Running
Шрифт:
В комнате повисла тишина. Я тяжело дышу и все еще не поднимаю взгляд. Адреналин хреначит по моим венам. Сердце бешено колотится о грудную клетку. Глаза застилают непрошеные слезы. Какая драма! Заслуживает отдельной театральной постановки. Но мне реально больно! Произнеся в слух, то, что меня так сильно беспокоило, я вызвала новый шквал эмоций. Это финиш, ребята. Последний гвоздь в мой гробик. Несмотря на то, что я хотела быть сильной, сейчас я уязвима как никогда. Я открылась полностью. Вот, пожалуйста, я тут, моя грудь открыта, вонзите в меня кинжал, мсье Тарам.
– Ты закончила? – разрывает тишину голос Тома. Он бьет по моим барабанным перепонкам. Я думала, что чудесным образом он не ответит. Я выговорюсь и все закончится. Я забыла про ту часть разговора, где мне должны ответить хоть что-то. Боже мой, я не выдерживаю. Крупная крокодиловая слеза стекает по моей щеке. Я пытаюсь ее смахнуть ладонью, но в этом нет необходимости. Чужая рука стирает ее. Горячая ладонь прижимается к моей щеке и
Вдох-выдох. Теперь настал черед Тома собираться с мыслями. Я сижу будто под транквилизаторами и слежу за движением губ парня, чтобы понимать о чем он говорит. Ведь я не верю своим ушам.
– О какой репутации вообще ты говорила? Ты... блять, да у меня даже слов нет, чтобы тебе объяснить насколько ты неправа! Что ты вообще себе там навыдумывала?! – Том начинает заводиться и я еще сильнее сжимаюсь на диване. –Я не стыжусь тебя! Я наоборот не могу поверить, что нашел такого светлого и теплого человека, как ты. Раз уж ты решила сравнивать себя с моей бывшей, то имей в виду, что она и рядом с тобой не стояла., – парень бросает это фразу и отходит от дивана поближе к кухонной столешнице, отворачиваясь от меня. – Я поэтому упомянул, что ты официантка. Ты – другая. Зен – селебрити, которая и забыла уже, каково быть простой обычной девушкой. Она превратила наши отношения во всеобщее достояние, просто потому, что ее жизнь не имеет никаких личных рамок. И это все погубило. Как и журналисты! Которые совали свой нос везде, где не надо. Да, может я и эгоист, но я не хочу, чтобы то, что есть у нас было разрушено журналюгами. Мэри, а оно так и будет. Ты вообще представляешь, что такое когда капаются в твоем грязном белье? – он вновь поворачивается ко мне, но не ждет ответа. – Я беспокоюсь не только о себе, но и о тебе, Мэри! Только посмотри какая ты у меня ранимая. Я бросил одну ничего назначающую в моем смысле фразу, а ты уже как будто в аду побывала. А что будет, когда каждая в мире собака начнет перетирать твою жизнь и высказывать свое мнение? Я не уверен, что тебе будет все равно. Я не думаю, что ты готова. Даже я не был к этому готов изначально, хотя знал на что шел, и это моя работа. А ты? На кой черт тебе это надо? Я не хочу заставлять тебя проходить через это, и своими собственными руками рушить то, что только начало...кхм...зарождаться! Ты только представь, о тебе начнет судачить полмира. Начнут копать под тебя, чтобы узнать твою историю. А твоя семья? А? Что будет когда и до них дойдет слушок, что их дочь работает в пабе, а не переводческом бюро? Ты готова променять свою, как ты однажды выразилась, тихую гавань на «это»? – Том вкладывает свой смысл в это слово и рисует воображаемые кавычки. – Я не хочу, чтобы ты пострадала от моей профессии. Но я также не ожидал, что тебе будет больно уже сейчас, – парень тихонько подходит к дивану и садится рядом, обхватывая голову руками. – Что вообще происходит, Мэри? Почему все резко стало так сложно? – вопрос повисает в воздухе. Я все еще сижу в некоем шоке. Я ожидала услышать многое, и даже оправдания, но не разумное объяснение его поступкам. Сейчас я чувствовала себя еще большей дурой. Я считала, что это я много думала о нас. Но, нет. Том меня переплюнул. Он проиграл партию на несколько шагов вперед. Он подумал о том, как его действия скажутся на будущем. Будущем, о котором он думал, как и я.
– Я тоже начинаю чувствовать, – тихо раздается рядом со мной, и я чувствую, как его горячая ладонь сжимает мои скрещенные пальцы.- И это тоже пугает меня и сбивает с толку. Но я не хочу повторять ошибки своего прошлого. В этот раз должно все быть по-другому. Я не собираюсь все испортить. Но... – он поворачивается ко мне вполоборота. Мое тело бьет крупная дрожь. Я не могу найти сил ответить ему хоть как-то. Просто смотрю в его карие глаза и слушаю чарующий голос. – Мэри, ты должна начать мне доверять. Чтобы не заставляло тебя так разочаровываться в людях, я не такой человек. Я пытаюсь тебе это показать, но ты мне не веришь, и постоянно додумываешь в своей голове. Пожалуйста, доверься мне. Иначе нам придется туго. Перестать от меня убегать постоянно. Я тут, и я хочу с тобой быть. Ты меня слышишь? – он шепчет это уже в мои губы, а затем касается их, заставляя еще пару слезинок скатиться по моим щекам. –Перестань убегать и бояться. Я тебя не подведу, обещаю!
How would you feel, if I told you I loved you?
It’s just something that I want to do
I’ll be taking my time, spending my life
Falling deeper in love with you
So tell me that you love me too
Я обнимаю Тома, прижимая его к себе так близко, как это возможно. «Не подведу» раздается эхом в моей голове. «Обещаю». Хотя бы раз в жизни стоит рискнуть. И неважно, что ждет меня впереди. Я готова к любому исходу. Как говорил мсье Тарам «Всегда есть
риск потерять свое сердце». Как говорят в покере, I’m all in…ва-банк, господа.====== Глава 19 ======
Я уже час разглядываю себя в зеркало. Мне кажется, я недостаточно хорошо выгляжу для сегодняшнего вечера. Несмотря на то, что я одета с иголочки, я не чувствую себя комфортно и привлекательно. На мне все новое: нижнее белье, блузка, брюки, шарф и даже пальто. Данные элементы гардероба я прикупила еще когда была в Италии, но все никак не решалась надеть. Однако сегодня особенный день.
Я вернулась из Флоренции чуть больше недели назад, оставив Томаса одного заканчивать съемки. Сегодня он прилетает обратно в Лондон, и у меня есть планы на этого парня. Хм... звучит как-то по-идиотски. В общем, я просто жутко по нему соскучилась, хотя не виделись мы совсем ничего. Мне не хватало его присутствия рядом. За две недели проведенные с ним в Италии я уже привыкла засыпать с ним, прижимаясь к теплому и сильному мужскому телу. Я привыкла разговаривать с ним перед сном и по утрам. Привыкла к тому, что у меня есть молодой человек, чье присутствие мне просто необходимо.
Находясь в разных странах, мы с ним созванивались каждый день по FaceTime: Том рассказывал мне о том, как продвигаются съемки, а я делилась скучными подробностями моей «рабочей» жизни. Однако это делало нас только ближе. Парень был в курсе всех моих дел, знал о моих друзьях и коллегах, а также о всех происшествиях на работе. Казалось, что он был в моей жизни всегда, когда я рассказывала очередную историю, а он комментировал ее примерно так «Ну, это же Холли!» или «Да, я не удивлен, что Шон так сказал». В свою очередь я узнавала больше о его семье, о успехах его мамы, а также младших братьев. Про отца я вообще молчу. Том им очень гордился и частенько упоминал в разговорах.
Мы становились хорошими друзьями, но и нотка романтики с пикантностью у нас не пропадала. За две недели во Флоренции я так и не решилась на что-то большее с Томом, чем поцелуи. Но пошлые разговоры и флирт никуда не пропадали. Каждый раз парень устраивал мне допрос перед сном в стиле «а что на тебе надето?», и если раньше меня бы это пугало и настораживало, то сейчас это либо смешило, либо не на шутку заводило. В зависимости от настроения.
Я больше недели не видела парня, и у меня уже ноги дрожали от того, как я по нему соскучилась. Как мне хотелось обнять его, запустить руки в его прекрасные волосы, целовать губы, ключицы, пресс... В общем, вы уже поняли, что гормоны мои жили сами по себе, заставляя меня, бедную девушку, творить что-то ненормальное. Сегодня Том возвращается в Лондон, и я готова, готова наконец-то на что-то большее.
Для меня вопрос секса был довольно прост. В свои годы я уже не ждала принца на белом коне или чего-то романтичного и светлого. Ключевой проблемой для меня было доверие. Я не доверяла мужчинам, боялась, что едва я с ними пересплю, их и след простынет. Ведь как можно быть с такой как я? Я не любила себя, и не думала, что меня вообще кто-то может полюбить. Хотеть на одну ночь – да, любить – нет. Но сейчас все было по-другому. Мистер Холланд всего за месяц поднял мою самооценку настолько, что я начинала верить во взаимные чувства. Все слова и поступки Тома были направлены на завоевание моего доверия. Он убеждал меня, что он лучше, чем я могу себе представить и просил, чтобы я поверила ему. И я верила. После той ситуации, когда я неправильно интерпретировала его фразу, мы оба пришли к тому, что хотим построить что-то настоящее, а это «что-то» по глубокому убеждению Тома, да и меня тоже, не могло появиться без взаимного доверия. И вот я стою здесь, смотрю в зеркало, и предвкушаю, как изменится моя жизнь сегодня ночью.
От моих мыслей меня отвлекает телефонный звонок. На экране высвечивается фотография, которую Том сделал в наш первый день в Италии. Мы целуемся, а на заднем фоне пестреют Тосканские пейзажи. Я улыбаюсь приятным воспоминаниям и беру трубку:
– Привет, ты прилетел уже?
– Да, еду из аэропорта домой. Ты дома? – слышу звонкий и любимый голос на «том проводе».
– Да, дома. Где ж мне еще быть?
– Тогда я заеду домой, приму душ, посплю немного и к тебе. Или что мы решили? Кто-то ужин вроде обещал мне сегодня, – последняя фраза прозвучала у него жутко загадочно. Чувствует зараза, что я не только лазаньей собралась его кормить.
– Да, все в силе, не переживай. Будет тебе ужин. Давай тогда так, ты отдыхай, а я часов в шесть приеду к тебе со всем необходимым для готовки. Ок?
– Отлично, до вечера тогда.
– До вечера, – выдыхаю я. Кладу трубку и вновь устремляю взгляд на свое отражение. Щеки залиты румянцем, а шея покрывается красными «нервными» пятнами. «Ну, откуда ты, Ростова, красотка-то такая? Тебе прямиком в красную книгу, а не в гости к парню. Леопард, а не женщина!». Делаю глубокий вдох. Это всего лишь нервы. Не каждый день приходится лишаться чести. Да и не это меня волновало. Я жутко боялась облажаться. А что если все пойдет не так? Ему не понравиться? Что дальше? Наша милая песенка спета? «Так, Ростова, что тебе говорил Том? Перестань накручивать себя! Все будет волшебно, потому что вы нравитесь друг другу, и ничто не может это испортить». Ну, дай бог, все так и будет. А пока пару бокальчиков красного сухого не помешают. Для успокоения нервов.