Почему и нет? Часть вторая
Шрифт:
И я, как и многие жители города, направился к Успенскому собору. Почему к собору, а не в собор? Да потому, что туда попасть не было никакой возможности, настолько плотно он был заполнен теми, кто пришел заблаговременно. Но и в толпе прихожан, стоящей у порога Храма, была слышна хоть и слабо служба, которая велась в самом соборе. По крайней мере, когда диакон возвещал 'Христос воскрес' ясно было слышно и на площади. Акустика в соборе - великолепна. Народ дружно отвечал 'Воистину воскрес', но порой слышались и совсем неожиданные ответы. Так мой сосед справа, пожилой мужичок в праздничной одежке, явно был рыбаком, поскольку под нос шептал ' А у меня рыба есть!'. Сосед слева, щеголь в модной одежке и казенной треуголке, который отвечал 'Карты
Каждый в этот день мог попросить исполнения своих самых потаенных желаний. Ну и я - как все.... Каких желаний? А не скажу, на то они и потаенные.
Я стоял, слившись с толпой в своей прежней, добротной солдатской шинели, которую вынужден был временно носить взамен офицерской, пока еще мокрой после чистки. Да оно и неплохо вышло, служилый в толпе простого люда был своим, никто не косился.
Уже завершилась 'полуношница', окончен Крестный ход и теперь шла праздничная заутренняя служба и Пасхальная литургия. Припозднился я, конечно, нет у меня еще опыта, ну некому было дать православное воспитание, потому и не знаю многого. Да не беда - была бы душа готова принять Бога, канонам обучиться недолго, было бы желание. Независимо от моей воли толпа внесла меня в Собор, замещая собой выходящих людей, не выдержавших духоты или по другим причинам покинувшим храм. Меня, даже без особой давки, буквально вынесло к отцу Андрею, тому который принимал мою первую исповедь. Ну, не чудо ли?
Несмотря на народное скопление, он узнал меня, хотя и видел-то всего несколько раз, а разговаривал вообще единожды. Разглядев под шинелью ворот офицерского мундира, он тепло улыбнулся. А перед причастием, до чтения причастной молитвы, спросил:
– Служишь, как и хотел?
– Да, батюшка.
– Был ли в бою, раб божий Сергей? Познал ли, принял ли труды и раны за Веру, Отечество и Государя как награду наивысшую?
– Был, батюшка. Познал и труд и раны.
– Не осрамился видать, коль так отмечен... Служи и далее. Благослови тебя Господь. Ступай уж. Христос воскрес!
– Воистину воскрес!
Я отошел в сторону, уступая место другому человеку, для которого у отца Андрея тоже нашлась пара добрых слов. Тот уступил другому... И еще....
Как он умудряется к каждому найти ключик? Откуда в этом, в общем-то, довольно строгом даже суровом человеке столько доброты и искренности?
На душе у меня было светло и странно, покой и волнение одновременно. А ничего странного-то и нет, просто - Христос воскрес!
Вечер на второй день Пасхи был посвящен встрече в офицерском собрании, где в череде прочих дел обмывался мой новый чин и награда. Круг приглашенных был расширен практически до полного списочного состава обер и штаб-офицеров смоленского гарнизона.
Так уж совпало, что гарнизонная система с марта месяца претерпела коренные изменения. Списочные батальоны и губернские роты уходили в прошлое. Все. Они отныне заменялись Внутренней Стражей. Так что эта встреча в офицерском собрании была своеобразным прощанием сослуживцев с привычным налаженным бытом. Очень скоро большей части офицеров придется перейти в линейные пехотные полки или артиллерийские бригады, а другой части - сменить армейские мундиры на мундиры нелинейных частей нового воинского формирования.
Как говорится, с днем рождения, Внутренние Войска. Вот и в этой реальности вы появились по указу Императора Российского, изданному в январе 1811 года.
Прекрасно осознавая неотвратимость войны с Наполеоном Бонапартом, Российское правительство в 1811 году наметило меры, способные укрепить
действующую армию. Одной из них было утвержденное в том же январе этого года Указом для Воинской коллегии решение о принятии всех гарнизонных войск в военное ведомство. И как сказано в этом документе, приложить все силы и старания для сформирования из гарнизонных батальонов 13 пехотных и егерских полков.В Смоленске, как и в остальных губернских городах Российской Империи, имелся гарнизонный батальон в составе 4 рот и Губернская гарнизонная рота. Всего пять рот. Для полноценного военного гарнизона - недостаточно, а для поддержания порядка - явно избыточное количество.
'Но так как из числа гарнизонов сиих должно полагать некоторою часть людей к полевой службе неспособных, то представилось нужным выбрать из каждого гарнизонного батальона в состав пехотных полков токмо по три роты...'.
В соответствие с этим расписанием три роты Смоленского гарнизонного батальона совместно с таким же количеством рот Ахтиарского, Акерманского и Киевского гарнизонных батальонов формируют Пензенский пехотный полк, местом формирования которого определен город Феодосия. Не ближний край.
А четвертая рота Смоленского гарнизонного батальона по-прежнему остается гарнизонной. Помимо этого находящиеся во всех губерниях губернские роты принимаются в военное ведомство и соединяются с гарнизонными ротами и батальонами в определенном порядке, приобретая вид дву-ротного полубатальона.
'Роты сии расположатся в Губернских городах и состоять им на внутреннем гарнизонном положении.... Сиим образом составленные внутренние дву-ротные полубатальоны, находясь в совершенном воинском ведении и порядке, будут отправлять все то служение, которое для охранения внутреннего спокойствия нужно'.
Надо сказать, что губернские гарнизонные войска финансировались до января 1811 года из средств Губернских правлений, а, следовательно, крайне плохо. Военный министр генерал от инфантерии Барклай-де-Толли, принимая в ведение военного ведомства гарнизонные части, информировал императора об их жалком состоянии. В результате Император Александр I подписывает именной указ, данный Военному министру об удовлетворении нижних чинов Губернских рот и штатных команд амунициею и прочими вещами от Гражданского ведомства. 'Дошло до сведения Моего, что нижние чины некоторых Губернских рот и штатных команд, переходящие в военное ведомство, по ветхости и недостатку амуничных вещей, терпят нужду в одеянии, и безобразят вид, приличный заслуженным воинам.
Я поручаю вам (Барклаю) вменить в непременную обязанность Командирам гарнизонных полубатальонов настояние, чтобы нижние чины Губернских рот и штатных команд при самом соединении их с полубатальонами удовлетворяемы были от Гражданского ведомства всем тем, что только следует им по 811 год, и имели бы амуницию в должной исправности.
В противном же случае предоставляю вам все недопущенное или неисправленное отпустить и исправить от Комиссариата на счет Гражданских Губернаторов'.
Были ли в восторге от этого нововведения губернаторы? А в частности барон Аш? Теперь он вместо одной губернской роты, которая прежде была сугубо в его распоряжении, имел головную боль в виде полубатальона, которым вроде как и не командовал. Аш являлся человеком очень честолюбивым и властным. Конечно, вначале он был не в восторге. Военные формирования выводились из-под власти гражданских властей, оставляя им лишь полицейские силы.
Майору Гончарову, бывшему командиру губернской роты, а ныне командиру формируемого полубатальона, надо было быть очень большим дипломатом. Впрочем, они и прежде ладили с губернатором, так что думаю, найдут общий язык. Армейское начальство - оно далеко, а вот прежний благодетель, губернатор Аш - вот он, рядышком, хоть снабжение вроде и не зависит от него больше, но лучше с вельможей быть попокладистей. Так что еще неизвестно, кто будет самым главным командиром...