Пиратка
Шрифт:
При виде его сердце Маргарет затрепетало. Она смутилась и поспешила укрыться в комнате, отведенной для невесты, и не выходила оттуда до момента, когда надо было прошествовать через церковь к священнику. Всю церемонию она не смела поднять на будущего мужа глаз, попутно ругая себя, что с ее стеснительностью ничего хорошего от семейной жизни ждать не приходится.
Все закончилось довольно быстро. Или от волнения ей показалось, будто церемония пролетела за один миг. Очнулась Маргарет, когда новоиспеченный муж взял ее за руку и повел на выход, к ожидавшей их карете.
До поместья тетушки, где были накрыты столы, ехали молча.
Маргарет сидела на
Гости прибыли чуть раньше и встретили их радостными возгласами, усадив во главе стола. Еще никогда Маргарет не приходилось быть объектом внимания стольких людей. Ей кусок не лез в горло, весь обед она ковыряла что-то в тарелке, не имея сил отправить это в рот. И муж, как она поняла, тоже сильно волновался. Иначе чем объяснить, что он за вечер не проглотил ни кусочка, только пил вино, практически бокал за бокалом. И она поймала себя на мысли, что тогда, в карете, ошиблась на его счет. И Бенджамин тоже переживает и чувствует себе неуютно на этом празднике.
Когда гости наелись и разбрелись по группам, чтобы поговорить, обсудить последние сплетни, Маргарет решилась выйти из-за стола и немного пройтись. Быть может, легкий променад по саду отвлечет ее.
– Вот ты где, милая, – бабушка задержала ее за локоток, когда она шла по дорожке в сад.
– Бабушка! – Маргарет тепло обняла родственницу. – Как я рада, что вы были на церемонии и обеде, хоть приехали только вчера поздно вечером и устали с дороги! – добавила она трепетно и чуть поклонилась, как учила ее тетушка.
Лидия Далтон была мамой ее отца, и сейчас, после смерти своего единственного сына, обитала в семье своего двоюродного брата. Она была единственной бабушкой Маргарет. Вторую девушка не помнила, так как родилась уже после ее смерти.
– Поздравляю, милая. По всему могу сказать, что ты счастлива.
– Ваша правда! – радостно возвестила Маргарет.
– Ты просто светишься, вижу, что брак твой по любви, что редкость в наше время. Сейчас его причина – больше расчет родителей, нежели чувства молодых. Никто не спрашивает, по душе жених или невеста или нет.
– Рано еще о любви говорить, я его почти не знаю. Да и как понять, что испытываешь это чувство, если даже не знаешь, что это такое?
– Ох, милая, когда влюбишься, сразу поймешь. Это чувство ни с чем не перепутать.
– Но разве покорность решению родных – это неправильно? Дети должны исполнять долг перед родителями. Они их вырастили, обеспечивая всем необходимым. Пришло время отплатить им.
– Знаю, в нашем мире так принято. Дети должны исполнять волю старших и права голоса у них нет. Только я слишком долго живу на свете, чтобы не понять, что в этом есть изъян. Руководствоваться только волей родителей, забыв о своих мечтах и желаниях, спрятав душу подальше – это ли не худшее из зол? Конечно, если ты наследник престола, и от твоей свадьбы зависит судьба королевства – иного пути нет. Но в иных случаях… не понимаю.
– Но с детства нам говорят, что непослушание – грех, – кротко произнесла Маргарет. – Твердят,
что мы должны сделать все зависящее, чтобы род продолжался. Тем более из нашей семьи я одна осталась…– Ты права, девочка. Только с этим торопиться не следует. Всегда успеется. А то посмотришь на молодежь и диву даешься. Придет иной раз дебютантка, пару приемов посетит, и смотришь – уже и жених образовался. Да и в том же сезоне и свадьбу сыграют. Не обдумают хорошо, не взвесят, не выяснят про него ничего – что он да из какой семьи. Хотя долго по танцам бегать тоже нехорошо. Посмотрят женихи да и примут за залежалый товар, раз никто предложения не сделал.
Маргарет рассмеялась.
– Так я бабушка и не знаю, что это такое – «сезоны».
– Да приемы это, милая. А не знаешь, и не надо. Счастье не только средь хрустальных люстр и паркетных залов найти можно. Ты и без этого выглядишь весьма довольной.
– Конечно, вы же понимаете, выйти замуж, не имея приданого – большая удача. Да и муж мне достался не самый плохой.
– Вот и славно, что ты так думаешь. Не хотелось бы, чтобы в душе ты огорчалась, что поторопилась. Ведь муж-то твой, говорят, уже выбирал себе невесту. Да свадьбу играл.
– Я слышала об этом. Но сейчас это не имеет значения, правда?
– Несомненно. Развод не самое страшное. Бывает, что люди не сходятся. Только никто не знает, кто этот неудачный выбор сделал. Он или она… – миссис Далтон задумчиво посмотрела на собеседницу.
– Что-то не так, бабушка? – Маргарет уловила в голосе родственницы настороженные нотки. Словно та знала о чем-то, да пугать не хотела.
– Ничего, милая, ничего. Я рада, что ты нашла свое счастье. Будешь обитать в красивом доме, детки пойдут. Может, и меня когда в гости пригласишь, на правнуков взглянуть.
– Непременно! Конечно, нужно уточнить у мужа. Но думаю, он не будет возражать, да и пара комнат для гостей в доме наверняка найдется. Как только узнаю, что беременна, непременно приглашу.
– Подожди, так ты еще не ждешь ребенка? – искренне удивилась бабушка. – Так зачем же ты… нет, я тогда совершенно ничего не понимаю.
– Не жду, конечно. А почему вы… – запнулась Маргарет.
– Так подумала? Да спешка эта меня с толку сбила. Ведь и месяца не готовились к торжеству, а уже венчание организовали. И приглашенные только все с твоей стороны. Но не переживай, я все понимаю. Ты молодая, неопытная, в вашей глуши и мужчин-то нет. Приехал он, и любовь у вас случилась… – Миссис Далтон покачала головой. – И почему тебя тетка в люди не выводила, там все больше выбор. И девушки, что в свет выезжают, более в делах подобного рода осведомлены. Невинность свою чтут строго. Пусть иные и торопятся, замуж выходят и полгода в невестах не отгуляв, но до свадьбы жениха близко не подпускают. А с тебя какой спрос? Выросла в деревне, людей не видела. Из компании только сестра, да она тебе в этих делах не советчик. Вот и уговорил тебя заезжий какой, и пришлось свадьбу играть.
– Нет, бабушка, ничего такого не было.
– Прости меня, милая, а я-то подумала. Вы молодые, горячие, все вам чувства кружат голову. Пусть не любовь, но влюбленность. Да и какие мысли могут голову посетить в таком случае? Только твоя честь поруганная, – сокрушалась бабушка.
– Ничего такого, бабушка, поверьте! Я до свадьбы и видела-то его всего пару раз, да однажды по окрестностям гуляла. И то – в сопровождении.
– Ничего не понимаю, – покачала головой старушка. И вдруг пытливо взглянула в лицо внучке: – Так зачем же замуж вышла? Не слишком поторопилась ты, девочка?