Пилигрим
Шрифт:
Танкедод, несмотря на всю проявленную стойкость, все же уступил и обессиленно рухнул наземь. Твин сделала удар кнутом по воздуху, черные ремни выросли, вытянулись и обвились вокруг дикарки, полностью обездвижив ее. Кордебалет из скелетонов всеми силами старался помочь своей хозяйке.
— Давай! — прикрикнула Твин.
В повторе я не нуждался. Я метнул копье — оно угодило в цель, произошел еще один искрящийся синим всплеск. Тучную фигуру варварши отбросило назад, она шмякнулась головой об стену и без чувств обмякла на полу.
Выждав несколько секунд и убедившись, что все кончено, мы поспешили к своим раненым товарищам.
— Поступил как настоящий джентельмен, — подытожила Твин.
Мы решили сделать небольшую передышку, чтобы залечить свои раны и восполнить запасы потраченных сил. Энгель, хоть и пострадал больше всех, первым оправился и занялся делом. Прислонившись к массивной железной двери, он с лицом знатока стал ее изучать.
— Сможешь вскрыть? — поинтересовался я.
— Легко, — ответил Энгель, трясь щекой об дверной косяк. — Вот только надо ли? Ты взгляни, все уже на пределе.
Трудно было сейчас с ним не согласиться. Стычка с двумя игроками сотого уровня всех изрядно потрепала, но мы решили, раз уж так далеко зашли, — идти до самого конца.
Энгелю потребовалось не больше тридцати секунд, чтобы дверной замок податливо щелкнул. Мы договорились, что лучше всего напасть сразу, как дверь откроется, чтобы застать короля врасплох. Первым внутрь влетел Танкедод, прикрыв туловище своим любимым щитом, следом за ним по обе стороны вбежали я и Энгель, а Твин в сопровождении своих костлявых миньонов заняла позицию за нашими спинами.
Король Гоблинов, как мы и рассчитывали, оказался застигнут врасплох. Но и мы тоже. Он сидел, скрестив две кривые — так нам необходимые! — волосатые ножки, у весело пляшущего камина и читал уже знакомую нам с Танкедодом книгу.
— Что такое? — удивленно спросил он. Затем встал, поправил на лысеющей голове украшенную изумрудами корону и гневно ткнул руки по бокам. — Я же не велел меня беспокоить!
— Я с ума сошла, — тихо произнесла Твин, — или он в самом деле только второго уровня?
INFO: Grindan — гоблин-босс, 2 уровень.
— О-о! — протянул Король Гоблинов, увидев Твин. — Так уже пора, что ли, для вечернего коитуса? Я смотрю, в этот раз вы подыскали очень хорошенькую девушку, хотя и не совсем живую…
Сказав это, он, гремя халатом (халат был точь-в-точь таким же, какой носил при жизни Хью Хефнер), стал шагать в нашу сторону. Подойдя поближе, он ухватил Твин за ручку и вознамерился ее поцеловать. Твин в ужасе отпрянула.
— Ты что удумал?! — не своим голосом воскликнула она.
— Милочка, давайте без этих игр. Я очень занятой гоблин, у меня еще масса дел. Будь так добра, подними меня на руки и отнеси вон на ту кроватку…
У Твин стал судорожно подергиваться левый глаз.
Первым с полученным потрясением совладал Танкедод. Он бесцеремонно ухватил гоблина за мочку вытянутого уха.
— Вы что себе позволяете?! Отпустите, отпустите немедленно, иначе я позову стражу! Стража!
— Значит, слухи не врали, — сказал Энгель.
— Что-что? — спросил я.
— До меня доходили всякие жуткие истории на его счет, но такое я и представить себе не мог, — пояснил Энгель, подбородком указывая на опочивальню
Короля Гоблинов. Она имела что-то общее с тем шатром, где была найдена упомянутая выше книга.С высокого потолка свисали металлические цепи, обручи и бархатные шторы; посередине помещения стоял увесистый колокол, в который, судя по наслоению пыли, уже давно никто не стучал. Все логово было насквозь пропитано приторным дурманом каких-то благовоний, и от этого у меня сильно защипало в носу и глазах, а часть мебели и вовсе являла собой жутковатые конструкции, похожие на те, что активно применяла святая инквизиция в годы своего расцвета.
— Да что вам нужно-то? Вы кто вообще такие? — плаксиво простонал гоблин. У него в глазах стояли слезы, потому что Твин дала волю чувствам — и бедолага оказался подвешенным за большие пальцы на одном из своих собственных пыточных (или для чего их там еще использовали?) приспособлений. — Хотите золота? Берите золото, у меня много золота, только отпустите меня!
— Не нужно нам твое золото, мы сюда не за этим пришли. — Что удивительно, это говорил Танкедод. — Нам нужна твоя…
— Корона? Я не могу ее отдать. Она уникальна! Носящий ее получает редкие привилегии власти, это ценнейший артефакт! Просите что угодно, только не ее.
— Да не нужна нам твоя вшивая корона! — рявкнул Танкедод.
— А что тогда? Что вам нужно?
— Мы, — быстро вмешалась Твин, не дав гному ответить, — просто хотим взять небольшую часть тебя, э, на память.
— На память? — растерялся гоблин.
— Да-а-а, — загадочно улыбнулась Твин. Любой бы обманулся этой ее улыбкой, но за годы общения я давно усвоил, что такое выражение на лице Твин ничего хорошего предвещать не могло.
— Что это? Чего вы хотите? — проскулил гоблин.
— Твою ножку, — ласково отозвалась Твин и вырвала из рук Танкедода его секиру. — Ты ведь не возражаешь, да? Она же у тебя снова отрастет?
— Ничего подобного! — в истерике запищал гоблин, но было уже поздно. У Твин вообще был какой-то странный природный талант лишать людей их конечностей.
*Свистящий удар топора*.
Глава 11 — Башня
Вторник. Я сидел перед телевизором в своих любимых тапочках в форме кроликов и смотрел по Discovery программу о ложках: Как длина и окружность этих столовых приборов повлияла на английскую монархию XVII века. Мое сегодняшнее безделье имело под собой вполне законное обоснование, ведь сегодня «Альянс неудачников» отправлялся в свой, возможно, последний совместный рейд, чтобы добыть заключающий ингредиент, необходимый для создания ключа, — [Сердце Тарраска].
Тарраск — это определенно сильнейший из игровых боссов, гигантское чудовище, отдаленно напоминающее помесь дракона с динозавром и обладающее просто колоссальным запасом жизненных сил. Мое участие в этом грандиозном походе заявлено не было, потому как Колонел очень придирчиво подошел к отбору кандидатов. По его словам, друид без возможности лечить союзников не представлял собой такой уж ценности, как хотелось бы, и будет служить только обузой для команды. Так что мне ничего не оставалось, кроме как сидеть в унынии и забвении, в тягостном ожидании, и надеяться на то, что мои товарищи справятся со своей миссией. Как и Король Гоблинов, Тарраск был заметной фигурой в Игре, а потому у нас была всего одна попытка добыть его сердце.