Чтение онлайн

Само совещание началось с доклада Гусева и последующих за ними моих дополнений и комментариев Колычева. Когда Абакумов услышал, что в этом деле возможно замешаны люди из СМЕРШа он сразу надулся и принялся ерзать, видно соображая, кто из подчиненных ему такую подляну мог подсунуть. Сталин слушал всех не перебивая и только изредка задавая вопросы. Было видно, что хоть ему и доложили обо всем заранее, он до сих пор в шоке, из-за методов разборки генералитета. Ну да - раньше, в старинные времена на дуэль вызывали, позже, в крайнем случае морду били или донос писали, но чтобы так…

Хотя, Виссарионыч скорее всего уже принял какое-то решение

и теперь, следуя своей привычке выслушивает остальных, чтобы составить окончательное мнение на этот счет. Глядя на вышагивающего с трубкой Верховного, я неожиданно заметил, как его подкосила внезапная гибель ближайшего сподвижника. От Сталина остались только оспины и усы… Да еще и при ходьбе он стал странно крениться в левую сторону. Микроинсульт что ли, со старичком приключился? Надо будет потом у Ивана Петровича спросить - с чего так верховный сдал? Неужели действительно из-за Берии? Мда… Теперь ему и поговорить по-грузински не с кем будет - только если с охранниками…

Кстати, я заинтересовавшись вопросом, какие последствия были после гибели Лаврентия Павловича и как эти последствия скажутся на выпуске боеприпасов объемного взрыва, выяснил - никаких. Приказ увеличить количество смеси отдал генерал-лейтенант Ложкин из военприемки, который и погиб в том же бункере. Зато ведущие инженеры остались живы и в скором времени сие секретное оружие появиться в войсках. Вот это было бы очень хорошо, а то фрицы в Германии зарылись в землю как кроты и выковырять их оттуда стоит большой крови. Я это на примере Восточной Пруссии хорошо понял - куда не ткнись - укрепрайон с дотами, дзотами, "крабами" и бетонными капонирами. А с новым оружием, мы их оттуда быстро выбьем…

–  А вы, товарищ Лисов, так же считаете?

Фух! Хорошо, что задумавшись о своем, я не упускал нити разговора идущего в кабинете, поэтому резво вскочив, ответил:

–  Так точно товарищ Верховный главнокомандующий! На засаду это совершенно не похоже. На случайную сшибку - тоже. У обоих убитых - пуля в затылке. На войне всякое случается, но тут шанс был очень мал - так попасть.

Только я ответил, влез Абакумов:

–  В тех местах мы столкнулись со специально подготовленными диверсантами, как они себя сами называют - "верфольф". Подготовка у них достаточно хорошая, чтобы суметь даже в одиночку так изрешетить машину чтобы гарантированно убить находящихся в ней.

–  А я и не спорю. Говорю же - на войне все может быть. Только эти "вервольфовцы" очень "вовремя" свою засаду сделали, что и наводит на размышления…

–  Хм… засады диверсантов всегда "вовремя" случаются…

Во блин, как Абакумов за честь мундира борется. В принципе в его словах конечно что-то есть, но шанс, что нужный нам человек в дивизионных тылах нарвется на засаду, причем как раз когда мы поехали его брать, исчезающее мал. Я уже открыл рот, собираясь спорить дальше, но Сталин подняв руки сказал - брэк. То есть, конечно, он сказал совершенно другое:

–  Не будем спорить товарищи. У нас есть дело о покушении на командующего фронтом и это дело надо расследовать. Я понимаю ваше волнение Виктор Семенович, ведь возможно здесь замешаны ваши люди и вам, как начальнику Главного управления СМЕРШ этот факт особо неприятен, но следствие должно разобраться во всем. Как вы думаете?

–  Так точно, товарищ Сталин! Считаю, что дело и так непозволительно долго не расследуется. Ведь покушение произошло позавчера, а в нашем деле расследование именно по горячим следам может многое

дать. Чем больше времени проходит, тем меньше шансов выйти на заказчиков - теряются многие улики. Я немедленно дам распоряжение следственному отделу фронта.

–  Не надо торопиться товарищ Абакумов. Вот товарищ Гусев подозревает, что здесь замешаны люди из СМЕРШа, как мы можем доверить им же расследование?

Колычев на этих словах, удивленно поднял брови:

–  Вы предлагаете расследовать это нам? МГБ? Мы готовы немедленно выслать специалистов!

Сталин хмыкнул и глядя на меня, незаметно подмигнул, от чего я чуть со стула не свалился. А потом, жестом усадив и Ивана Петровича сказал:

–  Это важное и ответственное дело мы поручим…мы поручим МУРу. Там специалистов тоже хватает, а вот за тем, чтобы милиционерам м-м-м…не мешали, позаботится товарищ Гусев. Полномочий у него хватит, чтобы пресечь все попытки препятствовать следствию. Он, как человек возглавляющий спецгруппу, предотвратившую это преступление будет рад, довести начатое до конца. Я прав?

Видно было, что Серегу такая заморочка совершенно не радовала, но он резво вскочив, ответил:

–  Так точно товарищ Сталин!

–  А товарищ Лисов, когда вернется с задания, вам поможет. Я мало знаю людей, способных как Илья Иванович, находить самые нестандартные решения и в конце концов добиваться своего. Да, товарищ Гусев, о ходе расследования, вы будете мне докладывать каждый день. Следственная бригада уже сформирована и готова к вылету.

Старший этой бригады сейчас ожидает в приемной. Больше я задерживать вас не буду.

Вы можете идти, товарищи.

Мы с Серегой поднялись и потопали из кабинета знакомится с неизвестным ментом, а Колычев с Абакумовым остались на месте - видно, для решения очередных глобальных проблем…

Надрывно гудя моторами, самолет с каждой минутой все дальше и дальше удалялся от Москвы, увозя нашу сборную компашку в сторону фронта. А компания собралась не маленькая. Помимо меня и Сереги, летела вся следственная группа МУРа, в количестве аж пяти человек. Кроме их старшего - Александра Третьякова, присутствовали два его помощника, Денисов и Калныш, а также пара экспертов.

Сейчас все менты расположившись на каких-то тюках дрыхли а мы с Гусевым, сначала попробовали общаться, пытаясь перекричать шум двигателей, но потом, мне это дело надоело и я тоже завалился на мешки. Вообще, в этот раз повезло - попутным грузом шли не твердые угловатые ящики, а мягкая почта, поэтому, устроившись с комфортом, сунув шапку под голову, закрыл глаза. Мда, удобно устроился… Это вам не на жесткой лавочке часами попу плющить или на откидных стульчиках мучится.

И укачивает на них почему-то сильнее, может потому, что поперек движения сидишь?

Причем интересно - когда к немцам летишь, там хоть вдоль, хоть поперек располагайся, по барабану - как огурчик себя чувствую, а когда по нашим тылам на самолете мотаюсь, мутит… Да и Ли-2 еще тот лайнер - все воздушные ямы его, благо хоть не сдувает сквозняками, как в ТБ и в тулуп кутаться не надо.

Постепенно проваливаясь в сон, вспоминал нашу первую встречу со следственной группой. Вначале, еще в Кремле познакомились с Третьяковым. Когда мы вышли от Сталина, Поскребышев, показал на напряженно сидящего худощавого майора, приблизительно моего возраста. Увидев жест Сталинского секретаря, парень вскочил и рубанул в нашу сторону строевым. Подойдя ближе, он, встав по стойке смирно, представился: