Снег в апреле
Шрифт:
Этот внутренний конфликт изнурил его. У него разболелась голова, и он не мог думать ни о чем, кроме родного дома, уюта своего привычного кресла, стоявшего у камина, и успокоительной чашки чая.
Дом никогда еще не казался ему таким надежным и гостеприимным. Он поставил «лендровер» в гараж и вошел в дом через кухню. Там за гладильной доской стояла миссис Купер, но глаза ее были устремлены к двери. Когда он вошел, она облегченно вздохнула и со стуком поставила утюг.
— О Оливер, я очень надеялась, что это вы. Я слышала, как подъехала машина, и надеялась, что это вы.
В ее лице было что-то такое, что
— Что случилось?
— Сестра мальчика пошла гулять и до сих пор не вернулась, а ведь уже почти стемнело.
Оливер стоял в пальто и медленно переваривал эту неприятную информацию.
— Когда она ушла?
— После обеда. И она ничегошеньки не съела, только ложкой по тарелке повозила — цыпленок и тот больше поклевал бы.
— Но уже половина пятого.
— Вот именно.
— А где Джоди?
— В детской. С ним все в порядке, и он не обеспокоен. Я ему, солнышку, чай отнесла.
Оливер нахмурился.
— Но куда она пошла?
— Она не сказала. Пойду, говорит, прогуляюсь, и все, — миссис Купер была очень встревожена. — Вы не думаете, что с ней что-то случилось?
— Я бы не удивился, — сказал Оливер в сердцах, — она такая безалаберная, что может и в луже утонуть.
— Ой, бедняжка…
— Никакая она не бедняжка, а беда на мою голову, — отрезал Оливер.
Он направился было к дальней лестнице, намереваясь подняться к Джоди и выяснить, что он об этом думает, но в этот момент зазвонил телефон. Первой мыслью Оливера было: «Ну вот, наконец-то линию починили», но миссис Купер схватилась за голову и воскликнула:
— Наверное, это полиция!
— Надеюсь, все же не она, — ответил Оливер, но вышел из кухни и направился к телефону в библиотеке поспешнее, чем обычно.
— Кейрни, — рявкнул он в трубку.
— Это усадьба Кейрни? — спросил ясно слышимый женский голос.
— Да, Оливер Кейрни у телефона.
— О, мистер Кейрни, это миссис Хендерсон из отеля «Страткорри».
Оливер взял себя в руки.
— Да?
— У нас здесь молодая девушка, она искала своего брата, который у нас работал…
Работал?
— Да, и что же?
— Она сказала, что приехала из вашей усадьбы.
— Верно.
— Вы знаете, я думаю, что вам стоит приехать за ней, мистер Кейрни. Ей стало плохо, и она упала тут в обморок, и потом была очень… слаба, — последнее слово она произнесла неохотно, словно оно было грубым.
— Как она добралась в Страткорри?
— Она сказала, что часть дороги прошла пешком, а потом ее подвез снегоуборщик.
Это означало, по крайней мере, что дорога уже расчищена.
— А где она сейчас?
— Я ее уложила… Ей было очень плохо.
— Она знает, что вы пошли мне звонить?
— Нет, я подумала, что лучше не говорить.
— Правильно, не говорите. Ничего не говорите. Просто оставьте ее у себя, пока я не приеду.
— Хорошо, мистер Кейрни. Поверьте, мне очень жаль.
— Ничего страшного. Вы совершенно правильно сделали, что позвонили. Мы волновались. Спасибо вам, я сейчас приеду.
Когда он приехал, Каролина спала. Не совсем даже спала, а пребывала в блаженном состоянии между сном и бодрствованием, согревшись и уютно свернувшись под одеялом. Звук его низкого голоса прервал ее дрему,
пронзив ее словно клинок, и она мгновенно проснулась и насторожилась. Голова у нее была ясной. Она вспомнила, как сообщила женщине за стойкой, что приехала из усадьбы Кейрни, и пожалела о собственной болтливости. Но боль отпустила, сон подействовал освежающе, и поэтому, когда Оливер Кейрни без стука распахнул дверь и вошел, Каролина уже была готова к встрече и обороне.— О господи, вам пришлось сюда ехать, а тут ведь ничего не случилось. Смотрите, — она села, — со мной все в порядке.
На нем было серое пальто и черный галстук, это напомнило ей о его погибшем брате, и она поспешно продолжила:
— Просто я очень долго шла, но все-таки не всю дорогу — меня подобрал снегоуборщик.
Он захлопнул дверь и облокотился на латунную перекладину в ногах кровати.
— Джоди с вами? — спросила она радостно. — Мы могли бы остаться здесь. У них есть свободные номера, и мы бы лучше подождали Ангуса тут. Он уехал, как выяснилось, на пару дней с американкой…
— Заткнитесь, — сказал Оливер.
Никто и никогда не говорил с Каролиной таким тоном. Она обиженно умолкла.
— Я велел вам сидеть дома и ждать.
— Я не могла.
— Почему?
— Потому что Джоди рассказал мне про вашего брата. Ему сказала миссис Купер. И это так ужасно, что мы появились в такой момент… Я чувствовала себя такой виноватой… Я не знала…
— Откуда вам было знать?
— Но в такой момент.
— Так или иначе, это не имеет значения, — отрезал Оливер. — Как вы себя чувствуете?
— Я в полном порядке.
— Вы упали в обморок. — Это прозвучало, как обвинение.
— Так глупо вышло. Я никогда не падаю в обморок.
— Проблема в том, что вы вообще ничего не едите. Если вы будете и дальше вести себя таким идиотским образом, вы, конечно, будете падать в обморок. Надевайте плащ, и я отвезу вас домой.
— Но я же говорю вам, мы можем остаться здесь. Мы подождем Ангуса в гостинице.
— Вы можете подождать Ангуса у меня в усадьбе, — он подошел к стулу и поднял черный плащ.
Каролина нахмурилась.
— Что, если я не хочу ехать, — поинтересовалась она. — Я не обязана.
— Что, если вы разочек сделаете то, что вам говорят? Что, если вы будете думать о ком-нибудь еще, а не только о себе? На миссис Купер лица не было, когда я вернулся, она уже начала представлять себе всякие ужасы, которые могли с вами случиться.
Каролина ощутила укол совести.
— А что Джоди?
— С ним все в порядке. Я оставил его смотреть телевизор. Ну, вы идете?
Делать было нечего. Каролина вылезла из кровати, позволила ему надеть на себя плащ, сунула ноги в сапоги и смиренно поплелась за ним вниз по лестнице.
— Миссис Хендерсон!
Она появилась из своей комнаты и встала за стойкой словно услужливый продавец.
— О, вы ее нашли, мистер Кейрни. Очень хорошо.
Она подняла откидную доску на стойке и вышла к ним в холл.
— Как вы себя чувствуете, милая? — спросила она Каролину.
— Я в порядке, — ответила та, и, подумав, добавила, — спасибо, — хотя ей было трудно простить миссис Хендерсон за то, что она позвонила Оливеру.
— Не за что. И когда Ангус вернется…
— Передайте ему, что его сестра в усадьбе Кейрни, — сказал Оливер.