Разбитые небеса
Шрифт:
– Я приехал к своему другу Графу, - сказал я абсолютно лысому мужику с черной повязкой на левом глазу и ухмылкой Джона Сильвера, который встретил мою машину во дворе санатория, - Проводи меня к нему!
«Джон Сильвер» окинул меня неприятным взглядом, таким, каким смотрят на индейку что сама пришла на рождественский праздник, издевательски улыбнулся и приглашающе взмахнул рукой.
Внутри было сыро, грязно и пахло неприятностями. Я мимоходом похлопал рукой по монструозного вида крупнокалиберной снайперской винтовке западного производства стоящей в оконном проеме и весело подмигнул «Джону Сильверу». Тот снова
– Подождьите ньемного, - с незнакомым мне акцентом сказал «Джон Сильвер», - Граф скоро подъедет.
Я уселся на скрипнувший стул, закинул ногу на протез и принялся в упор разглядывать «Джона Сильвера». Тот, встал у стены напротив и в свою очередь стал пялился на меня. Так мы ломали друг друга взглядами минут двадцать, пока в подвал не спустился Граф. Выглядел он плохо – под глазами залегли глубокие синяки, похудел, щеки ввалились.
– Какие люди, и с охраной! – воскликнул я, не вставая со стула, - Сколько лет сколько зим, Граф! А чего вид такой уставший? Весь в делах и заботах?
– Препарат привез? – сходу взял быка за рога Граф.
– А ты чего такой невежливый? – удивился я, - И даже не здороваешься! Я думал мы друзья!
– Кончай комедию ломать, - поморщился делец, - Ты даже не представляешь сколько у меня проблем из-за тебя, урод горелый! Где препарат, сука?!
– Какие такие неприятности?
– с видом оскорбленной невинности ответил я, - Напомни-ка, когда я тебе дорогу перебежать успел, а то я не догоняю…
– Абалак – это была моя лаборатория! – прошипел Граф, - И фантомат, который ты имел наглость предложить купить мне же, тоже мой!
– Ой прости, неудачно вышло, - пожал плечами я, незаметно сжимая контактор маленького, но мощного радиопередатчика, спрятанного под мышкой, - Откуда мне было знать, там на воротах не было надписи: «Лаборатория Графа». Вот если бы такая надпись была…
– Заткнись идиот! – заорал, брызгая слюной Граф, - Мне плевать знал ты или не знал! Ты перешел мне дорогу и сам приперся к химере в пасть – и теперь ты труп! А теперь отдай мне то, что принадлежит мне, и я так и быть подарю тебе легкую смерть в память о нашей дружбе!
– Эй, эй не кипятись! – поднял руки я, - Вот здесь твой фантомат.
С этими словами я снял с плеча сумку (наемники немедленно вскинули оружие и взяли меня на прицел) и медленно вытащил из нее пакет, перевязанный скотчем, за которым потянулась бечевка. Звякнуло упавшее на пол кольцо запала гранаты.
– Если я выпущу пакет из рук, запал рванет и разнесет твой фантомат по всему подвалу, - сказал я.
– Сссука, - прошипел Граф, - Подготовился, да? Тебя это все равно не спасет!
– Ты помнишь Бороду, Граф? – спросил я.
– При чем здесь Борода?! Он сдох больше года назад!
– Когда мы были с ним в Миассе и отбили твою фуру, он сказал, что в ней не хватает самого ценного. И даже назвал первые шесть букв этого самого ценного: фантом…
Наверху послышалась заполошная очередь на весь магазин и гортанный крик полный боли. «Джон Сильвер» вздрогнул, пролаял на незнакомом мне языке команды и побежал наверх. Я проводил
его взглядом и продолжил:– Так что когда я разгромил лабораторию в Абалаке и не нашел никаких следов его хозяев я вдруг вспомнил тот разговор и подумал…
Наверху опять разразилась заполошная стрельба в несколько стволов, команды перемежались криками в которых слышались боль и страх.
– Так вот, тогда-то я и подумал про тебя, Граф. Так что это не я приперся к химере в пасть, а ты…
Граф скрипнул зубами, прислушиваясь к происходящему наверху. Наемники держали меня на прицеле, сжимая оружие побелевшими руками. Перестрелка угасала, стрелки замолкали один за другими. Бабахнул взрыв где-то совсем рядом, с потолка посыпалась штукатурка и раздался нечеловеческий крик, напоминающий скрежет стали по оконному стеклу.
– Что это?! – спросил Граф шепотом.
– Это смерть, дружище, - ответил я, - Все твои наемники мертвы. И ты тоже умрешь, если выйдешь отсюда без меня.
– У меня есть ты, ты меня выведешь!
Я рассмеялся:
– Те, кто резвятся наверху порвут тебя, как только увидят, для них концепция заложника слишком сложна. Сложи оружие, если хочешь пережить этот вечер – ты мне пока еще нужен.
Сверху раздался пронзительный крик полный ужаса и боли. Так кричат люди, которых рвут на куски. Крики перемежались проклятиями и мольбами о помощи.
– А вот так они развлекаются, - вздохнул я, - Любят поиграть с живыми игрушками. Ты ведь не хочешь оказаться на месте этого бедолаги, Граф?
Граф открыл было рот, но так и не успел сказать, чего хочет – один из наемников перехватил свой автомат и вырубил дельца точным ударом приклада.
– We give up! We are just mercenaries! – сказал темнокожий парень, медленно укладывая свое оружие на пол. Второй боец сделал то же самое.
– Well, I don’t need your lives, - кивнул я им, вставая со стула, - Тень, свяжи бойцов и особенно Графа! Смотри за ними в оба, понял?
Когда я поднялся на первый этаж, то обнаружил что все еще держу в руке пакет с фантоматом. Секунду подумал потом откинул пакет в сторону. Через четыре секунды хлопнул запал и дорогущий препарат мелкими брызгами разлетелся по грязному бетонному полу.
Когти обнаружились в просторном холле санатория. Восемь сгорбленных фигур сидели полукругом вокруг девятой, которая изломанной куклой валялась в луже оранжевой крови на полу. Я нашел взглядом Гнома и сказал ему:
– Дело сделано, брат, вы молодцы!
Молчание стало мне ответом, никто из Когтей даже головы не повернул в мою сторону. Чувствуя холодок, побежавший по коже, я осторожно сказал:
– Я позабочусь о павшем брате, похороню с почестями…
– Не нушшшно , - прошипел нечеловеческий голос, - Он сссделал то, что долшшен и теперь сссвободен. Мы всссе шшивем ради этого мига.
Гном отвернулся от меня и цокая когтями, имплантированными во все четыре конечности, уковылял на улицу. Остальные Когти молча последовали за ним. Я к стыду своему вздохнул с облегчением и обратил внимание на еще одно тело, лежащее неподалеку от первого. Это был «Джон Сильвер» но узнал я его только по повязке, лицо и тело было изуродованы до неузнаваемости, сквозь прорехи в брюшине видны внутренние органы. Я отвернулся, подошел к мертвому Когтю, присел на корточки над телом и закрыл парню глаза.