Сны
Шрифт:
– На антресоли посмотри, - крикнула Вера из кухни.
Пашку-младшего они будить пока не стали. Пусть себе поспит подольше, все равно запланированная поездка на дачу судя по сему срывается.
Закончив с окнами Паша-старший переместился на кухню, где было уже относительно тепло - Вера оставила на плите включенными все четыре комфорки.
Там за столом, уже сидел Пашка-младший, умытый и переодетый из пижамы в теплый спортивный костюм. Он с удовольствием уплетал сою любимую манную кашу. Горячая, она была как нельзя к месту.
– Пойду-ка посмотрю, что по ящику обо всем этом говорят, -
По НТВ весело размахивая руками, так же как и обычно сыпал своими плоскими шуточками профессор от метеорологии, не менее известный, чем иные поп-дивы.
В студии РТР сидел весь какой-то помятый и не выспавшийся ученый климатолог.
– Как вы считаете, Сергей Федорович, насколько опасно такое резкое похолодание, и насколько долго оно продлится?
– гламурный ведущий переплетя тонкие пальцы, наклонился над столом.
– Арктика теряет свой лёд так быстро, как никогда ещё не было на нашей памяти, - климатоог отхлебнул воды из одного из стаканов, и на его лбу выступила испарина.
– Неподалеку от Гренландии, у полярного круга неимоверные массы воды срываются вниз на глубину около двух километров, образуя так называемый 'конвейерный ремень', а попросту гигантский подводный водопад, который дает импульс всем океанским подводным рекам, как мы называем систему глубоководных и поверхностных течений. И вот пресная вода от тающих ледников попадает в океан и возможно именно это останавливает например Гольфстрим, который является частью этой системы. Но Гольфстримом дело наверняка не ограничивается. Все гораздо серьезнее.
Павел старший забыл о своем давно остывшем чае. Когда ведущий распростившись со своим гостем, начал лепетать что-то о показе мод, запланированном в бывшем Кремлевском дворце Советов, глав семьи принялся переключать каналы и наткнулся ещ на один сюжет о внезапном похолодании.
От REN-ТВ всегда отдавало желтизной. Вот и в этот раз респектабельный господин из какого-то прифондованного института страшно загадочным голосом сообщал воистину сенсационные новости, не отличающиеся от пересказа содержания фильма-ужастика.
– В первую же ледниковую зиму холод погубит миллионы англичан и финнов, немцев и поляков, жителей Северной и Центральной России, Белоруссии, Урала, северных штатов США… Кто не погибнет от мороза, умрет от голода: после ужасной зимы придет холодное снежно-дождливое лето. Потом наступающий ледник покроет безжизненным панцирем огромные пространства.
– Пошел на хер, - Павел-старший взял в руки пульт дистанционного управления.
По ТВЦ выступал один из более менее вменяемых ученых - Хабиб Абдусаидов. Заведующий сектором космических исследований Главной (Пулковской) обсерватории Российской академии наук говорил осторожно, но от его сов веяло ледяным холодом.
– Мы сделали вывод, что сейчас на Земле вследствие существенного уменьшения потока солнечного излучения происходит глобальное понижение температуры до состояния глубокого похолодания, - сказал Абдусаидов, - уже на следующей неделе температура в средней полосе России температура может опуститься до минус шестидесяти пяти градусов.
– Что это, начало нового ледникового периода?
– Я
бы не стал так говорить, но подобная температура может продержаться лет пятьдесят-шестьдесят. Кроме того, она может опуститься и ниже.Кто в что горазд!
Павел-старший раздраженно щелкнул пультом. По пятой показывали мультик 'Ледниковый период-2'.
Нет, ну все-таки на телевидении сидят идиоты. Им бы только в струю попасть.
Его слова подтвердила бойкая журналистка. Не смотря на то, что изо рта у нее валом валил пар, а нос грозил поменять свой радикально красный цвет на синий - она в легкой модной дубленочке и совершенно без шапки переминалась с ноги на ногу возле композиции ледяных скульптур и задавала вопросы какому-то прохожему, закутанному в шарф по самое немогу. Прохожий спеша отделаться от шальной журналистки что-то буркнул и едва ли не бегом пересек проезжую часть, по которой ползли редкие автомобили.
Да, не многим в это утро удалось завести свое средство передвижения.
А на одном из каналов спутникового ТВ вообще показывали каких-то отмороженных в прямом и переносном смысле американцев из небольшого городка на Аляске. Те крутились возле огромного термометра и радостно жестикулировали. Ага, как же, попали в книгу рекордов Гинесса с самой низкой температурой. Вон и профессор с НТВ опять там о рекордах за последние сто лет талдычит.
– Ну что, совсем хреново?
– Вера подошла и посмотрела на оконное стекло, покрытое коркой льда, - пошли на кухню, там теплее.
– Я наверное сейчас в магазин сгоняю, - Павел поднялся с кресла, они могут на долго закрыться.
Выскочив из подъезда, он тут же пожалел, что не купил в сое время перчатки. Металлическая дверная ручка больно обожгла ладонь. Задержи Павел руку на ней подольше, и пришлось бы отскребать пальцы вместе с кожей.
Редкие прохожие семенили по скользким, в кои-то веки не посыпанным оранжевой дрянью, тротуарам. Дворники решили видать, что они ничуть не хуже школьников, которых в такую погоду обычно распускают по домам.
Он тоже прибавил шагу. Пронизывающий ветер забирался под воротник дорогой дубленки.
Надо бы что-то потеплее одеть. А что? Вся старая теплая одежда осталась на дче. Разве что тот тулупчик на антресоли, который они с Верой все собирались выбросить, да так и не выбросили.
Только как он будет выглядеть в этой одежке времен первой мировой?
Где-то на полпути к магазину Павлу было совершенно наплевать, как бы он выглядел, а в предбанник супермаркета, где гудела тепловая завеса, он ввалился не жив не мертв от холода.
– Ух, - Павел растирая онемевшие уши, протолкнулся сквозь толпу граждан, греющихся перед очередным рывком по улице.
В магазине, где он ожидал увидеть толпу народу, запасающуюся на 'черный день', было неожиданно пусто. Работала всего лишь одна касса, а половина торгового зала была не освещена и перегорожена пустыми тележками.
Павел кинул предусмотрительно прихваченный из дому рюкзачок в одну из ячеек и, подхватив тележку, отправился на заготовку провианта.
Обратная дорога далась ему еще тяжелее. Тем более, что он заглянул по пути в аптеку и купил мазь от обморожения.