Осознание
Шрифт:
– Слушай, ты что собрался за Серым? Чего тебя на Пакистане заклинило? Телевизор хоть смотри иногда. Там все про это отлично рассказывают. Ничего, поверь, не скрывают. Подробно и со смаком рассказывают, какую гигантскую помощь Россия оказывает пострадавшему пакистанскому народу. И даже иногда упоминают о том, что народ-то давно слинял. Остались одни старики немощные. Вовка посмотрел на часы и сказал:
– Пошли. Обед через десять минут. Надо поесть. Может, еще полчаса поспать успеем.
После быстрого обеда мы действительно еще успели подремать у себя в душном бунгало. Нас
Трактор, как мы его называли, по сути, был машиной саперного назначения. Универсальная такая танкетка с кучей возможностей. От рытья траншей до сноса завалов и расчистки дорог. Броня этого трактора была не на много хуже танковой, а радиационная защита даже получше наверное. Саперам ведь по уставу назначалась расчистка дорог в зоне поражения атомным оружием. Но, не смотря на это ехать на такой зверюге своим ходом до башни волшебника, было занятием для профессионального камикадзе, если такие бывают в природе. Пока мы с помощью лебедок подтягивали и устанавливали на танкетку навесное оборудование Пал Саныч нас порадовал:
– До осыпающегося ущелья трактор вертолет докинет. Считайте пацанам вообще халява. Три очага минуют.
«Пацаны» это назначенные водитель и механик. Их Пал Саныч отпустил спать и морально готовиться к выходу. Уж не знаю, как можно готовиться к потенциальной смерти. Наверное, это было еще одно проявление ранее незамеченного за нашим старшим садизма. Отправить на койку думать о грядущих ужасах красочно описанных Серым, это было сильно…
– А от песчаников до ВБНКи пустяк. Там тем более дорога проторенная - через день «козел» там носится.
– А почему вертолетом до самой башни не докинуть?
– спросил я осторожно отпуская цепь лебедки.
– Пробовали.
– признался наблюдающий за мной Пал Саныч - Там не песок там пыль и пепел от разрядов. Вертолет близко только подходит все вершина словно в облако окутывается. Там становится не до выгрузки - хорошо бы вертолет увести.
– А как они установку собрались в таких условиях ставить?
– честно не понял я.
– Те, кто площадку поедут готовить, маяки низкочастотные поставят. Вертолет по маякам отработает и уйдет.
– Понятно тогда.
– кивнул я закончив возится с буром.
– А кто вторыми поедут?
– Надеюсь второй ходки не будет.
– хмуро сказал Пал Саныч.
– А, правда, что у башни волшебника постоянно молнии шаровые летают?
– спросил Сашка вылезая из танкетки.
Я только головой покачал. Сколько раз идиоту говорили… Не суйся с такими вопросами к Санычу. Сами все расскажем, что знаем. Нет, блин с начальством ему потрепаться хочется. Ну, Саныч ему задаст. Пал Саныч присмотрелся к дурацки улыбающемуся Сашке и сказал серьезно:
– Ты же механик? Механиком к нам приписан?
– Ага.
– ответил этот наивный, думая что Саныч переспрашивает из-за забывчивости.
– Отлично.
– кивнул старший и сказал: - Сбегай в бунгало, скажи там парню, что вместо него техником идешь ты. Заодно и на молнии посмотришь. Я еле сдержался, чтобы не заржать, глядя как лицо Сашки посерело от страха.
– Павел Александрович,
я не это имел ввиду… Павел Александрович…я…Он что-то жалобно лепетал, а Пал Саныч резко повернувшись к нему, явил себя во всей красе:
– Слушай, щенок, сюда… Здесь люди работают! Ясно?! РА-БО-ТА-ЮТ. Запомнил? Здесь нет фейерверков. Здесь не держат пироманов. Здесь нет место разгильдяйству. Ты замечтался и забыл про паек для группы и группа там сдохла, попав в завал. Ты проболтал о бабах и не посмотрел на давление масла и группа сдохла от облучения пытаясь вырваться с Дикого Поля. Потому что там нет связи. Потому что туда никто на помощь не придет. Потому что, такие как ты мудаки спрашивающие про разряды, забывают обо всем на свете и слюни пускают, слушая сказки. Что ты вылупился на меня!? Работы нет? Я сейчас тебе работу найду! Пошел бегом охлаждение сливать и заливать заново!
Я сосредоточенно занимался лебедкой и даже виду не подал, как меня тянет на смех. Приглядевшись к моим движениям Пал Саныч ничего не сказал, а просто поправил цепь укладывающуюся у моих ног. Потом он снова оглядел ангар, может что в глаза неправильное бросится и вышел прочь. С другой стороны трактора раздался голос Андрюхи:
– Слушай, Сашка, ну ты и идиот. Нашел кого спрашивать. У него разрядом там на ВэБээНКе друга лучшего спалило… в пепел… в пыль. Сашка не нашел ничего лучшего, как попытаться огрызнуться:
– А я чё знал? Ты блин умный такой чего не предупредил?
Олег появился из-за ковша с тяжеленным гаечным ключом на семьдесят с чем-то. Он подошел и тихо спросил у Сашки:
– Ключ видишь?
– услышав ответ, Олег поднес его на всякий случай к носу Сашки и сказал так тихо, что даже я рядом стоящий еле расслышал:
– Не научишься молчать, я этим ключом тебе мозги подправлю. Напролом через кости. Понял?
– Понял.
– всхлипнул Сашка.
– Я же правда не хотел…
– Ты начинаешь болтать… - напомнил ему Олег и, развернувшись, пошел дальше крепить навески.
Через полтора часа, когда проверили полностью работу всех систем, я доложил Пал Санычу о готовности.
– Если через полчаса не сообщат, что вертолет вылетел, то все на завтра переносится.
– ответил он мне.
– Нам надо будет демонтировать? Или ничего не случится, если так постоит?
– Конечно, оставите так.
– Хорошо, Павел Александрович. Можно я всех отпущу до ужина своими делами заниматься?
– Нет. Пусть пятый ангар откроют и начинают все из него переносить в четверку. Краску привезли. Завтра зачистим всю гарь и покрасим. А то страшно заходить. Я ответил, что понял и положил трубку.
– Чего? Обломались с картами?
– спросил догадливый Вовка. Я кивнул и сказал:
– Идем из пятерки в четвертый все перетащим. Завтра покраска будет. Вовка хмыкнул и сказал, вытирая руки ветошью:
– Любишь ты, Коха, обрадовать народ.
– Пошли. Раньше сядем - раньше выйдем.
– сказала я с улыбкой и забирая рабочие рукавицы из ящика верстака направился к выходу. На пороге ангара я повернулся и сказал Андрюхе: - Ты останься, сейчас Саныч придет, посмотрит. Провернешь при нем все оборудование.