Пилигрим
Шрифт:
Я проскользнул мимо, уже выбрав себе цель. Остановившись перед длинноруким троллем, я стал петлять и лаять, забегать ему в ноги, подпрыгивать, всеми силами стараясь приманить его к себе и запутать. И преуспел в этом, длиннорукий едва не споткнулся о собственной большой палец, пришел с этого в ярость и стал махать своими ручищами, пытаясь достать меня. Я отбежал чуть-чуть вбок и залаял громче. Длиннорукий на это купился, послушно последовал за мной, по-прежнему выбрасывая кулаками в разные стороны.
И тут послышался ни с чем несравнимый звук ломающейся челюсти. Последний, несший на плече дубину тролль угодил прямо под град ударов моего длиннорукого оппонента
Сражение получилось явно неравным и продлилось не больше трех минут. Все приободрились этой маленькой победой и восприняли ее как добрый знак. Собрав с повергнутых врагов монеты, мы возобновили свой путь по катакомбам, где я снова, гордо задрав хвост, шагал одним из первых.
***
Несколько часов мы брели в одиночестве, мраке и холоде. Позади и спереди нашего тоннеля, за неимением освещения, образовались бездонные черные дыры. Гнетущая атмосфера тучей повисла над нашими головами. От былой радости победы над троллями ничего не осталось, даже шутки Твин про лампочку уже никого не смешили. Казалось, что это путешествие так и будет продолжаться — долгие нескончаемые часы неустанного шагания только вперед, сквозь тьму и влажный, несвежий воздух. И вдруг раздался громкий треск в перемешку с душераздирающим воплем, таким резким, таким неожиданным, что с перепугу я двумя парами лап взлетел вверх, крутанулся и, приземлившись, был готов к самому худшему.
— Умри-и-и, — визжала Твин, нацелив в стену кончик посоха, из которого мощной струей вырывался поток замораживающего луча.
— Что такое? — спросил Дюран Дюрант. Он, как и я, тоже не на шутку перепугался, правда не подпрыгивал полтора метра в воздух, хотя и был весь бледный, как пломбир.
— Паук, — коротко бросила через плечо Твин, покрывая поверхность стены толстым слоем льда. — Ненавижу…
Оказалось, что Твин шла, как и все, грустила, но уткнулась взглядом в подозрительное пятнышко на стене, наклонилась к нему с намерением повнимательнее рассмотреть, а это был…
— Паук, — повторила Твин. — Здоровенный такой, как утюг! Ненавижу насекомых!
— Ну, по факту, пауки — не насекомые, — сказал я облегченно. — Они дальние потомки крабов, которые вышли из моря на сушу и остались там жить. Это паукообразные.
Но мои доводы были встречены довольно прохладно.
— Факт или нет, — насупилась Твин. — Они мерзкие и страшные.
— Вообще-то это хорошо, — сказала Селена ни к кому в особенности не обращаясь. — Значит, мы уже подходим к их логову. Не теряйте бдительности, и очень тебя прошу, Твин, держи себя в руках.
И мы продолжили путь. Твин больше не горела желанием что-либо здесь разглядывать, забилась в самый центр, вытолкав оттуда Пинк, и стала тихонько бубнить себе под нос. К ее ужасу, пауки стали встречаться все чаще. Чем глубже мы проникали, тем сильнее стены тонули в паутине. Ото всех сторон начали доноситься странные щелкающие звуки и какое-то шуршание. Изредка спереди мелькали красные точки, но что именно это такое никто объяснить так и не мог.
В этом обличии волка я обладал не только обостренными обонянием и слухом, но также зрением, достаточно острым, чтобы видеть в темноте чуть дальше и больше остальных. Эти красные точки на самом деле были глазочками пауков,
десятков пауков, может быть, даже сотен. Они кучкой жались друг к дружке и отступали по мере нашего приближения. Из снисхождения к Твин я умолчал об этом обстоятельстве. И так все сами скоро увидят.Через некоторое время отступать паукам стало некуда. Тоннель, уже весь сплошь покрытый прилипавшей к ногам паутиной, постепенно расширялся и расширялся, пока не превратился в подобие просторного собора.
— Вот мы и на месте, — сообщил я, торжественно обводя лапкой представшее взору помещение. — Логово Паучьей Королевы.
В логове паутины было не меньше, но тут она была куда более густой и свежей, и в ней постоянно что-то подрагивало, что-то билось. Мы старательно огибали коконы, похожие на большие гладкие ульи, и кучки блестящих черных яиц. Оставалось только гадать, куда запропастилась королева, отложившая эти яйца.
Отступавшие от нас все это время пауки сбились вместе вокруг крупного, покрытого ржавчиной колокола, что стоял прямо посередине локации, и дрожали, как если бы нас боялись. К моему удивлению, первым в бой рванулся не Танкедод, а Твин.
— Умрите, насекомообразные! — истошно закричала она, обрушивая дождь из ледяных осколков.
Несколько осколков попали в колокол, и тот немелодично зазвенел.
Когда от несчастных остались одни ошметки, Твин обернулась и, запыхавшись, объявила: «Знаете, а это было намного проще, чем я думала». Но потом выразительно взглянула вверх, и с лица ее медленно сползла счастливая улыбка, сменившись выражением неподдельного ужаса.
Как по инерции я, Селена, Танкедод, Пинк Стафф и Дюран Дюрант тоже подняли головы и увидели все коварство приготовленной для нас ловушки — пауки, пауки, ПАУКИ! Бесшумно спускались с куполообразного потолка на тоненьких белых ниточках. Самые маленькие из них были с английского мастифа, а взрослые особи достигали размеров легкового автомобиля.
Все случилось слишком быстро. Если бы не Селена, вовремя сотворившая вокруг нас магический щит, мы бы потонули в озере из покрытых жесткими волосками лап и ядовито-острых жвал. Неприятные щелчки — клац-клац-клац — окружили со всех сторон, даже странно, как такой безобидный звук способен внушать такой леденящий душу страх.
Барьер Селены, принявший форму прозрачного пузыря, был высочайшего класса, но даже он не способен до бесконечности отражать атаку полчища членистоногих монстров. От Танкедода и Дюран Дюранта сейчас было мало проку: находясь внутри защитного барьера, они не могли использовать свое привычное оружие. Вся надежда была на Твин и Пинк — девушки объединили свои усилия, скрестив посох и жезл, и обдавали врагов двойной струей льда и пламени, только всего этого все равно было мало. Я принял свой человеческий облик и присоединился к ним, швыряя во всех молнии.
Должен признать, но сражения — не моя стихия. Я предпочитаю осторожную, вдумчивую игру, где нужно много планировать, искать, подсчитывать. Нам бы сюда Дабстеп Танка! он один из ведущих огненных архимагов. Уверен, своими разрушительными атакующими заклинаниями подобную кучу паукообразных он бы выжег в несколько секунд. Жаль, его с нами нет, придется справляться своими силами.
Ситуация, скажу я честно, скверная: стоит магическому щиту рухнуть, как нас накроет волной арахнидов, и мы наверняка этого не переживем. Сражайся мы на открытой местности, где был бы простор для маневра, мы бы без труда перебили всех этих монстров, но сейчас нас просто зажали и окружили. Все-таки численность имеет значение.