Отход
Шрифт:
— Дома бывают разные.
— Каков дом, не скажу, по случаю достался, не смотрел еще. Но улица — одна из центральных.
Он извлек бумаги на дом и протянул мне. Название улицы ничего не сказало. Может, я и проходил по ней, будучи в Святославске, а может, и нет. Четко я помнил только две улицы, на которых стояли дома княгини и кузена. В документе была не одна из них. Конечно, любой дом лучше, чем никакой, но пиджак у моего противника на груди знатно топорщился, а значит, там должны были быть и другие ценности.
Теперь уже я сделал вид, что задумался.
— Мое оружие
— Тысячу сверху? — Он раскрыл толстый кошелек, забитый купюрами разных достоинств, отсчитал нужную сумму и положил на купчую. — Достаточно?
Он опять даванул менталом. Самую малость, чтобы меня убедить.
— Маловато… — проявил я вполне понятное сомнение. — Боевое оружие из металла с механизмусов. Вы представляете, сколько оно стоит?
Он закатил глаза и небрежно бросил на стол весь кошелек, решив пока использовать наглядные методы убеждения, а магические приберечь для самой игры.
— Пойдет?
— Нужна новая колода, а то мало ли…
Я напустил на лицо подозрительности, но мой противник лишь снисходительно усмехнулся, приоткрыл дверь и позвал стюарда. Последний с готовностью принес новую колоду. Опять крапленую, как проверил Валерон. Поскольку со мной играли нечестно, то и у меня угрызений совести не осталось от того, что собираюсь провернуть.
В этот раз Валерон уже включился, перемещая из-за обшлагов рукавов, а то и прямо из рук противника карты ко мне, а мои неудачные отправлял тому, когда за обшлаг, а когда — в колоду.
Когда мы выложили карты и я потянулся к выигрышу, жулик опешил. Посмотрел свой расклад, мой, неожиданно расхохотался и сказал:
— Коллега, значит. Что делать будем? Своих нехорошо обувать.
— Вряд ли вы про это думали, когда садились со мной играть и использовали ментальное давление.
— Нехорошо своих обманывать, — продолжил он гнуть свою линию.
— Вы мне не свой, — отрезал я. — Я жульничеством не промышляю, со стюардами в преступный сговор не вступаю. Краплением карт не балуюсь. На чужое покушаюсь только тогда, когда против меня злоумышляют.
— Да я разве злоумышлял? Ты сам выразил желание развлечься.
— За наводку на топорик кто стюарду заплатил?
— Вот же параноик, — восхитился жулик. — Слышал, значит? Но ты мог просто отказаться со мной играть.
— У меня с финансами проблема. Решил за ваш счет. А может, и с жильем.
Он почесал затылок.
— Вот же. И главное, магии никакой я не чувствовал. Получается, на ловкости рук? Талант… Ладно. Будет мне уроком. Но вишь что, парень, мне живые деньги под работу нужны. Погорячился я все сбрасывать. Вернуть половину не прошу, но может, что из цацек купишь? У меня есть прекрасный жемчужный гарнитур, девочке твоей подойдет.
— Несите, — согласился я.
— Зачем? — возопил Валерон, стоило закрыться двери за моим недавним соперником. — Мы бы и так забрали. За злоумышление.
— Во-первых, если с этим гарнитуром что не так, я всегда смогу поклясться, что его купил. А во-вторых… Не стоит доводить людей до попыток смертоубийства. Я уже, конечно, научился трупы прятать, но исчезновение стюарда вряд ли не заметят. И у нас могут быть неприятности.
А еще эта пара может отыграться на Наташе. Нет уж, досуха выжимать не будем, от греха подальше.— Довод, — вздохнул Валерон.
— Да и мужик относительно адекватный или притворяется хорошо.
Разговор прекратился, поскольку жулик вернулся. Жемчужный комплект действительно оказался подходящим для Наташи, остальное было мелочевкой, с которой я решил не связываться. Сумма у жулика нужная не набиралась, поэтому он вздохнул и вытащил еще браслет с бриллиантами, так что кошелек к нему вернулся почти со всем содержимым. Я себе только пару тысяч оставил.
— Что за дом-то хоть? — спросил я, когда мы шли заверять договор перехода дома уже в мою собственность у капитана дирижабля, который мог скреплять подобные сделки.
— А я знаю? Перед тобой господин один проиграл. В наследство досталось, но не судьба было посмотреть.
— Это которого жена била в Верх-Ирети?
— Он, — расхохотался шулер. — Смысла не было им дальше ехать. Решили домой возвращаться.
— Жемчуга тоже их?
— Нет. Это другой придурок вез в подарок невесте. Не довез.
— Не жалко? — зачем-то спросил я.
— А тебе меня? Вот то-то. Дураков учить надо.
— Нет, с имуществом расставаться.
— Легко пришло — легко ушло, — отмахнулся он. — От дома в Святославске я бы все равно избавился.
Капитан дирижабля недоверчиво переспросил, точно ли право собственности переходит ко мне (мне даже ненадолго показалось, что он тоже в доле), затем заверил договор своей подписью и печатью дирижабля. Дал адрес крепостной палаты Святославска, в которой нужно было провести окончательную регистрацию и где мне выдадут ключи.
После чего мы вернулись в каюты. Точнее, вернулся я, а жулик остался в коридоре неподалеку, и вскоре из коридора раздалась беседа: похоже, мой недавний собеседник нашел новую жертву. Валерон проявился, завалился на мою подушку, устало зевнул и заявил:
— Со стюарда я тоже компенсацию взял. Теперь мне требуется отдых. Поднимать меня только на завтрак.
Я решил, что отдых требуется и мне, и улегся рядом. Подушку у помощника отбирать не стал — в конце концов, и не в таких условиях ночевал. Отрубился сразу, почему-то даже мысли не возникло, что шулер придет мстить. Он и не пришел.
Утром, когда мы все завтракали в каюте у Наташи, я спросил:
— Что там твой дар говорит о встрече с княгиней?
— Сложится в твою пользу, — коротко ответила она. — Причем с вечера мне казалось, что все будет плохо, но потом ночью что-то изменилось.
— Это когда ты в карты играл, — тявкнул Валерон.
— Проиграл? — ахнула Наташа. — Мой кузен, мамин племянник, застрелился из-за карточного долга. Петя, пожалуйста, не надо играть.
— Наташ, я же с ним. О каком проигрыше может идти речь? — гордо сказал Валерон.
— Вы что, жульничали? — опять ахнула она.
— Мы? Мы похожи на жуликов? — в ответ возмутился Валерон. — Мы взяли компенсацию со злоумышляющих на нас, да, Петь? Минимальную компенсацию. Никого не убили, не покусали и даже ни в кого не плюнули. Хотя очень хотелось.