Отход
Шрифт:
— Придется, — признал я. — Искать там жилье, когда определимся с учебными заведениями. Купить пока не смогу, придется снимать. И снимать что-то приличное, соответствующее нашему статусу. Да еще непременно с кузней, потому что мне нужно и дальше развивать механику. Но этим я могу заниматься и лично.
— Мечтаешь? — Валерон вынырнул из воздуха прямо передо мной.
— Планы строю, — возразил я.
— Митя, все собрал? — строго спросил он у паука.
— Все. Здесь меньше было, чем в Тверзани.
— Сравнил. В Тверзани тварей было больше, а сами они отборнее.
— Что там в Дугарске? — прервал я их милую беседу.
— Я Прохорова успокоил, что ты
— Зачем? — опешил я.
— Как это зачем? — возмутился Валерон. — Мыться, знаешь ли, иногда надо. Не хочешь ты, пусть Наташа оценит. И твое изделие, и твои перспективы.
— Здесь ванну нечем наполнить, — рассмеялась девушка.
— Она артефактная, наполняется сама. Увидишь. Только поедим сначала. Готово же все. Я по запаху чувствую, что готово.
Он облизнулся и выплюнул свою красную мисочку, куда я сразу положил его порцию. Остальное разложил нам с Натальей. Валерон справился быстро и задумчиво сказал, как бы ни к кому не обращаясь:
— Может, мне первым купель опробовать? А то вдруг она от переноса сломалась и Петя там не сможет греться после погружений в ледяную воду?
— Я не собираюсь погружаться в ледяную воду, — отрезал я.
— А придется. Потому что по весне уже найдутся желающие, опередят.
— У меня идея появилась, как можно будет собирать артефактом. Причем несложным. Ведро только нужно. Зря мы из Тверзани ведро не захватили.
— Здесь возьмем, — обрадованно предложил Валерон. — Наверняка найдется целое на весь город, а хозяева уже давно про это ведро забыли. А если и не забыли, им что жалко будет освободителям их города какое-то ведро? Пройдусь, проверю. Так что за артефакт?
— Хочу модифицировать одну схему из сборника по бытовым артефактам, — пояснил я. — По перебору крупы и отбрасывания камней из нее. Нужно будет только поправки на размеры внести — и можно опускать на дно. Одно плохо, там Вихрь идет, а он у меня маломощный. Всего четвертого уровня.
— Так. Я пошел искать целые ведра, а ты пока его практикуй. Чтобы до пятого довел к моему приходу. Мог бы и раньше этим заняться. А то сидит, фантазирует. От фантазий уровни не растут.
Валерон испарился, а я, признав его правоту, принялся повышать уровень вихря. В конце концов, заклинание показало уже свою полезность, так почему бы его и не развивать дальше?
Глава 8
Заниматься артефакторикой на улице было и холодно, и неудобно: комбинезон не способствовал мелкой моторике. Поэтому я расположился в палатке. В стенах неожиданно нашлись шторки, отгораживающие спальное место, и они полностью закрыли часть, превратившуюся в отсек для мытья. Пояснив Наталье, как пользоваться купелью, и сообщив, что одежда там сама отстирывается, но, увы, не отжимается, я решил, что могу предоставить супругу самой себе и заняться артефактом. Или артефактами — я был уверен, что Валерон одним ведром не ограничится.
Но для начала я открыл справочник на нужной схеме, чтобы вычислить поправки. Все-таки кристаллы — не мелкие камушки, которые могут встречаться в крупе, а куда более значительные вкрапления в донном иле, где, кроме них, хватает и других примесей разного толка — от гниющих растительных и животных останков до уже настоящих камней. Ни первые, ни вторые мне не
нужны, а значит, нужно как-то настроить на определенный диапазон размеров и весов: от маленьких кристаллов к большим.А ведь были еще кристаллы с рунами, образца которых у меня не было, а если бы был, можно было бы собирать сразу в три емкости. Эх, мечты, мечты…
Валерон забросил мне ведро и опять удрал, а я решил провести эксперимент, собрал на скорую руку работающий образец и отправился на улицу, где рассыпал строго посчитанное количество кристаллов в снегу, после чего запустил артефакт. Сразу вылезла маломощность: чтобы собрать весь десяток, артефакту потребовалось почти четверть часа.
Вкладывать в развитие Вихря кристаллы жаба давила, поэтому следующий час я занимался прокачкой. Заклинание формировалось быстро, быстро сбрасывалось, поэтому план я даже перевыполнил, доведя Вихрь до шестого уровня. Это не сильно помогло — артефакт продолжал оставаться маломощным, а ведь ему еще придется преодолевать давление воды, которое куда сильнее, чем нынешнее давление воздуха. Без десятки в Вихре делать на водоемах нечего. Это же сказал и Валерон, когда увидел результат, притащив мне еще три ведра. Одно даже какое-то медное, до неприличия позеленевшее от времени.
Пришлось поработать вихресозидателем еще часа два, пока я не почувствовал, что выжат полностью в отношении магии. Вихрь удалось поднять до восьмого уровня, но последние разы я кастовал уже на волевых усилиях. Валерон даже заволновался:
— Прекращай, а то перегоришь. Сейчас в купель залезешь, восстановишься — вот тогда можно будет еще заняться.
— На сегодня точно все, — отказался я от столь сомнительного удовольствия. — В купели отваляюсь, чая выпью — и спать. По дороге буду вихрь тренировать. И в кристаллах может что-то найтись.
— Воздух в этой зоне почти не падает, — вздохнул Валерон. — Ладно. Ты в купель, а я до Тверзани.
— Долго бежать же.
— Я туда по метке. Лазейку между полями действия живых печатей я нашел. Немного послушаю князя — и назад.
— Только послушаешь? — хмыкнул я.
— Не только, конечно. Если защиту на доме не выставили, то, что валяется бесхозным, — все наше.
— Это все же князь с ближниками, не артельщики, — намекнул я. — Поосторожней бы. Мне будет жалко, если что с тобой случится.
— Я сама осторожность, — гордо сказал Валерон и испарился, пока я не успел ему припомнить какой-нибудь косяк.
А я пошел к палатке. Стучаться там было некуда, поэтому я просто громко спросил, можно ли входить, и дождался ответа от Натальи, прежде чем откинуть полог и войти. Она сидела за столиком, просматривала книгу с артефакторными схемами и расчесывала подсыхающие волосы. И волос этих было столько, что я даже удивился, как они все умещались в косе. Коса, конечно, была отнюдь не тоненькая, и все же. Лицо моей супруги после купели посвежело и похорошело: ушли следы обветренности и вообще что-то неуловимо изменилось. Возможно, я бы сказал точнее что, если бы не ужасное серое платье, в которое была наряжена девушка. Выстиранные вещи были развешаны по всем возможным поверхностям, так что подозреваю, это единственная смена. Практичные вещи — никакого шелка и кружев, маменька бы в ужас пришла. Впрочем, нижнего белья на виду не было, оно наверняка сушилось под рубашкой, больше похожей на мужскую. Правда, я подозревал, что кружев не будет и там.