Ответишь
Шрифт:
Вхожу и…И попадаю с разгона прямо в рай.
Так накрывает...
Мать вашу...
По нервным окончаниям такой мощнейший ток фигачит, переворачивая все внутри, что в первую секунду ни вдохнуь, ни выдохнуть.
Я задыхаюсь....
Сплетаюсь с Лебедевой пальцами...Дыханием...Телами...
И, кажется, уже сейчас от этого непомерного восторга концы отдам. Настолько расфигачивает меня...
Вашу же мать...
— Ах…, — вздрагивает она и содрогается. Пальцами сильно вонзается мне в кожу.
Кажется, мы сейчас
Дурею от восторга.
— Ш-ш-ш-ш, все в порядке, — хриплю, сжимая в объятиях сильнее, не зная даже, откуда находятся слова.
— Нет, стой, не двигайся…
— Стою, — замираю. И на это силы откуда-то берутся. — Не двигаюсь…Все хорошо...
Успокаиваю. Сам себя стараюсь затормозить.
Целую, целую, целую, расслабляю…
И запредельно кайфую. Вашу мать…
Как же я кайфую.
Я в Лебедевой…Я в Лебедевой…
В ней. Наконец…Блядь…В ней! В реальности…В реальности...Сейчас...Внутри нее…
Стоило это всех мучений и ожиданий?
Тысячу раз!
Чуть двигаю бедрами, и снова углубляю поцелуй.
Трахаю языком, и трахаю там…
— Ах…Ох…
— Как сейчас? Больно?
Мой голос срывается.
Как бы ни хотел Лебедеву, но, если скажет сейчас, что все ужасно, придется остановиться. Как бы ни распирало…Как бы ни скручивало потом…
— Больно?
— Уже почти нет…Вот так, хорошо. Хорошо, когда двигаешься. Только помедленнее…
??????????????????????????Помедленнее…Блядь…Помедленнее…
— Ах, ох…, — стонет мне снова в губы.
Рваные выдохи ловлю и как помешанный их отражаю.
— Люблю тебя. Слышишь? Фима…Люблю тебя…Люблю…Люблю...Слышишь...
Двигаюсь в ней.
Каждую просто секунду проживаю. Все на пределе. Чувства, эмоции.
Все ей вываливаю о своих чувствах.
Целую, целую…
Ответа не жду, я просто не в состоянии заткнуться и этого всего не говорить...
В какой-то момент она расслабляется полностью.
— Больше не больно совсем…Можно…можно побыстрее…, — выдыхает мне в губы.
И я перестаю чувствовать, нафиг, свое тело.
Вбиваюсь, в экстазе, в секунде от мощного оргазма.
Просовываю руку и глажу, целую…
Стонет и сильнее сжимается на члене.
Который в ней.
Наконец…
Трахаю Лебедеву…
Наконец…
Блядь…
Кроет меня…
Наконец...
Кончает. Прикусываю нежную кожу на шее, сжимаю ее в руках ещё сильнее и, нахрен, из этого мира улетаю…
Фима
Боже, я не могу поверить, но…Артем во мне…
Артем...
Волков...
О, Боже, Он, Артем...
Вначале он входит не очень глубоко. Просто чувствую, как меня растягивает там.
От осознания одного этого сознание едва ли не теряю.
И вместе с тем проживаю
каждую секунду. Ловлю, хочу продлить.Дышу, дышу...
Давление ощущается сильнее…Ещё...Паника и страх...Желание как-то все остановить...
И в этот же самый момент...
Рывок, резкая вспышка боли, ноги трясет…Вцпляюсь в крепкие плечи Артема, что было сил...А в следующий момент боль уже отступает и меня накрывает мощная и непреодолимая волна сильнейшего возбуждения.
Наполненность.
И понимание — да-да, все правильно. С ним...Только с ним этот опыт хочу переживать.
Радость и эйфория захлестывают от мысли, что я с ним, случилось! Я теперь полностью его!
Ох...
Он во мне…
Во мне…
Артем…
Во мне!!!
Я…только что потеряла девственность. Он это сделал, он, я с ним…
Когда бы представить такое могла, пока училась в школе. И как же мечтала потом…
Я…с ним…Он...он кончает в меня…
Да-да-да!!!!
Взрываюсь...Ох...
Я всё ещё вцепляюсь в него, а он не отпускает меня, лежит на мне. Волосы влажные от пота.
Я и сама ещё не до конца отошла от сильного оргазма. Ох…Я влажная вся там. А он обнимает и тяжело дышит в мои волосы.
— Это…Это было…
Хочу сказать, но не могу подобрать слова. Они все тонут...
— Охуенно, — шепчет Артем.
— Да…Да....
— Жаль, что нельзя тебя трахать всю ночь, — произносит через минуту, нежно целуя в щеку.
— А ты бы хотел?
Артем чуть приподнимается, заглядывает мне в глаза.
— А ты сама как думаешь?
— Ты весь горячий. И волосы влажные.
— В душ…Пойдешь со мной?
— Пойду. Если смогу…
— Не проблема, я тебя донесу. Сейчас болит?
— Пока что нет.
Артем приподнимается на руках, встает, опираясь на колени.
Взгляд скользит по моему животу и ниже.
Он…он что, хочет посмотреть?
На доказательства того, что лишил меня девственности?
— Артем, нет! — восклицаю, увидев только, куда именно направлен его внимательный и очень темный взгляд.
Пытаюсь укрыться, только нечем, не своими же кружевными трусами или подвязкой, которую к платью уговорила купить Аленка.
— Крови немного, — констатирует после того, как проводит ладонью по внутренней стороне моих бедер, которые я отчаянно сжимаю.
Его…его член, он…Он тоже немного в крови. И снова почему-то возбужденный.
— Отвернись, мне нужно дойти до душа, — бормочу, смущаясь сильнее. Стараясь вывернуться от его касаний.
Изворачиваюсь. Приподнимаюсь.
Немного колет, изо рта непроизвольно выходит шипение.
Артем уже рядом.
— Я же сказал, донесу. Подожди, только боксеры надену.
— Почему он у тебя…всё ещё возбужденный? — спрашиваю, пока Артем и правда несет меня в ванную комнату.
— Ты…ты ведь кончил…