Сарай
Шрифт:
«Принято, — почти мгновенно ответил Искин. — Уже сканирую предложения. Вариант «А»: студия с видом на грузовой док. Романтика шумных погрузочных работ и мерцание сварки гарантированы. В подарок — лёгкая вибрация пола. Вариант «Б»: апартаменты «Созерцание» на 52-м уровне. Иллюминатор выходит в открытый космос, вид на туманность «Плачущий Ангел». По отзывам, наводит на философские мысли о бренности бытия. Синтезатор там, впрочем, средненький. И… вариант «В»: найден лот «Уютный уголок». 48-й уровень, вид не на космос, а на центральный атриум станции с голографическими садами. Зато синтезатор последней модели, «Гурман-3000».
«Берём
Недолгий переход до апартаментов был похож на прогулку по другому, чистому и спокойному миру. Широкий коридор, мягкое освещение, из динамиков — ненавязчивая электронная музыка.
Подойдя к нужной двери, я увидел того, кого и ожидал. Улыбчивый парень приятной наружности в идеально отглаженном деловом комбинезоне с логотипом агентства. Типичный риэлтор. Его улыбка была отточена до блеска.
— Здравствуйте, Артём! Я рад, что вы воспользовались услугами нашего агентства! Позвольте также предложить вам наши дополнительные…
Имея богатый опыт общения с этими ребятами, я вежливо, но твёрдо поднял руку, прерывая его.
— Ваш платёжный терминал. Я проведу оплату, и мы расстанемся если не друзьями, то почти хорошими знакомыми.
Молодой человек удивлённо посмотрел на меня, его отлаженный сценарий дал сбой. Он на секунду замер, но деловая хватка взяла верх. Молча, с чуть обиженным видом, он протянул мне свой планшет. Я приложил кристалл.
«Транзакция в размере 850 кредитов подтверждена, — доложил Тёма. — Доступ к помещению открыт».
Дверь бесшумно отъехала в сторону.
— Всего хо… — начал было риэлтор, но дверь закрылась, оставив его в коридоре.
Я остался наедине в небольшой, но уютной квартире-студии. Всё было чистым, нейтральным и на своих местах.
«Тёма, поработай, пожалуйста, с пищевым синтезатором, — попросил я, снимая комбинезон и устраиваясь в кресле. — Не поверишь, но я до дрожи в коленках соскучился по солянке. И, если можно, организуй сто грамм водочки и бутерброд с солёным салом».
Через несколько минут синтезатор тихо пропищал. На подносе дымилась глубокая тарелка. И аромат… Божественный, сложный, с дымной ноткой от копчёностей, кислинкой от солёных огурцов и насыщенной базой из густого мясного бульона. Внутри плавали не какие-то обобщённые «мясные кубики», а явные кусочки ветчины, говядины, а может, и телятины, маслины, лук. Рядом стоял пластиковый стакан с кристально чистой жидкостью и лежал бутерброд на ржаном хлебе с ломтем сала.
«На этот раз я проанализировал 247 исторических рецептов и скорректировал молекулярную сборку, — с долей гордости отметил Тёма. — Должно быть близко к оригиналу».
Это было не просто близко. Это было блаженство. Солянка была настолько наваристой и аутентичной, что, как говорится, ум можно было отъесть. А водка… водка была идеальной, обжигающей и гладкой. Я не ограничился одной «соточкой» и заказал ещё. А потом, как водится, «полирнул» стаканчиком светлого, холодного пива.
Сочетание вкусов и лёгкая эйфория привели моё настроение в умиротворённое, почти благостное состояние. Я попросил Тёму включить какое-нибудь легкомысленное голо-шоу — не то чтобы оно меня действительно интересовало, но мне был необходим позитивный, ни к чему
не обязывающий фон, чтобы окончательно расслабиться перед сном.Глава 3
3
Пространство в центре комнаты ожило, и над полом вспыхнула объёмная, яркая голограмма. Это было спортивное шоу под названием «Орбитальный Ниндзя». Принцип был до боли знаком по старым земным передачам, но перенесённый в условия невесомости и высоких технологий, он выглядел сюрреалистично и захватывающе.
Голографическая камера выхватывала огромную сферическую арену, расположенную в центре орбитальной станции. Внутри, в состоянии контролируемой невесомости, парили разноцветные модули-препятствия.
Вот «Рой метеоритов» — вращающиеся с бешеной скоростью маты из упругого полимера, которые нужно было пролететь, не задев ни один датчик. Дальше — «Лазерный водопад», где между платформами пульсировали и перемещались лучи энергии, заставляя участников изгибаться в немыслимых позах или совершать рискованные кульбиты. Апофеозом трассы была «Спираль Центавра» — гигантская, вращающаяся в трёх плоскостях пружина, которую нужно было преодолеть, цепляясь за магнитные ручки. При этом сама пружина то сжималась, то разжималась, пытаясь сбросить смельчака в «бездну» — отмеченную красным зону внизу арены.
Участники в обтягивающих комбинезонах с реактивными ранцами на спине порхали между препятствиями, как сумасшедшие стрекозы. Комментатор, чей голос звенел от возбуждения, не умолкал:
«Невероятная скорость! Скользящее движение, бросок... и он пролетает, не задев ни одного датчика! Идеально! Но что это? Его реактивный ранец даёт сбой! Неужели падение? НЕТ! Он цепляется за край платформы одной рукой! Сила хвата просто феноменальна!»
Я наблюдал за этим красочным хаосом, лёжа в кресле, и чувствовал, как напряжение последних дней потихоньку уходит. Было что-то гипнотизирующее в этой комбинации человеческой ловкости, высоких технологий и абсурдности самой затеи — строить полосу препятствий ниндзя в космосе. Это было бессмысленно, зрелищно и по-своему прекрасно. Лёгкая улыбка не сходила с моего лица. Это был идеальный фон — достаточно динамичный, чтобы отвлечь, и достаточно несерьёзный, чтобы не заставлять вникать.
Уже засыпая под возгласы комментатора, кричащего о новом рекорде, я мысленно бросил Тёме последний на сегодня приказ:
«Поищи, пожалуйста, на торговых площадках станции какой-нибудь недорогой, но быстрый кораблик. Нам ведь скоро лететь к Миру Фатх.»
«Уже ищу», — тут же откликнулся Искин.
Я проснулся в действительно хорошем настроении. Не было ни привычной усталости, ни чувства тревоги. Я даже обратил внимание на время в своём внутреннем интерфейсе — сон составил 2 часа 14 минут, и этого хватило, чтобы чувствовать себя отдохнувшим. Видимо, побочный эффект работы нанороботов и новой нейросети.
Моё пробуждение было отмечено голосом Тёмы, который прозвучал не как будильник, а как продолжение моих мыслей.
«Артём, доброе утро. Пока ты отдыхал, я проанализировал 147 лотов на торговых площадках в радиусе трёх прыжков. Отобрал три наиболее подходящих варианта по критериям «цена-качество-скорость» для путешествия в Мир Фатх.»
Перед моим внутренним взором, прямо на сетчатке, развернулись три голографических модели, окружённые свитками технических данных.
«Курьер 352»