Петля
Шрифт:
И - приглушенный выстрел из «Винтореза». Молодчина, переключил режим на одиночные…
– Ну? – сразу же осведомился Армин. – Попал?
– Готов, - кивнул Фотограф.
Мы облегченно выдохнули – ведь если бы он промазал во второй раз, валун, за которым мы прятались, наверняка оказался бы в перекрестии прицела монолитовского снайпера. А тогда… попробуй выгляни – и не сносить тебе буйной головушки, в которой сразу же окажется пуля. Эдакий привет от фанатика. Добро пожаловать в Рыжий лес, сталкер.
А теперь мы спокойно вошли в пресловутый лес. Ну,
Как оказалось, хвойные деревья, чьи иголки словно проржавели от осевшей на них еще после Первой катастрофы на ЧАЭС радиоактивной пыли, дав название всему лесу, нисколько не защищали от воздействия Радара. Мир перед глазами все так же периодически подпрыгивал и менял цветовую гамму, порой на одну-две минуты пропадал звук, а пальцы переставали что-либо чувствовать. Благо, ни одна тварь в такие моменты на нас не нападала. Не знаю, сумел бы я совладать с автоматом, когда органы чувств отключаются один за другим, или нет.
И вот сейчас я снова перестал слышать. Мотнул головой. В ушах противно запищало, но, помимо, собственно, писка, никаких звуков я не различал. Заметив мое поведение, Фотограф ткнул меня локтем. К сожалению, читать по губам я не умею, но, думается мне, он спросил:
– Ты в порядке?
Или что-то вроде того.
– Нормально, - ответил я. Вернее, решил, что ответил. Не слышал, как это прозвучало. Видимо, более или менее разборчиво, ведь Фотограф, серьезно посмотрев на меня, кивнул и перестал справляться о моем самочувствии.
Звук «включился» резко. Даже слишком. На мгновение мне показалось, что все вокруг стало чересчур громким, и мои барабанные перепонки вот-вот лопнут, но я быстро привык. Тыльной стороной ладони провел по лбу, смахивая пот, и пробормотал:
– Вашу ж мать…
– На мозги давит? – участливо поинтересовался Фотограф.
– Ага.
– Мне тоже. Сейчас чуть-чуть тебя не пристрелил.
Я вопросительно взглянул на спутника.
– Ну, мне показалось, что ты мутант…
– Было дело, да, - заговорил вдруг Армин. – Он вдруг остановился и снайперку свою на тебя, Феникс, навел. А я, значит, по рукам надавал, - меломан ухмыльнулся. – Так что можешь считать, что я спас тебе жизнь.
– Премного благодарю, - с сарказмом в голосе сказал я.
– Перестреляем так друг друга, - мрачно заметил Фотограф.
– А ты на болтовню не отвлекайся, - посоветовал Армин. – Вот я шел молча – контролировал себя, вроде бы. Заговорил с вами – деревья пританцовывать стали. Сосредоточиться нужно на себе, тогда и Радар не помеха…
– Мы хоть туда идем-то? – прервал Фотограф разлагольствования меломана.
– На северо-запад, - отозвался я, сверившись с компасом. – Все правильно.
– Отлично.
Позади нас раздалось рычание. Мы одновременно обернулись и вскинули стволы.
– Твою налево… - Армин передернул затвор «Калаша». –
Говорю же: болтайте поменьше…– Сам-то, - парировал я.
– А, теперь уже все равно, - отозвался меломан и начал стрелять.
Следом – мы с Фотографом.
Для слепых псов пальба словно послужила сигналом к атаке – они всей стаей, насчитывающей, по-моему, не менее десятка особей, рванули в нашу сторону. И без того отдающая багрянцем земля Рыжего леса окрасилась в цвет крови. Во всяком случае, на небольшом участке.
Псы действовали слаженно. Пока несколько слепцов вызывали наш огонь на себя, идя в лобовую, остальные обходили нас слева и справа. Спасло лишь то, что нас было трое, и, соответственно, стрелять мы могли в разных направлениях. Будь я один, эти, в общем-то, безобидные поодиночке твари разорвали бы меня на куски. Нам и вместе не так уж легко было отбиваться.
Когда последний слепец испустил дух, мы перезарядили пушки. И обнаружили, что он был вовсе не последним. Подоспела следующая «партия».
– Расплодились, гады, - скрипнул зубами Армин.
Однако эти псы держались на почтительном расстоянии и, разделившись на две «группы», неторопливо обходили нас с двух сторон. Поняв, что нас пытаются взять в кольцо, я негромко приказал:
– Стреляйте, чего ж вы… - и добавил: - Окружат ведь.
И наступившая было тишина вновь прервалась.
Слепцы тут же бросились врассыпную – кое у кого даже хватило духу помчаться в нашу сторону. Но их спринтерский забег прекратили наши пули.
– По-моему, их ведет чернобылец, - сообщил я, вставляя новый магазин. – Слишком слаженно действуют.
– А может, контролер? – предположил Армин.
– Нет, вряд ли. Контролер бы еще и других тварей себе в команду завербовал. А нас только псы нападают.
– Да, точно, - согласился меломан. – Скорее всего, чернобылец. Ты успел заметить?
– Нет. Не показывается нам на глаза.
– Вот ведь зараза…
– Сзади! – заорал Фотограф.
Мы развернулись и надавили на курки. Видимо, чернобылец попытался ударить нам в спины – хорошо, что Фотограф был начеку. Хитрая тварь попалась… Сама не высовывается, псов посылает партиями, а не всех сразу.
Хотя чернобыльские собаки вообще умные. Эдакие интеллектуалы среди сородичей – псевдо и слепых. Не зря, в конце концов, обладают телепатическими способностями. Собачьи контролеры, блин.
– Четвертая «партия» намечается? – полюбопытствовал Армин, опуская автомат.
– Да кто ж их знает… - пожал я плечами. – Сколько их там еще осталось…
Вот и сейчас чернобылец собрал себе «свиту» из слепых псов. Немаленькую, надо заметить, «свиту». И действует он исключительно разумно. Выматывает нас, скотина…
– Черт с ними, пойдем дальше, - сказал я. – Мы так все патроны расстреляем.
Я уже два магазина потратил. Подумать только… ведь боеприпасы для «эфэна» жутко дорогие. Представить страшно, сколько я заплатил бы за этот тир, не снабди меня Бармен патронами за свой счет. Черт, да я вообще кучу денег в этом походе трачу…