Чтение онлайн

Я обошла девушку и вошла в свою комнату. Бабушка сидела на кресле у окна, дожидаясь меня, и читала книгу. В этом мире печатные книги были большой редкостью и стоили очень дорого. Дедушке в свое время удалось вывести из Содружества большую библиотеку. Кларисса в шутку говорила, что если ее продать, мы все можем озолотиться.

— Роми, — бабушка отложила книгу и улыбнулась, — я волновалась.

— Не поверишь, но я тоже, — усмехнувшись, присела перед ней и положила голову ей на колени, — он меня пугает.

— Такой мужчина не может не пугать. За его плечами не одна война. Он привык

быть жестким.

— Я боюсь, что он узнает. Или уже знает, но зачем-то играет со мной, — призналась я.

— Думаю, если бы он хотел завлечь тебя в ловушку, не заговаривал о свадьбе. На его стороне власть и сила.

— Ты предлагаешь просто понадеяться на его порядочность? И подпустить его к себе? Насколько близко?

— Настолько, чтобы он оказался связан с тобой так тесно, что у него бы и в мыслях не было причинить тебе вред.

Я прикрыла глаза и задумалась. Бабушка рассуждала как высокая леора, и договорной брак был для нее обыденной вещью, против чего она бы даже не подумала протестовать. Наше поколение считало себя более свободным в этом вопросе. Эмигранты часто создавали семьи с коренными обитателями Союза. Их нравы казались менее строгими. Мне бы хотелось, чтобы рядом был тот, кому бы я смогла доверять. Старк меня откровенно пугал и настораживал. Его мотивы были неизвестны. И прежде чем по совету бабушки вручить ему свою жизнь, я должна была понять — чем нам всем это грозит.

И снова вечер в обществе моего жениха. Уже на протяжении недели мы встречались, обедали в ресторане в центре столицы. Он провожал меня до дома, целовал на прощание руку и все. Мой жених вел себя подчеркнуто корректно, даже не пытаясь перешагнуть границы дозволенного.

Но сегодня что-то пошло не так.

Флип свернул с привычного пути и спустя четверть часа мы оказались перед трехэтажным особняком с высокими колонами.

— Генерал? — я подняла на него взгляд. Внутри все напряглось. Неужели началось? Что именно я не знала, но вдруг стало страшно.

— Я взял на себя смелость устроить небольшую экскурсию по вашему будущему дому, — Старк снова вышел первым и протянул мне руку. Я колебалась. Он видел мое напряжение и страх, и по его хмурому лицу пробежала усмешка, — не стоит бояться, Ромина. Я последний в этом мире, кто захочет вам навредить.

Не скажу, что его слова меня сильно успокоили, но остаться во флипе и предаваться панике я посчитала ниже своего достоинства.

Приняла его руку, поднялась по ступенькам и вошла в огромный холодный холл. Тусклый свет едва высвечивал старинные фрески на стенах. Я помнила, что особняк достался генералу после того, как он раскрыл заговор против лидера Союза и отправил на казнь его прежнего владельца.

— Я не заберу у вас много времени, — меня настойчиво потянули вверх по ступням бесконечной лестницы, — прошу в мой кабинет.

Когда передо мной распахнулась дверь кабинета, я поняла, что пришел мой последний час. В кресле в роскошном платье с модной прической гордо восседала Кларисса и с укором взирала на меня.

— Прости, Роми, но я не могу больше молчать. Моя совесть не может спать спокойно от осознания того, что ты обманываешь своего жениха.

За

моей спиной захлопнулась дверь вызвав неприятные ассоциации с падающей крышкой саркофага.

— Моя невеста лгунья? — генерал обошел застывшую в ступоре меня и приблизился к своей гостье. Галантно склонился над ее рукой, и я заметила, как довольно блеснули глаза моей кузины.

— О, да. Она давно должна была рассказать вам всю правду о себе, — преувеличенно огорченно вздохнула девушка.

— Я с удовольствием выслушаю все, что касается моей будущей жены, — генерал сложил руки на груди и с подчеркнутым вниманием воззрился на кузину.

— Она маг. Целитель. Ее сила проснулась уже давно, но она решила скрыть это ото всех. Она лечит нищих в своей лечебнице, не желая понять, что Союз нуждается в ее силе.

— Как интересно и неожиданно, — протянул генерал, — оказывается, моя невеста преступница.

— О, да, — с готовностью подтвердила кузина.

— Почему? — все, что мне удалось произнести, глядя на нее.

Неужели ей действительно все равно, что они сделают со мной? Настолько хочет стать кем-то значимым, чтобы переступить через человеческую жизнь?

Генерал, молча, перевел взгляд с нее на меня. По его бесстрастному лицу было трудно что-либо понять.

— Ты ведь не воспринимаешь меня как равную. Все эти годы, я была лишь тенью. Безмолвной и послушной тенью, вынужденной быть благодарной за то, что приютили и не оставили за порогом дома. Но мне этого мало. Я заслуживаю большего.

Я безмолвно взирала на кузину, восседающую в кресле. Ее глаза лучились лихорадочным блеском, пальцы, лежащие на столе, подрагивали.

— Чего ты от меня хочешь? — устало спросила я. Сегодняшнее дежурство выдалось особенно сложным и нервным. Две срочные операции, одни роды с осложнениями. Я никого не потеряла, и была почти счастлива до того момента, пока не увидела перед лечебницей флип моего жениха. Тогда же усталая растерянность сменилась раздражением. Неужели нельзя хотя бы один вечер провести вне его общества?

— Как видишь, твоя кузина настаивает на том, что ты нарушила закон. Скрываешь свои способности, применяя их незаконно. — Верно, ильза?

— Вы правы, генерал, — Кларисса с кроткой улыбкой взглянула на Старка.

— Ты знаешь, что полагается за обман, — со странной пугающей мягкостью спросил Старк, не сводя с меня взгляд.

— Наказание, — выдохнула я, сжимая кулаки. Постаралась не выказать ни испуга, ни злости. Я леора, и пусть совсем скоро я лишусь всего, и, вполне возможно, даже жизни, они не должны видеть моего страха.

— Точно, — кивнул генерал, подходя ближе и скользя по мне странным взглядом, — преступника допрашивают, иногда с применением пыток. А после… Его жизнь меняется навсегда. Целители большая редкость в Союзе. А целители, виновные в нарушении закона и лишенные всех прав…

— Ваша кузина больше никогда не будет свободной. Она забудет о прежней жизни. Она лишиться жизни, — генерал резко отвел от меня взгляд и повернулся к кузине.

Кларисса выглядела печальной и слегка ошеломленной, будто все это раньше ей в голову не приходило. Однако ее глаза выдавали предвкушение. За что она так со мной?