Чтение онлайн

— Здесь, правда, не очень красиво и чисто.

— Пододвинься ко мне.

— Не знаю, что сказать…

— Я женат.

— Мне это известно.

— О, Господи Боже, Иуда, и все угодники.

— Но меня это не интересует. Я думаю, что вообще никогда не выйду замуж.

— И не надо.

— Почему?

— Тебя может угораздить выйти замуж за ирландца.

— А что ты имеешь против ирландцев?

— Они приходят домой пьяные вдрызг и избивают своих жен. А каждую субботу залазят на них и замучивают их до смерти. И в другие дни тоже. Тебе это не нужно, Мэри.

— Кто знает?

— Ну не мне давать тебе советы. Дай-ка мне еще бутылочку пива.

— Ты

быстро пьешь.

— Приходится, Мэри, чтобы не обращать внимание на то хамство, которое нас окружает.

— А чем ты занимаешься?

— Изучаю право.

— А кроме этого?

— Садоводством. Собираю марки, конскую сбрую. Обожаю наблюдать за птицами. Категорически не приемлю азартные игры. И ни за что не соглашусь играть на ипподроме.

Глаза Мэри затуманиваются. Себастьян обнимает ее и прижимается губами к ее уху. Мэри садится к нему на колени. И я запускаю руку под свитер. Ох уж эти две горы, возвышающиеся над морем.

— Мэри, хочешь уехать со мной в Англию?

— Да, куда угодно, лишь бы с тобой.

— Но мне понадобятся деньги.

— У меня в банке есть тридцать фунтов.

— Их как раз хватит.

— Но я не уверена, что смогу их снять со счета.

— Вклад оформлен на твое имя?

— Да.

— Тогда удача за нами.

Дэнджерфилд пыхтит, потому что она девушка не из легких. Но добрая и сильная и, я думаю, не боится работы. У нее прямо руки чешутся на работу. В нашем мире не так уж много людей, у которых руки чешутся на работу, они вечно спихивают ее на других. Нужно выбить из них эту лень и отучить бесцельно ездить в воскресенье за город. Неприятно видеть, как они пытаются найти в выходные хоть какое-нибудь занятие. Я должен положить Мэри на спину, потому что куски угля сквозь матрац врезаются прямо в мой хребет. Переворачиваю тебя, как черепаху. Теперь я уже сверху. Не думаю, что я сейчас в форме. Цирк да и только; дурачась задираю ее свитер Какая девушка! Дышит, правда, тяжело. А сколько всего интересного можно сделать благодаря тем тридцати фунтам, которые напрасно пылятся в банке! Ее роскошные груди выпущены на волю. Никогда прежде не видел таких сосков. Она наверняка сможет кормить детей грудью. Меня не оторвать от женской груди, и хотя сегодня я уже несколько устал, мне приятно забавляться с парочкой необъятных Мэриных грудей.

— Мне никогда раньше не бывало так хорошо, Себастьян. Я словно раскалена до красного каления. Делай со мной все, что хочешь. Все.

— Спокойно. Мэри, спокойно, ты ведь не хочешь завести ребенка?

— Мне все равно. Не хочу, чтобы ты останавливался.

— Погубишь свою жизнь.

— Хочу и все.

— В другой раз, когда я буду готов.

— Я все равно против этих штучек. Я хочу так, как положено. Давай же.

— Успокойся, Мэри, ты все испортишь. Не будь дурочкой.

— Я не дурочка. И я знаю, чего я хочу.

— Ты погубишь и свою жизнь, и мою. Дети хотят есть. Я не могу позволить тебе совершить ошибку. Не сегодня.

— Ну, пожалуйста, иди ко мне. Я хочу все, все до конца. Мне никогда не бывало так хорошо.

— Тебе и потом будет хорошо, Мэри.

Мэри прижимается к нему губами, обхватывает его колено своими бедрами и заставляет лечь на спину, опрокидывая при этом бутылку портера. О Господи, Мэри, я не хочу попасть в очередную историю. Моя жизнь и без внебрачных детей полна всевозможных недоразумений. Она пытается заставить меня подчиниться. А я категорически отказываюсь подчиниться насилию. Это же непристойно. Она сошла с ума и не знает удержу. Не остановится ни перед чем.

— Нас кто-нибудь услышит, Мэри.

— Все уже спят. Мне хорошо.

— Мэри!

— Мне

так нравится.

— Мэри, ну послушай же!

— Ты — сладкий…

— Мэри, нас застанут.

— Ты такой сладкий.

— Мэри, остановись.

— Мне очень нравится. Прежде со мной этого не бывало. Это не яд?

— Отличное средство против ангины.

— Пахнет треской.

— Точно.

— Я себя погладила им.

— Моей спине очень больно. Пододвинься же!

— Вот так лучше?

— Мэри, бутылка пива разлилась по всему полу.

— Я поцеловала его.

— О Господи, мое пиво!

— Но это точно не яд?

— Чуть полегче, Мэри, больно.

— Ты такой милый. Я тебя очень люблю. И уеду с тобой, если ты захочешь.

— Неплохо было бы куда-нибудь прокатиться. Ты можешь отложить немного денег? Деньги — это очень важно.

— У меня есть только тридцать фунтов. И я совершенно не могу отложить еще.

— Нужно немного постараться. Главное — бережливость.

— Поцелуй меня, пожалуйста.

Он поцеловал горячие Мэрины губы, сжимая изо всех сил бутылку портера, а она расстегнула рубашку и целовала его грудь. Проблемы сопутствуют мне, куда бы я не направлял свои стопы, даже на окольных путях. Единственное утешение — в Лондоне нам с Мэри будет на что жить. Каникулы для меня. Работа — для нее. Стряхнуть с себя ирландские цепи. И подальше от Уэльса и тюрем. Там я смогу затеряться в восьмимиллионном городе. Прочь из этого забытого Богом подвала, в котором Мэри прижимается ко мне со всех сторон своим толстым задом. Пора на что — то решаться. Установить ловушку для Скалли так, чтобы мешок сами знаете чего вывалился ему прямо на голову. И тайно, тихо и ночью. С Мэри, обожающей все новое. Выдави из меня все, что хочешь, и не проси еще. Пусть для тебя это будет любовное пиршество, но я уже выметаюсь отсюда. Чтобы наброситься на них. И облаять всех подряд. Потому что я приобщаюсь к реальности.

— Я люблю тебя, Себастьян.

— У тебя такие миленькие маленькие глазки, Мэри.

— Я хочу уехать с тобой.

— Нам обоим потребуются деньги.

— У меня есть еще четыре фунта, которые я копила на костюм.

— Лучше возьми и их.

— Когда мы увидимся?

— Через некоторое время.

— Почему?

— Я должен все подготовить.

— Но почему мы не сможем видеться?

— Из-за моей жены.

— Она ничего не узнает.

— Мне следует быть осторожным.

— Но я хочу бывать с тобой.

— Ладно, но нам нужно вести себя осторожно и не торопить события. Я могу уехать в Лондон первым, а затем приедешь и ты. Мне потребуются деньги.

— Я тебе дам.

— И довольно много.

— Я дам тебе половину.

— Так много мне не потребуется, но посмотрим…

— Я хочу поехать с тобой.

— Я тебе напишу. До востребования.

— Хорошо. Ты в самом деле напишешь?

— Верь мне, Мэри. Я не хочу, чтобы узнал твой отец. Мы должны избегать неприятностей.

— Он — подонок.

— Не говори так, Мэри. Он, как бы это сказать, запутавшийся человек. Многие находятся в таком же положении, как он. Но никогда не ожесточайся. Нужно помнить, это трудно, но справедливо. Такова жизнь. И я не хочу, чтобы ты совершила ошибку, Мэри. Я дам тебе недельку-другую все обдумать, и если ты все же решишься уехать со мной, то пришли мне десять фунтов. Поначалу, однако, тебе придется нелегко.

— Мне все равно, лишь бы я была с тобой.

— Мэри, до того, как я уйду, проверь не найдется ли там еще немного портера. Чтобы подкрепиться перед дальней дорогой. И, может быть, я могу одну-две бутылочки захватить с собой. Помогает мне думать.