Попытка возврата -2
Шрифт:
Ну а еще через неделю, 24 марта, началось наступление. На нашем участке, за два дня продвинулись на тридцать километров, но потом, уперлись в мощный укрепрайон и начали грызть в нем дыры. Южнее приключилась та же история - войска дошли до крупного железнодорожного узла Ортельсбург, только на этом быстрое продвижение прекратилось. У фрицев от перспективы массовой резни их фатеров, муттеров и киндеров, напрочь снесло башню. Когда заканчивались снаряды и фаустпатроны, они с противотанковыми минами, просто ложились под наши танки. Мда… Вот уж чего - чего, но трусами немцев не назовешь. Они и раньше особой нерешительностью не отличались, а сейчас, защищая свой дом вообще как с цепи сорвались. Генерал армии Черняховский, предвидя такое дело, срочно перебросил на юг два батальона огнеметных танков, которые слегка охладили напор охреневшей немчуры,
– Нехер! Хватит больными зайцами, по здешним буеракам скакать! Пристрелят случайно вот такие салабоны, вам самим же обидно будет. Так что с этого дня, сидеть на базе, изучать обстановку и заниматься только теми пленными, которые СМЕРШ предоставит. А то вы с вашей физзарядкой, уже вот здесь сидите!
Гусев показывая как его достали, провел ребром ладони по горлу, а пленные пацаны, увидев красноречивый жест, залились слезами в три ручья. Глядя на рыдающих "вервольфов", я ободряюще пихнул ближнего коленом:
– Эй, камрады, хватит выть. Никто вас стрелять сейчас не будет - и переходя на русский спросил - командир, а с этими что делать? Ну не к стенке же в самом деле ставить? Им же лет по шестнадцать, не больше. Может ремнем по жопе и домой, к мамке?
– Лисов, ты когда умный-умный, а когда и дурак! К какой мамке?! Сам же их на месте колол и они признали что входят в группу "оборотней". Так что сдавай обоих Покатилову, и пусть он эту братию в СМЕРШ везет!
Мда… Это я действительно лопухнулся. Наверное вспомнились старые фильмы, где генерал подняв пробитую пулей фуражку, давал отеческий подзатыльник подведенному к нему немецкому пацану-снайперу и отпускал того с богом. Тут не кино, поэтому, альтруизмом никто страдать не собирается. Ведь отпусти сейчас этих щеглов, они утрут сопли, достанут из тайника оружие и по новой наших ребят стрелять начнут.
Это ведь не пехтура с фольксштурма, а по уши зазомбированные деятели гитлерюгенда, которых не взирая на возраст в диверсанты взяли. Доверяли значит…
Так что прав командир. Полностью прав… Поэтому поправив автомат, примиряющее сказал:
– Я их сам отвезу, тем более, что к Саблину из второго отдела заскочить надо.
– Хорошо, только не сам, а с охраной! А то взяли моду…
– Есть товарищ полковник! Разрешите взять Тельцова и Пучкова?
Полковник, в которого по традиции превратился Серега, несколько секунд сурово хмуря брови, начальственно глядел на вытянувшегося по стойке смирно подчиненного, но потом не выдержав ухмыльнулся:
– Добре! Только долго там не засиживайтесь. Чтобы до темноты вернулись!
– Вернемся. Этих сдадим, с Саблиным перетрем и сразу назад.
Вот только сделать все быстро, как планировалось, не получилось. Началось все с того, что я сказал Лешке свернуть с шоссе, на проселочную дорогу. Движения по ней почти не наблюдалось, потому, что про этот раздолбанный проселок, идущий под углом к рокаде, мало кто знал, зато двигаясь по нему, можно было выиграть во времени, минут тридцать. Мы эту грунтовку нашли, когда тренируясь, бегали по окрестностям. Там как раз полуторка чинилась и узнав у водителя, куда выводит данная дорога, я взял себе сведения на заметку. То есть сейчас пулей слетаем и поразим нашими скоростями Серегу, который, как последний лох никуда с шоссе не съезжает, добираясь до штаба армии часа по полтора. Проехав уже километра два, в сторону Губиннена, вдруг
заметил странную несостыковку в пейзаже. Сначала не понял, но потом ткнув Леху, который был за рулем попросил:– Ну-ка тормозни и сдай назад.
Гек без вопросов надавил на тормоз, так что машину немного занесло, а потом, врубив заднюю передачу резво покатил обратно к развилке дороги.
– Стоп!
Достав бинокль, убедился, что глаза меня не обманули. Метрах в трехстах от нашего проселка, стояла немецкое орудие. Слегка скрытое редколесьем, но с этой точки был хорошо виден и ствол и несуразно огромное колесо sFH18. Интересные дела… Я передал бинокль Пучкову, попросив:
– А ну, посмотри. Что скажешь?
Леха, подрегулировав оптику, удивленно присвистнул:
– Что за фигня? Мы же здесь позавчера пробегали - этого тут точно не валялось…
– Вот и я думаю: с этих мест немцев выбили чуть меньше недели назад. Техники, и битой, и целой валяется вокруг до черта. Но эту дуру, что-то не припомню. Вон тот "Тигр" помню, "Мерс" в кустах помню, "Ишака" шестиствольного возле поворота помню, но гаубицы здесь точно не было.
– Что будем делать?
– Смотреть однако надо…
Обращаясь к Тельцову приказал:
– Вань, ты пока за этими волчатами пригляди, а мы по быстрому сбегаем глянем, что к чему.
Сержант кивнул, а мы с Геком поскакали в сторону непонятной гаубицы. Шли, стараясь не оставлять следов и напряженно зыркая вокруг, но никакого шевеления рядом не происходило. Интересная картинка, позавчера ее не было, сегодня вдруг появилась…Хм как там говорят - если звезды зажигают, значит это кому-то надо.
Только вот кому понадобилось с такой тяжеленной штукой возиться? Осторожно подойдя ближе, я, глянув в ту сторону, куда был направлен ствол этой дуры, только хмыкнул. Все страннее и страннее. Орудие смотрело на шоссейную дорогу, проходящую километрах в полутора отсюда, по которой и шло основное движение. С этой позиции, был отлично виден мостик через небольшую речушку и хорошо различимые машины, сбрасывали скорость, проезжая по кое-как заплатанной переправе.
– Илья, а ведь ее сюда на "ГаЗоне" притащили. Я колею глянул…
– Чего? А, ну да… И след возле пня, тоже от русского сапога. Причем свежий след.
– И что это может значить?
– Без понятия… - Поправив автомат, я еще раз огляделся и сказал - сделаем так - вы сейчас фрицев армейцам сдаете, и сразу дуйте назад, а я пока тут еще погляжу что к чему. Кто-то ведь корячился, тащил ее сюда. Это тебе не трофейную винтовку с разбитым прикладом на обочину выкинуть - в этой хреновине, живого веса тонны под три и просто так она бы здесь не оказалась…
– Понял… Ты только поосторожней…
– Не учи отца и баста!
Гек, в ответ на эту незамысловатую присказку хмыкнул и побежал к машине, а я, прислонив автомат к станине и усевшись на корточки, стал оглядывать местность вокруг орудия. Действительно - вон колея видна от машины, а вот еще один след… и еще один… и еще… Блин, этих следов тут до хрена и больше. И все от советских офицерских сапог. Спрашивается, зачем несколько человек обутых в наши сапоги приволокли сюда эту дуру? Двигаясь в полуприсяде, переходил от следа к следу. Вот черт, как же сейчас Бахи не хватает! Абаев бы всю эту запутанную картинку на раз расколол, а я только минут через сорок, смог составить более-менее ясную картину. Судя по следам, сюда, с проселка сворачивал ГАЗ-63. Потом, он дал кругаля по бездорожью и развернулся мордой к дороге. А вот потом началось интересное - из кузова выскочило два человека и не отцепляя гаубицы от грузовика, стали пытаться запихнуть орудие в эти кусты. После нескольких неудач у них все получилось. А дальше - они просто уехали. И спрашивается - зачем все эти пляски с бубнами? Для того чтобы толкать FH18 нужно как минимум человек шесть. Здесь справились втроем, считая водителя, подкрепленного вездеходом. Причем все были, если судить по обуви - офицеры.
Я достаточно хорошо знаю нашу армию, чтобы четко усвоить - там где надо что-то делать пердячим паром, обязательно припашут солдата. Ну, если это не явный криминал. Хотя даже если и явный, то все равно тяжелую работу будут делать солдаты. Почему так уверенно говорю - потому что осенью двух старлеев повязали.
Эти ухари додумались, когда воровали продукты со склада, для загрузки машины взять четырех солдат. Причем даже не своих, а из запасного полка. Когда следствие началось, то солдатики офицеров сдали моментально и не задумываясь.