Чтение онлайн

— О чем ты думаешь Джей?

— А если я скажу тебе причину, по которой мы не можем быть вместе? Ты передумаешь? Ведь если это серьезная причина, то не имеет значения, люблю я тебя или нет.

— Говори, я тебя слушаю.

Джей крепче сжала его руку, она даже не подумала о том что, падая, он может потянуть ее за собой.

— Я не та, за кого себя выдаю. На самом деле я не Джей. И продолжая отношения с тобой, могу себя выдать. Пока, я нигде расписывалась и юридически ничего противозаконного не сделала. Но, оставаясь с тобой, я буду вынуждена играть эту роль до конца моей жизни. И когда-нибудь мне придется

за это расплачиваться. Поэтому я боюсь, я не хочу расплачиваться так дорого. Понимаешь, я не хочу найти тебя, а потом потерять сразу все. Ведь каждый день этой жизни, это страх что сегодня я буду разоблачена, что вернется настоящая Джей, что кто-то узнает меня. Не могу я быть с тобой, пойми.

"Что я говорю? Он же поверит мне, смотрит своими синими глазами и видит насквозь, что я уеду, хотя и люблю его, как только все кончиться" — по щекам Джей потекли слезы бессилия в горле стоял ком от подавленных рыданий она замолчала и просто смотрела на него. Ричард отпустил вторую руку с опоры и вытер бежавшие по ее щекам слезы.

— Как же ты умудрилась придумать такое? Это же смешно сочинять такую чушь только чтобы оттянуть время. Мне тоже было тяжело признаться, что я люблю тебя, но я это сделал и теперь, знаю чего, я хочу. И ты тоже поймешь.

— Но мы не будем вместе, я это знаю, чувствую. Ну, поверь мне Ричард, зачем тешить себя такими надеждами им не суждено сбыться. Прошу тебя не мучай меня.

— Ты еще совсем ребенок. Вот увидишь, все будет хорошо — он отпустил ее руку и подвинулся назад — У тебя осталось три минуты на раздумье. Ну, же.

— Не заставляй меня это делать, пожалуйста. Зачем тебе это?

— Потому что я хочу, что бы ты меня тоже любила. Еще минута Джей.

Его тело качнулось. И она не выдержала, закричала, как он того и хотел.

— Да, да я люблю тебя, только не делай это!

Ричард улыбнулся и взял ее лицо в свои руки.

— Вот и все. Теперь мы на равных. Ты не представляешь, как тяжело сознавать, когда кто-то занимает твое сердце, душу, мысли, когда уже нет тебя, а только мысли и желания о другом человеке. Но перед нашей новой жизнью я покажу тебе еще кое-что.

И Ричард отпустил руки и шагнул назад. Алекс рухнула на колени и стала смотреть в это синее небо. Толпа дружно охнула, но потом стала радостно восклицать и аплодировать.

"Они все сейчас презирают меня за его смерть. Но разве я не сделала то, что он просил?" Кто-то обхватил ее за плечи и поднял на ноги, повел через строй вездесущих репортеров, камер, вспышек фотоаппаратов, этих неотъемлемых спутников сенсаций.

— Каково чувствовать себя униженной?

— Мисс Джуди вы знали, что он так сделает?

— Что вы намерены сказать теперь Ричарду?

"Вы хотите сказать, что я смогу сказать над его телом?" — Джей хотелось крикнуть всем этим уродам. "Что вы понимаете в настоящей жизни? Только и умеете, что щелкать фотоаппаратом, измышляя целые истории из одной оброненной фразы. И не знаете, какое это тяжелое наказание любить так сильно".

Отец усадил ее в машину, обнял и стал укачивать словно маленькую. В открытое окно машины уже смотрел очередной репортер.

— Ничего родная моя Джуди. Все пройдет. Ты забудешь его, и все будет хорошо. А я то старый дурак думал, что он изменился, притащил его к нам на ужин.

— Как вы воспринимаете трюк Ричарда Хайстоуна

с этим тросом мисс Джуди?

"О чем он говорит, какой еще трос?". Стекло в машине немедленно подняли, и машина медленно поехала сквозь толпу, отчаянно сигналя всем встречным любопытным. В голове у Джей вертелось слово трюк, какой еще трюк. Она подняла голову к отцу.

— Папа о чем он?

— Мое бедное дитя, ты же ничего не видела и не слышала. Ты была не слишком близко к краю — мистер Джоунс замолчал, подыскивая слова. — Он не упал Джей…. к его ногам был привязан трос.

Алекс вспомнила, как он стоял, как шагнул назад.

— Но я не видела троса.

— И никто не видел, до того как он спрыгнул, он все точно рассчитал. Ричард не зря, не подпускал к себе близко посторонних людей, особенно, журналистов они ведь могли заметить подлог. Трос ему помогли спрятать во внутренней полости моста, а другой конец аккуратно привязали за ногу. Вот почему он так близко стоял к краю, что бы не было видно.

"Интересно, когда, кажется, что хуже быть уже не может, жизнь доказывает что это не так. Шкала несчастий не имеет предела, а вот деления счастья весьма ограничены". Она прижалась лбом к стеклу машины. "Нужно закончить всю эту карусель сегодня, как бы я не оттягивала свое разоблачение, как бы не надеялась на лучшее, жизнь упрямо толкает меня на это". Алекс отвернулась от окна и посмотрела в глаза отцу, затем передумала и снова уперлась лбом в стекло. Безжизненным голосом произнесла:

— Нам нужно поговорить.

— Да дочка конечно. Вот только приедем домой.

"Несчастный человек, сейчас он гладит меня, а через некоторое время он лишится дочери. Старается унять мою боль, а потом сам от боли возненавидит меня".

Приехав, домой они сразу прошли в кабинет. В доме стояла мертвая тишина, видимо слуги следили за всем по телевизору и теперь стараются не попадаться на глаза. Какие они все-таки славные люди. Алекс не села ни на стул, ни в кресло. Она подошла к окну и оперлась об него ладонями.

— Дело в том, что я собиралась это сделать в ближайшее время, а теперь решила, сделаю это сегодня — она обернулась отец, нет впрочем, не ее отец смотрел на нее так понимающе таким добрым взглядом, и это тоже надо выдержать.

— Я должна признаться, что я не ваша дочь. Я… я простая самозванка, правда, ставшая ею по принуждению, но теперь это уже не важно.

Лицо Алекс горело от стыда и снова в этот день потоки слез потекли по ее щекам, и она спрятала свое лицо в ладонях. Через минуту, ожидая криков, приступа гнева она почувствовала, как ее руки отодвигают. Нет, этот чудный человек совсем не зол он смотрит на нее все тем же понимающим взглядом.

— Я все давно знаю Алекс.

— Вы знаете? — вот она нескончаемая шкала несчастий.

— Да, конечно. Ты очень похожа на мою дочь, но вот твой характер совсем не похож на ее — он подвел ее к креслу и заботливо усадил, сам же сел в другое кресло.

— Ты слишком мягкая, Мет и Ричард принимали тебя за ту, которую им хотелось бы видеть. А мы с Тедом скоро поняли различие и стали искать причину. Но я вовсе не злюсь на тебя, у меня, наконец, появилась дочка, которая могла бы по-настоящему меня любить. Дочка, которая живет со мной не ради денег, не призирает меня. Ты же не откажешься Алекс быть дочерью одного несчастного старика.