми глазами — точную копию Демида. Она смеялась, бегала по волнам. Рядом с ней бегал мальчик с такими же тёмными волосами и карими глазами — моими. Демид стоял рядом, обнимал меня.

— Это наше будущее, — сказал он.

— Наше, — ответила я.

Я проснулась с улыбкой на лице. Демид спал рядом, его рука лежала на моём животе. Я накрыла его ладонь своей, прижалась ближе.

— Спасибо тебе, — прошептала я. — За всё.

Он не ответил — спал. Но я знала — он слышит. Где-то там, глубоко внутри.

За окном вставало солнце — первое утро нашей семейной жизни. Я закрыла глаза и заснула снова — счастливая, любимая.

Тридцать шестая неделя. Живот стал огромным — двойня давала о себе знать так, что я перестала видеть свои ноги. Каждое утро начиналось с того, что Демид помогал мне встать с кровати, подкладывая под мою спину подушки, потому что самостоятельно я уже не могла подняться. Дети пинались одновременно —

Мы купили две кроватки — отдельно для Лены и Андрея. Демид собрал первую за час, а над второй мучился уже два. Я сидела на диване, обложившись подушками, и смотрела, как он крутит болты, сверяется с инструкцией и тихо матерится.

— Вторая ножка к третьей перекладине, — сказала я, пытаясь заглянуть в схему.

— Я знаю, — буркнул он, вытирая пот со лба. — Но здесь написано одно, а на деле другое.

— Дай я посмотрю.

— Нет. Ты отдыхаешь.

— Демид, я уже устала отдыхать. Я хочу, чтобы кроватки были готовы.

Он вздохнул, подошёл, сел рядом. Положил руку на мой живот, и в этот момент Лена пнула его ладонь с такой силой, что он отдёрнул руку.

— Она меня не любит, — сказал он с притворной обидой.

— Любит. Просто готовится стать футболисткой.

Он наклонился, поцеловал мой живот.

— Девочка моя, Лена, не бей папу. Я же тебя люблю.

Внутри затихло — будто она прислушивалась к его голосу.

— Слышишь? — я взяла его руку и снова приложила к животу. — Она успокоилась.

— Потому что я самый лучший папа.

Я засмеялась, но смех перешёл в стон — Андрей решил напомнить о себе локтем.

— Ох, — я схватилась за бок.

— Что? Больно?

— Нет. Просто они уже тесные внутри.

Через два дня было последнее УЗИ. Мы поехали в клинику — Демид вёл машину сам, потому что я нервничала и не доверяла никому. В приёмной сидели другие беременные — кто с мужьями, кто с мамами. Я чувствовала на себе взгляды: двойня привлекала внимание.

Врач — добрая женщина с усталыми глазами — водила датчиком по моему залитому гелем животу, и на экране появлялись очертания двух маленьких тел.

— Головка Лены внизу, — сказала она. — Андрей — поперёк. Вагинальные роды с двойней в таком положении рискованны. Я рекомендую плановое кесарево сечение.

— Кесарево? — я сжала руку Демида. — А можно естественно?

— Можно, но есть вероятность, что второй ребёнок застрянет или понадобится экстренная операция. Лучше запланировать всё заранее.

— Когда? — спросил Демид.

— Пятого марта. Десять дней осталось.

Мы согласились. В машине я молчала, сжимая его руку.

— Боишься? — спросил он.

— Очень, — призналась я. — Не боли. Боюсь, что что-то пойдёт не так.

— Всё будет хорошо. Врач сказала, операция стандартная.

— А вдруг я умру?

Он резко затормозил у обочины, повернулся ко мне. Взял моё лицо в ладони.

— Ангела. Слушай меня. Ты не умрёшь. Ты будешь жить. Для меня. Для Лены и Андрея. Я не позволю этому случиться.

— Ты не Бог.

— Я — твой муж. И я буду с тобой в операционной. Держать за руку.

Я кивнула, вытерла слёзы, которых не заметила.

Дома я забралась на диван, обложилась подушками и гладила живот, разговаривая с детьми.

— Лена, Андрей, — шептала я. — Через десять дней вы появитесь на свет. Я так жду вас. Папа тоже ждёт. Вы самые любимые, самые желанные.