Сотня
Шрифт:
Комендантский час не строго соблюдаются на Фениксе, но ее остановила пара охранников. Один из них вынудил Глэсс просканировать большой палец, а затем задавал враждебные вопросы. В конце концов, другой охранник вмешался и настоял сопроводить Глэсс домой.
—Это было лучшим решением, которое я когда-либо принимал, - пробормотал он.
– Хотя это было пыткой - пытаться держать себя в руках, чтобы не поцеловать тебя.
— Ну, тогда, нам лучше наверстать упущенное время сейчас, - поддразнила Глэсс, двигаясь своими губами к его. Ее поцелуи становились все более упорными, поскольку он положил руку на ее затылок
— Я люблю тебя, - прошептал он ей на ухо.
Независимо от того, сколько раз она слышала слова, они всегда вызывали у нее дрожь.
Она отодвинулась достаточно далеко, чтобы вдохнуть.
— Я тоже тебя люблю, - сказала она, а затем поцеловала его снова.
— Мы должны передохнуть, - сказал Люк, мягко подталкивая ее руку в сторону.
— Я не хочу, - Глэсс скромно улыбнулась и вернулась губами к уху.
– И у меня День Рождение.
Люк рассмеялся, а затем застонал, когда поднялся на ноги с Глэсс в руках.
— Отпусти меня!
– хихикнула Глэсс, пиная воздух ногами.
– Что ты делаешь?
Люк сделал несколько шагов вперед.
— Я веду тебя на Рынок. Я торгую тобой, девушкой, которая не будет стараться доставить мне проблемы.
— Эй, - она фыркнула с притворным возмущением, затем начала стучать кулаками по его груди.
– Отпусти меня!
Он отвернулся от двери.
— Ты будешь хорошо вести себя?
— Что? Это не моя вина, что ты слишком сексуальный, чтобы держать руки прочь от тебя.
— Глэсс, - предупредил он.
— Хорошо. Да, я обещаю.
— Хорошо, - он вернулся к дивану и положил ее аккуратно обратно.
– Потому что это был бы позор, если бы я не мог подарить тебе подарок.
— Что это?
– спросила Глэсс, толкая себя вверх, в сидячее положение.
— Пояс верности, - серьезно сказал Люк.
– Для меня. Я нашел его на Рынке. Это стоило целое состояние, но оно того стоит, чтобы защитить...
Глэсс ударила его в грудь. Люк рассмеялся и обнял ее.
— Прости, - сказал он с усмешкой. Он сунул руку в карман, а затем остановился.
– Он не завернутый в упаковку ли ленту, но..
— Все в порядке.
Он вытащил что-то из кармана и протянул руку к ней. Золотой медальон блестел на ладони.
— Люк, он такой красивый, - прошептала Глэсс, протягивая руку, чтобы взять медальон. Ее глаза расширились, когда пальцы пробежались по деликатным краям медальона.
– Он сделан на Земле, - она посмотрела на него с удивлением.
Он кивнул.
— Да, по крайней мере, он должен быть, в соответствии с записями, - он поднял медальон из ее руки.
– Можно?
Глэсс кивнула, и Люк встал за ее спину, чтобы закрепить застежку. Она вздрогнула от прикосновения его руки на ее шее, когда он откинул ее волосы в сторону. Она могла только представить, сколько этот медальон мог стоить... Люк должно быть потратил все свои сбережения. Даже в качестве охранника, у него не было много продовольственных очков, чтобы сэкономить.
— Мне он нравится, - сказала Глэсс, водя пальцем по цепочке, когда она повернулась к нему лицом.
Улыбка осветила все его лицо.
— Я так рад.
– Люк провел рукой по ее шее и перевернул
— Это ты сделал?
– спросила Глэсс.
Люк кивнул.
— Даже через тысячу лет, я хочу, чтобы люди знали, что он принадлежал тебе, - он нажал пальцем на медальон, прижимая металл к ее коже. — Теперь ты просто должна заполнить его своими воспоминаниями.
Глэсс улыбнулась стеклу.
— Я знаю, с какого воспоминания я хочу начать, - она посмотрела, ожидая увидеть, как Люк закатил глаза, но его лицо было серьезным. Их глаза встретились, и в течение долгого времени, в квартире была слышна тишина, за исключением звука их бьющихся сердец.
— Ты уверена? — спросил Люк и немного нахмурил лоб, проводя пальцем по внутренней стороне ее руки.
— Больше, чем я была уверенна в чем-либо в моей жизни.
Люк взял руку Глэсс, электрический ток как будто прошел через нее. Он сжал ее пальцы и, не говоря ни слова, повел к себе в спальню.
Конечно, он обменял его, сказала себе Глэсс. Было бы смешно держать такой ценный предмет, особенно после того как она разбила его сердце. Ощущения покалывания на затылке вытащило Глэсс из ее мыслей. Она напряглась, ожидая увидеть еще одного смутного знакомого, который смотрит на нее с открытым подозрением. Но когда она обернулась, ее глаза остановились на нем.
Люк.
Он смотрел на нее до тех пор, пока Глэсс не начала краснеть, затем перестал, его взгляд блуждал по столу. Странное выражение появилось на его лице, когда его взгляд упал на ожерелье.
— Я удивлен, что никто не ухватил его раньше меня, - сказал он быстро.
– Оно такое красивое, - он убрал руки обратно и грустно ей улыбнулся.
– Но, опять же, от красивых больше всего страдаешь.
— Люк, - начала Глэсс.
– Я...
– но потом она заметила знакомую фигуру за спиной Люка. Камилла стояла за прилавком с бумагой, ее взгляд был сосредоточен на Глэсс.
Люк бросил взгляд через плечо, затем повернулся обратно к Глэсс.
— Камилла сопровождает своего отца. Он заболел.
— Мне жаль, - сказала Глэсс.
Но прежде чем она успела сказать что-то еще, она отвлеклась на звук возбужденных голосов.
Глэсс обернулась и увидела Кору, которая кричала на женщину с Уолдена.
— Если вы откажетесь предложить мне разумную цену, тогда у меня не будет иного выбора, кроме как сообщить о мошенничестве с вашей стороны, - женщина побледнела и сказала что-то, но Глэсс не расслышала. Но, видимо, это было по душе Коре, потому что она улыбнулась и подняла большой палец вверх, чтобы просканировать его.
Глэсс поморщилась, смущенная поведением своей подруги.
— Извини... я должна идти.
— Не уходи, - попросил Люк, касаясь ее руки.
– Я волновался за тебя, - он понизил голос.
– Что ты здесь делаешь? Насколько это безопасно?
Обеспокоенность в его голосе заполнила несколько маленьких трещин в ее разбитом сердце, но недостаточно, чтобы заставить боль уйти.
— Это безопасно. Меня помиловали, - Глэсс старалась говорить уверенно.
— Помиловали?
– его глаза расширились.
– Ничего себе. Я никогда не думал... Это невероятно, - он сделал паузу, как будто не знал, как продолжать.
– Знаешь, ты никогда не говорила мне, почему тебя заключили.