Путь
Шрифт:
При этом, когда они говорили мне гадости, особенно старалась Бет. Линда же молчала. Она не вмешивалась, желая остаться в стороне от происходящего кошмара.
Я не могла понять, с чего они на меня взъелись? Почему невзлюбили как только я появилась в этом оркестре?
«Неужели у них относятся так ко всем новеньким? Но это ведь просто дикость!» — подумала я.
Мне казалось, что я попала вновь в школу, где так любят унижать слабых и одиноких.
Но здесь все было серьезнее. Их целью было не просто меня унизить, а выжить из этого оркестра.
Они
Я понимала, что их столь активные действия вызваны огромной злобой и разочарованием. Видимо они долго вынашивали план как меня подставить, чтобы меня уволили. Но их план не удался. И вот теперь они перешли в открытое наступление.
И самым страшным было то, что постепенно я начала сдаваться.
Спустя две недели этой «войны», тяжелой, психологически изматывающей войны, я уже чувствовала себя просто ужасно.
Я с неохотой и страхом собиралась каждое утро на работу. Я с ужасом ждала новой встречи с коллективом и их новых поддевок и нелицеприятных слов в мой адрес.
Почему я не могла просто не обращать на них внимания?
Я не знаю.
Но предполагаю, что дело все здесь было в том, что они никак не угомонялись и я ждала новой подставы.
Они, как опытные бойцы, хотели взять меня измором. Сначала измучить мелкими нападками, а в конце, когда у меня уже не будет никаких сил противостоять им, нанести сокрушительный удар.
Так и произошло.
В этот вечер у нас намечался очень серьезный концерт. Мы все очень долго к нему готовились и уже с утра были в филармонии.
Когда до начала концерта оставалось еще пол часа, мы все уже были переодеты в концертные платья и сидели в гримерке, терпеливо ожидая выхода на сцену.
В гримерке царило напряжение. На меня никто не смотрел. Однако я чувствовала: их всех напрягает мое присутствие. Девушки тихо переговаривались между собой. Линда и Бет были вместе.
А потом где-то минут за 20 до концерта я стала замечать, что все мои коллеги украдкой бросают на меня взгляды. Они чего-то ждали. Чего? Я не могла понять.
Решив не обращать на них внимания, я подошла к своей сумке. В моей сумочке лежала бутылка с водой. Я всегда носила с собой воду.
Перед концертом я неизменно выпивала немного воды, это помогало мне успокоиться, справиться с волнением.
Не пропустила данный ритуал я и на этот раз.
Но в этот раз случилось что-то странное. Я подошла к своей сумке и обнаружила, что молния закрыта на ней не до конца.
Это меня удивило, ведь я всегда закрывала свою сумку до упора, такая уж у меня была привычка.
Но тем не менее я не стала из-за этого париться, решив, что все бывает и я тоже могла пойти против своей привычки.
Сразу после этого я открыла сумку и достала оттуда бутылку с водой.
Открыв бутылку, я сделала пару глотков и убрала ее обратно.
«Ну вот, теперь я готова к концерту». — удовлетворенно подумала я.
Однако вскоре я почувствовала нечто странное. Прошло всего минут 5, а я уже чувствовала
какую-то слабость.«Черт, что происходит?» — подумала я и присела на тахту.
В голове у меня был какой-то странный туман, но я решила не паниковать и посмотреть, что будет дальше. Я надеялась, что скоро все пройдет. И я стала ждать, когда мне станет лучше…
За десять минут до концерта вошел наш руководитель и сказал, чтоб мы были наготове.
А я в этот момент с ужасом почувствовала, что меня клонит в сон.
Чтобы взбодриться, я выпила еще воды.
Но, увы, мне стало еще хуже. Но я все еще на что-то надеялась…
И вот объявили наш выход.
На ватных ногах я первая направилась на сцену и села за пианино.
Дождавшись пока на сцене появятся все участницы оркестра, я открыла крышку пианино и… у меня все поплыло перед глазами. Я не видела нот, а клавиши слились в одну сплошную линию. Я должна была начинать концерт, но… я не могла. Меня одолевал дикий сон и я не могла сосредоточиться на работе. А в следующий миг я почувствовала, что мои веки тяжелеют все сильнее и… я уронила голову на пианино.
Тут же я почувствовала прикосновение холодных клавиш к лицу, а также услышала удивленные возгласы из зала и на сцене. И это было последнее, что я услышала перед тем, как все вокруг для меня погрузилось во тьму…
Я очнулась на кушетке в гримерке.
На меня смотрели десятки глаз. Участницы оркестра и руководитель собрались в гримерке и смотрели на меня. Все они смотрели на меня.
В их глазах читалось непомерное удивление, растерянность и… в общем полное непонимание ситуации.
Я встала с кушетки.
— Что произошло? — спросила я.
— Ты сорвала концерт. — сказала одна из девушек.
— Но… я… я не понимаю… — растерянно произнесла я.
И тут я вспомнила, что случилось.
— Простите… Я не понимаю, как это могло произойти… — сказала я. — У меня было странное ощущение перед выходом на сцену, а потом… О, черт!
— Крис, ты уснула прямо на сцене. — сказал руководитель.
Я испуганно на него посмотрела.
— Все в зале так смеялись! Так смеялись! — сказала одна из моих коллег, девушка по имени Рейчел. — Бьюсь об заклад, уже сегодня в ютубе будет куча видео с нашего концерта!
Все девушки в гримерке засмеялись, глядя на меня.
Руководитель поморщился.
— И… вы прервали концерт? — спросила я.
— Нет, мы его доиграли. — сказал руководитель.
— А ты все это время спала на сцене! — сказала другая моя коллега, Ирма. — Это было так уморительно! Весь наш концерт прошел под смех зрителей!
— Какой ужас… — пробормотала я.
— Да, концерт получился не совсем стандартным. — сказал руководитель. — А потом, когда мы доиграли, ты продолжала спать. И под громкие аплодисменты…
— А также смех. — добавила Рейчел.
— Нам пришлось унести тебя со сцены. — сказал руководитель. — Поэтому нельзя сказать, что ты прям сорвала концерт. Зритель остался доволен.