Распалась звязь времен...
Шрифт:
— По-видимому, знание погодных условий было очень важно для военных? — спросила миссис Кейтельбейн.
— Конечно. Внезапный шторм мог сорвать операцию по высадке десанта или разбросать конвой транспортных судов. Это могло изменить весь ход военных действий.
— Наверное, там вы и натренировались, — сказал Вальтер. — Делая умозаключения о погоде.
— Точно, — засмеялся Рэгл. — Именно этим мы и занимались. Только не умозаключениями, а пари-заключениями. Я говорил, что в десять часов будет дождь, а он говорил, что дождя не будет. Нам удалось промаяться дурью таким образом
«Интересно, почему это вдруг вспомнилось?» — подумал Рэгл.
С тех пор прошло двенадцать-тринадцать лет. Ему было тогда тридцать три. Он работал механиком в прачечной, когда пришла повестка в армию.
— Мама! — восторженно воскликнул Вальтер. — У меня родилась великолепная идея! Что, если мистеру Гамму рассказать на занятиях о своей военной службе? Рассказ участника событий… постоянное ожидание близкой опасности… Может быть, он помнит, как солдат обучали способам индивидуальной защиты, как вести себя под огнем противника или в чрезвычайных условиях…
Рэгл засмеялся:
— Больше того, что старый американский солдат уже рассказал вам, он ничего не знает.
— Но вы же наверняка помните рассказы других парней о воздушных налетах, о бомбовых ударах, — упорствовал Вальтер. — Не обязательно же, чтобы это происходило именно с вами.
«Все пацаны одинаковы, — подумал Рэгл. — Этот вот тоже рассуждает как Сэмми. Сэмми — десять, Вальтеру — ну, пятнадцать. Только и всего».
Но они оба были ему симпатичны, и предложение Вальтера понравилось.
«Такова слава, — думал он. — Это награда за то, что я самый великий — или самый долговечный — победитель за всю историю проведения конкурсов-головоломок. И парням от десяти до пятнадцати кажется, что я действительно что-то из себя представляю».
Эти мысли увлекли Рэгла, и он неожиданно для самого себя сказал:
— Я приду во вторник на занятия в форме полного генерала.
Глаза мальчика широко раскрылись. Но он приложил все усилия, чтобы сдержать изумление.
— Вы не шутите? — спросил он. — Полного генерала? С четырьмя звездочками?
— Так точно, — как можно серьезнее ответил Рэгл.
Миссис Кейтельбейн улыбнулась. Рэгл незаметно подмигнул ей.
В пять тридцать, когда ушли последние посетители и двери супермаркета были заперты, Вик Нельсон собрал вокруг себя четырех девушек-контролерш.
— У меня к вам просьба, — сказал он.
Он весь день придумывал эту штуку. Жалюзи на окнах были опущены, покупателей в магазине не осталось. Возле контрольных столиков один из администраторов подсчитывал выручку и готовил кассовые аппараты к завтрашнему дню.
— Пожалуйста, девушки, сделайте мне одолжение, — говорил Вик. — Это психологический эксперимент. И займет он всего тридцать секунд. Согласны?
Вик обращался главным образом к Лиз. Она пользовалась среди контролеров непререкаемым авторитетом,
и если бы она согласилась, остальные не стали бы, по-видимому, спорить.— А завтра эксперимент никак нельзя провести? — спросила Лиз. Она была уже в пальто и в туфлях на высоком каблуке. В них она напоминала девушку с рекламы ананасового сока, только ожившую и сошедшую с плаката.
— Смотрите, — сказал Вик, — на стоянке в машине сидит моя жена. Если я не буду возле нее через минуту, она начнет бибикать. Так что, сами понимаете, все будет очень быстро.
Контролерши, симпатичные девушки, смотрели выжидательно на Лиз. Они были еще в белых фартучках и с карандашиками за ушками.
— Давайте, — сказала Лиз, шутливо грозя ему пальчиком. — Хотя, честно вам скажу, было бы куда лучше, если бы нас здесь уже не было.
Вик прошел к продуктовому отделу, вытащил из коробки пустой бумажный пакет и начал его надувать. Контролерши тупо уставились на него.
— Вот что я хочу, чтобы вы сделали, — сказал Вик, держа в руках наполненный воздухом пакет. — Сейчас я хлопну этим пакетом и… проору диким голосом команду. Вы должны ее в точности исполнить. Не надо думать — просто сделайте то, что я заору. Я хочу понять, как вы отреагируете. Задание ясно?
Лиз стянула с полки кондитерского отдела пластик жевательной резинки и теперь весело работала челюстями.
— Угу, ясно, — сказала она. — Валяйте: лопайте его и вопите.
— Внимание на меня, — сказал Вик.
Все девушки стояли спиной к широкой стеклянной входной двери. Это была та самая дверь, через которую они всегда входили и выходили из магазина.
— Прекрасно, — сказал Вик и, подняв над головой пакет, заорал: — Бегите! — И сразу же хлопнул пакетом.
От его крика девушки испуганно вздрогнули. Когда же лопнул наполненный воздухом пакет — в пустом супермаркете хлопок прозвучал чудовищно громко, — девушки кинулись со всех ног.
Но ни одна не побежала к дверям! Толкая друг друга, тесной группой они ринулись влево. На их пути была колонна.
«Шесть шагов, семь, восемь», — считал про себя Вик.
Наткнувшись на колонну, запыхавшиеся девушки растерянно остановились.
— Ну и что? — спросила Лиз. — Что это было? Вы сказали, что сначала треснете по пакету. А на самом деле сделали все наоборот и сперва завопили.
— Спасибо, Лиз, — сказал Вик. — Все было прекрасно. Можешь идти на встречу со своим дружком.
Участники эксперимента пошли к выходу. Девушки насмешливо посматривали на Вика.
— Мне тоже надо было бежать? — спросил администратор, подсчитывавший выручку.
— Нет, — сказал Вик. Он почти не слышал вопроса, размышляя над результатами эксперимента.
— Я попытался нырнуть под прилавок, — заявил администратор.
— Благодарю вас.
Выйдя из супермаркета, Вик направился на другую сторону автостоянки к «фольксвагену».
В «фольксвагене» сидела огромная овчарка. Когда Вик подходил к машине, она внимательно смотрела на него. На переднем бампере была глубокая вмятина. И вообще, машину не мешало помыть.
«А еще говоришь о каких-то психологических экспериментах», — усмехнулся Вик.