Паслён
Шрифт:
— Я решаю проблему! — выкрикнул Старки.
Старки был самым маленьким из всех четверых, и Стилвелл знал, что, если дойдет до дела, удалить его из отеля не составит труда.
— Я постоянно на связи с банком и компанией кредитных карт, — сказал Старки. — Они обрабатывают платеж, но на Восточном побережье уже поздно, и это не решится до утра.
— Он повторяет это уже три дня, — сказал Неттлс.
— Тебе пора, парень, — сказал Эскивель. — Ты не можешь остаться. Решишь проблему — сможешь вернуться.
— Куда мне идти? — выкрикнул Старки. — Сегодня больше нет паромов, и я не могу зарегистрироваться
Стилвелл похлопал Неттлса по плечу и кивнул, чтобы тот шел за ним. Они отошли по коридору, вне зоны слышимости Старки. Стилвелл говорил тихо.
— У него есть резон, — сказал он. — Если мы выгоним его сейчас, он не сможет покинуть остров, и не сможет зарегистрироваться где-то ещё, если карта не работает.
— Что вы предлагаете? — сказал Неттлс. — Что мне терпеть ещё одну ночь с ним?
— Я хочу дать ему время до утра. Он решает проблему и платит вам, или мы сопровождаем его к причалу, и он уезжает.
— Это похоже на большую победу для него и большой проигрыш для меня.
— Понимаю. Вы что-нибудь знаете о нем? Например, чем он зарабатывает или что здесь делает.
— Он говорит, что писатель. У нас тут много таких. Не все они неплательщики. — Он намеренно повернул голову в сторону комнаты Старки, выкрикнув последнее слово.
— Вы только усугубляете ситуацию, — сказал Стилвелл. — Мы не будем его выселять. Так что решайте, хотите ли спорить с ним всю ночь, тревожа других гостей, или дать ему срок до утра.
Неттлс раздраженно покачал головой.
— Банки открываются в девять, — сказал он. — Я дам ему до десяти, если вы обещаете прийти и забрать его, если он не заплатит.
— Договорились, — сказал Стилвелл. — Я пойду скажу ему.
Он вернулся по коридору к открытой двери, где стоял Эскивель. Старки не было видно.
— Куда он делся? — спросил он.
— Он там, кажется, звонит, — сказал Эскивель.
Стилвелл вошел в номер, прошел короткий коридор и миновал дверь в ванную. Старки сидел на кровати, прижав к уху телефон отеля. Стилвелл сделал знак, что хочет поговорить.
— Я на удержании, — сказал Старки.
— С кем? — спросил Стилвелл.
— С моим агентом. Пытаюсь узнать, заплатит ли он.
— Мистер Старки, отель согласился разрешить вам остаться ещё на одну ночь. У вас есть время до десяти утра, чтобы оплатить счёт, иначе мы выселим вас из отеля и отвезем к парому. Вы понимаете?
— А если я заплачу? Мне всё равно придется уехать?
— Это уже будет делом между вами и отелем. Но сейчас мне нужно услышать, что вы понимаете: если вы не оплатите до десяти утра, вы покидаете отель.
Старки повесил трубку.
— Понял, — сказал он. — И это не будет проблемой. Я просто хочу, чтобы меня оставили в покое писать.
— Это нормально, сэр, но вам нужно оплатить номер, — сказал Стилвелл. — Я вернусь завтра в десять. Надеюсь, вы решите вопрос. Спокойной ночи, мистер Старки. Закрыть дверь?
— Пожалуйста. С меня на сегодня хватит того парня снаружи.
Стилвелл вышел и закрыл дверь. Неттлса уже не было, ждал только Эскивель.
— Разберемся с этим утром, — сказал Стилвелл. — Можешь ехать.
— Принято, — сказал Эскивель.
— А пока накорми нашего заключенного. Он голоден.
—
Кого, Спивака? Я его кормил.— Когда?
— Около шести. Взял ему гамбургер в «Луау Ларри».
— Этот гад пытался выманить у меня ещё один ужин.
— Да пошел он. Он накормлен.
— Ты не знал его до той ночи, верно?
— Нет, а что?
— Просто интересно, почему он ввязался и ударил Данна. На записи кажется, что он целенаправленно выбрал Данна, будто знал его откуда-то. Думал, может, он знал тебя.
— Насколько я знаю, нет. Ты спрашивал Данна?
— Да, но он ещё в тумане. В любом случае, не забудь оставить отчет об этом для дневной смены. Я хочу, чтобы Старки уложился в срок. Я еду домой. Тебе нужно вернуться в участок и присмотреть за Спиваком. Если будет серьезный вызов — не ерунда вроде этой — звони, и я приеду.
— Сделаю.
Стилвелл поехал на «Гаторе» домой. Таш Дано сидела в одном из кресел на крыльце с бокалом красного вина в руке.
— Как прошло там? — спросила она.
— Примерно как я ожидал, — сказал Стилвелл. — Я в деле.
— Это же хорошо, да?
— Сойдет.
— Но тебе придется работать с Э-Хоулом?
— Эхёрном, да.
— Впервые слышу, чтобы ты назвал его настоящим именем.
— Ну, он начал называть меня моим настоящим именем, так что, знаешь…
Он взял у неё бокал и сделал глоток.
— В бутылке ещё есть, — сказала она. — И половина куриного сэндвича из «Сэндтрэп», если ты голоден.
Это был любимый ресторан Стилвелла на острове. Он кивнул.
— Звучит идеально, — сказал он.
Он сделал ещё один глоток вина и вернул ей бокал. Наклонился, и они поцеловались.
— Мне нужно в душ, — сказал он извиняющимся тоном.
— Я могу подождать, — сказала она.
Он вошел через открытую дверь. Вскоре она последовала за ним.
25
УТРОМ СТИЛВЕЛЛ СЪЕЛ сэндвич из «Сэндтрэп» с свежесваренным кофе. Он поел быстро, наполнил термос ещё кофе и вышел из дома рано — Таш ещё спала, — чтобы добраться до участка и начать работать над ордером на обыск клуба «Чёрный Марлин». Он знал, что обоснование должно быть безупречным, чтобы убедить судью Харрелла, но это было бы лишь первым испытанием. Если по делу об убийстве Ли-Энн Мосс будет построено обвинение, ордер на обыск станет первой мишенью адвоката обвиняемого, чтобы подорвать дело, и это даже не учитывало возможные апелляции, которые, скорее всего, последуют позже. Успех или провал судебного преследования часто зависел от обоснований. Стилвелл знал это и не собирался допустить, чтобы его ордер стал ахиллесовой пятой в этом деле.
Мерси уже была за своим столом, когда он пришел.
— Доброе утро, — весело поздоровалась она.
— Утро доброе, Мерси, — сказал Стилвелл. — Сегодня я буду работать в кабинете над текстом. Постарайся, если можешь, оградить меня от посетителей.
— Без проблем.
— Что-то происходит, о чем мне нужно знать?
— Всё тихо, кроме того, что там, в тюрьме. Этот человек действует мне на нервы.
Стилвелл забыл о Спиваке. Он поставил термос на стол в кабинете и пошел в тюремный блок. Спивак, как и прежде, стоял прямо у решетки, будто ждал его.