Охотник
Шрифт:
Магам хорошо платили – больше, чем даже офицерам генерального штаба армии. Прощали некоторые "шалости" – мелкие преступления, иногда даже серьезные – так что жизнь мага, если он не полег на поле боя под ответными ударами магов противника, была вполне приличной, сытной, необременительной, и в случае удачи можно было по окончанию контракта уйти "на гражданку" с кругленькой суммой на банковском счете. Конечно – если ты не пьешь, не гуляешь с девками, не громишь трактиры и не соришь деньгами направо-налево!
О загулах магов ходили легенды, и шлюхи со всей округи с замиранием в сердце ждали, когда очередная компания боевых колдунов посетит их захолустный трактир. Даже если после этого от
Когда стало смеркаться, Сергар забеспокоился по-настоящему. Все эти дни и ночи Маша была с ним неотлучно – ухаживала, кормила, ублажала, делала все, что делает хорошая жена и любовница. Он уже как-то отвык оставаться один, и теперь испытывал тянущее чувство беспокойства, тревоги, усиливавшихся с каждым часом.
Сергар постарался себя отвлечь – включил телевизор, послушал новости и героев бредовых телесериалов, страсти в которых ему казались надуманными и глупыми.
Около полутора часов, как и обычно, посвятил занятиям медитацией и физическими упражнениям – отрабатывал, вспоминал те стойки, связки, удары, которыми он некогда прекрасно владел, и которые не раз спасали ему жизнь на войне, и особенно после нее, во время работы грабером.
В учебке был отличный преподаватель боевых искусств, седой пятидесятилетний преподаватель Сорен Виголь. У него имелись двое помощников, мужчин помоложе, которые отвечали за оружейную подготовку новоиспеченных боевых магов.
Прежде чем выпустить на поле боя, несмотря на то, что необходимость в боевых магов была просто-таки жгучей как раскаленное железо, их все-таки держали в учебке целый год, вылепляя из разношерстной толпы гражданских парней сплоченную боевую команду, способную постоять за себя и нанести урон армии противника. И что лучше дисциплинирует, чем занятия боевыми искусствами?
Кроме того – в этих плавных движениях, выглядевших странными для непосвященного зрителя, заключено не только, и не столько намерение убить противника голыми руками – на самом деле, это пассы, позволяющие ввести тело в состояние, наиболее располагающее к приему максимального количества Силы. Каждая поза, каждое движение, каждый переход из стойки в стойку совершенствует бойца, открывает в его организме внутренние "емкости", "полости", в которых маг накапливает запас магической энергии. Все движения не случайны, каждая постановка ладони, кулака, выпад, переход – суть не только тренировка мускулов и разгон крови по организму, но и "шлифовка" Души, впитывающей в себя магию.
За время своей службы Сергар добился впечатляющих результатов – он мог отправить в противника не менее пятидесяти огненных шаров размером с человеческую голову! И перезарядиться – всего за пять минут! Для большинства магов – просто фантастический результат.
Учитель магии и учитель боевых искусств говорили, что это результат того, что Сергар не гнушался уделять тренировкам все свое свободное время, "вместо того, чтобы шляться по трактирам и щупать грязных шлюх!".
В общем-то, так оно и было – каждую свободную минуту, каждый свободный час молодой маг посвящал тренировкам, и к концу года обучения достиг в этом впечатляющих успехов – его не раз ставили в пример другим ученикам, что как обычно очень не нравилось многим из тех, кто не так уж истово нес свое бремя службы.
И само собой – не раз, и не два его пытались проучить за неразумное рвение, но после того, как Сергар несколько раз жестоко избил тех, кто на него покушался (двоих едва спас армейский лекарь), его оставили
в покое.Вообще-то Сергар всегда считал – пришел на службу – служи. Выполняй то, что подрядился делать. Или не надо было вообще браться за это дело.
Так всегда говорил отец Сергара, который отличался невероятной, просто-таки потрясающей обязательностью.
За последующие десять лет службы Сергар поостыл к боевым занятиям – не до них, когда сидишь под навесом в открытом поле и тебе через дырку в пологе за шиворот льется холодный дождь, но все равно, при первой же возможности старался поддерживать боевую форму – что всегда поощрялось командованием подразделения.
Возможно именно потому, что Сергар уделял так много внимания своему боевому искусству, он и выдержал десять лет службы боевым магом, единственный из всех прослуживший два пятилетних контракта подряд.
Его называли везунчиком, и скорее всего, так и было. За десять лет всего лишь потерянная рука – это ли не везение, когда смерть косила соратников прямо у плеча Сергара, умело пользуясь своей черной косой, от которой не может уберечь ни одна броня в мире…
Позанимался, сходил в ванную комнату – смыл пот, густо выступивший на коже (слаб, еще слаб! Далеко до настоящей физической формы) . Наварил зелья, поставил охлаждаться перед напитыванием Силой.
Поел, разогрев микроволновке котлеты с макаронами.
Посмотрел новости, в который раз удивляясь, сколько же в мире зла. Люди убивали друг друга, устраивали теракты, разжигали войны, и все ради чего? Чтобы еще немного добавить к своему и так уже несметному богатству!
Сергар этого никогда не понимал – ну накопишь ты денег, куда их потом денешь? В гроб с собой положишь? На тот свет возьмешь? Уж кто, как не он понимал – с собой ничего не возьмешь, кроме бесплотной души. А душе деньги не нужны, душе нужно другое – покой, умиротворение, любовь…
Маша пришла уже в темноте. Тихо растворила дверь, прошла, села на кровать. Сергар почувствовал запах ее духов, удивился – надушилась на ночь глядя? Или решила таким образом его возбудить?
Сделалось смешно, и Сергар невольно улыбнулся, потом протянул руку, приобняв Машу, сидевшую как истукан на краю постели, привлек ее к себе.
Она повалилась как подрубленное дерево, ударившись головой о Сергара так, что у него заныло плечо. Голова девушки мотнулась, завалилась в бок, будто вынули хребет, на котором та держалась. Сердце защемило от предчувствия беды.
Вскочил, включил свет. В неярких лучах стенных бра, увидел распухшее лицо девушки, разбитые губы, синяк, затемняющий глаз. Левое ухо в два раза больше правого, на шее кровоподтеки. Потянулся, расстегнул куртку, которую Маша надела на блузку, задрал блузку – все тело в синяках и кровоподтеках, левый сосок прекрасной груди сплошной сгусток крови, будто надкусанный острыми зубами зверя.
В считанные секунды раздел девушку догола, осмотрел – сомнений не было, ее жестоко избили, изнасиловали, изуродовали так, что ей теперь придется долго лечиться, восстанавливая здоровье. Если это вообще возможно – при здешнем способе лечения, и при уровне медицины отдельно взятой больницы районного городка.
Маша была без сознания, похоже, что дошла она из последних сил, буквально на своей железной воле.
Сергар знал, что женщины в большинстве своем невероятно выносливы, еще мать рассказывала – многие женщины, уже будучи больными, превозмогают себя и работают до тех пор, пока не падают замертво. Это заложено в их душе – преодолевать трудности, заботиться о семье, выполнять свой долг.
А еще – у них порог болевой чувствительности выше, чем у мужчин, потому женщины могут переносить страдания более тяжкие, чем мужчины такого же возраста и комплекции.