Чтение онлайн

И вдруг, когда солнце начало клониться к закату, над Скэмптоном повисла тишина. Работа завершена, двадцать «ланкастеров» стоят на стоянке — заправленные, с боекомплектом, готовые к вылету. Члены экипажей надели летную форму, забрали ремни, парашюты, спасательные жилеты, и все вышли в летние сумерки ждать — курили, переговаривались или просто смотрели на широкие просторы Ланкашира в задумчивом молчании.

В 20.30 Гибсон получил последнее подтверждение. Погода над всей Европой ясная, на плотинах не замечено никакой необычной активности, отвлекающие маневры начаты, можно приступать к операции «Честайз». В щегольском галстуке и рубашке с короткими рукавами, оплетенный парашютными лямками, в трофейном спасательном жилете он прошелся между товарищами, подбадривая их шутками, острым словом, рукопожатием.

Потом, почти в девять, Гибсон словно случайно взглянул на запястье.

— Ну что, ребята. Если верить моим часам — пора.

Началось все вполне обыденно. Все экипажи, кроме третьего звена, заняли свои места и приготовились к взлету. В 21.15 Гибсон выпустил красную ракету — сигнал к запуску двигателей. Шестьдесят «мерлинов» взревели в пятнадцати «Ланкастерах», но в одном, «Квине» Маккарти, обнаружилась утечка охлаждающей жидкости, пришлось его заглушить. Питер с Дядькой с нетерпением ждали в кабине «Вики». Звено Маккарти должно было взлететь за десять минут до звена Гибсона. Ведущим был Большой Джо, ему доверили честь поднять 617-й эскадрилью в воздух. «Вики» взлетал вторым.

— Знаешь что, приятель? — Дядька смотрел, как фургоны техобслуживания несутся по полю к «Квину». — Надо брать дело в свои руки.

— Верно. — Питер потянулся к ручкам газа, отпустил тормоза и начал длинную рулежку в конец полосы. За ним последовали остальные — «Квин» же остался на месте.

У контрольной вышки, следуя традиции Бомбардировочного командования, собралась толпа провожающих. Вспыхнул зеленый свет, Питер прибавил газ, развернул перегруженный бомбардировщик по ветру и начал разбег. Самолет стал медленно, неохотно разгоняться, между стойками шасси неуклюже свисала огромная бомба. Хвост «ланкастера» задрался, «мерлины» взвыли, потом мощно загудели — «Вики» набирал скорость. И вот огромная машина уже напоминала стремительно взлетающего лебедя — двигатели поют, закатное солнце сверкает на крыльях; по толпе провожающих пронесся вздох облегчения — самолет победоносно взмыл в вечерний воздух, убрал шасси и повернул к востоку, в сторону моря. Операция «Честайз» началась.

На борту было спокойно — все члены экипажа занимались своим делом. Вскоре они пересекли береговую линию и оказались над Северным морем. Питер опустил бомбардировщик ниже, к воде. Сгущались сумерки, воздух был теплым, спокойным — после многонедельных тренировок лететь над водной гладью удавалось почти без усилий. За «Вики», с интервалом в минуту, шли оставшиеся четыре борта из второго звена: Барлоу на «Изи», Манро на «Уилли», Байерс на «Кинге» и Райс на «Харри». Все надеялись, что первое звено Гибсона тоже уже в воздухе и направляется к югу.

Первый час все шло гладко. Они оставались на малой высоте, чтобы их не засекли радары; когда опустилась ночь, под фюзеляжем «Вики» включили два прожектора, указывающих высоту над морем. Джейми Джонсон регулярно сбрасывал дымовые шашки, чтобы фиксировать смещение, и давал Питеру небольшие корректировки курса. Шли минуты, напряжение нарастало и достигло пика, когда Джейми произнес: «Впереди вражеский берег». Чтобы без потерь пересечь береговую линию, нужно было пролететь над одним из островов Фризского архипелага, Влиландом, а потом снова опуститься и идти над Вадензе до материка.

Ошибки были недопустимы — отклонись они чуть-чуть к северу, и окажутся над соседним островом Терсхеллинг; к югу — под ними будет Тексель; на обоих мощная противовоздушная оборона. Пять «Ланкастеров» в свободном строю неслись к берегу — «Кинг» Вернона Байерса поднялся несколько выше и чуть отошел от курса, оказавшись над северной оконечностью Текселя. Через несколько секунд тьму разорвали вспышки — заработала зенитная батарея. Прямое попадание — «Кинг» потерял управление и взорвался над морем. Заняло это всего несколько секунд; остальные смотрели, онемев: было ясно, что выживших нет.

Был задет и «Уилли» Леса Манро — повреждены системы связи и навигации. После мрачных переговоров с экипажем, Манро лег на обратный курс.

Джеф Райс без повреждений прошел над Влиландом и стремительно снижался, чтобы оказаться на безопасной высоте. Но его так потрясла гибель Байерса, что

он не рассчитал высоту, опустился слишком низко и «Харри» зацепил воду; бомба сорвалась, вдавив заднее шасси в корпус и повредив стабилизатор. Райсу с трудом удалось удержать управление и снова набрать высоту. Однако он остался без оружия и выбора у него не было — только отказаться от выполнения задания и ковылять обратно. За три минуты второе звено лишилось трех самолетов.

Осталось двое — Питер и его экипаж на «Вики» и его коллега из 61-й эскадрильи Норм Барлоу на «Изи». Без всяких колебаний они сомкнули строй и взяли курс на Германию. Через пятьдесят минут Киви предупредил Питера по внутренней связи:

— Впереди линия электропередач, командир. На одиннадцать часов, расстояние миля.

— Вижу, спасибо. — Питер потянул штурвал на себя, чтобы перелететь провода, однако справа от него самолет Барлоу продолжал двигаться на прежней высоте. Через секунду — ослепительная вспышка, «Изи» зацепился за провода и огненным шаром рухнул на землю. Питер смотрел, не веря своим глазам.

Из шести составлявших звено самолетов уцелел только один.

— Командир — радисту, — произнес Питер после паузы. — Чоки, сообщи о произошедшем на базу.

— Есть, командир.

— И скажи, что мы продолжаем выполнение задания.

Передовая группа первого звена, которое вел Гибсон, тоже подлетала к немецкой территории. И у них возникли проблемы с вражескими прожекторами и зенитками. Все три борта — «Джордж» Гибсона, «Попси» Мартина и «Мама» Хопгуда получили повреждения от наземных орудий. В одном месте зенитный огонь оказался таким плотным, что Гибсон прервал молчание в эфире и передал предупреждение в штаб Пятой группы — оттуда его быстро переслали всем остальным бортам. От зенитного попадания в «Маму» Хопгуда там начался пожар в двигателе и заклинило хвостовую башню; несколько членов экипажа, включая пилота, получили ранения. После нескольких секунд смятения бортинженер отключил подачу топлива в горящий двигатель, а Хопгуд попытался выровнять самолет. Через некоторое время был восстановлен относительный порядок. Хопгуд сделал перекличку. Как оказалось, все, кроме штурмана и бортинженера, ранены. У самого Хопгуда было сильное кровотечение — рана в голову, а носовая башня просто молчала.

— Что будем делать, Хоппи? — преодолевая боль, спросил радист. Ему сильно повредило, почти оторвало ногу.

— Летим дальше. — Хопгуд отер кровь с головы. — Мы здесь только за этим.

С десятиминутным интервалом за ними следовала вторая группа звена Гибсона из трех бортов — Шэннона, Молтби и Янга; они пролетели половину голландской территории, их так пока и не обнаружили. А в десяти минутах за ними летела третья тройка — Модсли, Эстел и Найт, они как раз приближались к голландскому берегу. Их заход на береговую линию оказался точен, не встретив сопротивления, они с ревом пронеслись над дюнами и повернули на юг, к Германии. Что удивительно, им удалось пройти над двумя базами ночных истребителей и остаться незамеченными. Теперь, согласно маршруту, следовало изменить курс и пересечь Рейн. Эстел на «Бейкере» чуть запоздал с разворотом и отстал. Он искал в темноте синеватое свечение — выхлопы других «Ланкастеров» — и их самолет стал второй жертвой столкновения с высоковольтными проводами. «Бейкер» врезался в незамеченную вышку, развалился на куски и ткнулся в землю. Модсли и Найт ничего не знали о потере, пока не услышали за спинами оглушительный удар — это взорвался «Апкип» Эстела.

Итак, двадцать один погибший, а ни одной бомбы пока не сброшено. В штабе Пятой группы в Грэнтеме Кохрейн, Уитворт и Уоллис, к которым присоединился сам маршал авиации Харрис, собрались, не скрывая волнения, на командном пункте. Они еще не знали, что из двадцати самолетов, которые должны были лететь на Рур, осталось только четырнадцать. Один оказался технически неисправен, два возвращались с повреждениями, три разбились.

Впрочем, один самолет — а точнее, его экипаж — вернулся в дело. Поняв, что их обожаемый «Квин» лететь не сможет, Большой Джо Маккарти и его экипаж бросились через взлетную полосу к резервному «Томми». Через некоторое время «Томми» стремительно вырулил на взлетную полосу. Теперь он уже был в пути, его двигатели гудели над Нидерландами.