Чтение онлайн

— Ты тоже… А ещё ты такая красивая, когда стесняешься… — шепчет он и снова тянется к моим губам. Я уже даже не останавливаю… Там и так такой капец с ними, что они похожи на разваренные пельмени… Господи. Но как же приятно… Как же невозможно отпустить его… Касаюсь горячей кожи руками. Скольжу по его щетинистому лицу. Наслаждаюсь тем, как мне с ним прекрасно.

— Лесь… Давай как-нибудь у меня останешься… Когда отца не будет… На те же выходные… М? — спрашивает на изломе. Весь задыхается, но не упускает возможности затолкать меня поглубже в свои силки.

— М-м-м… И что мы будем делать? — улыбаюсь, глядя в его

хитрые омуты.

— Узнавать друг друга… Говорить… Целоваться… — перечисляет с лисьими глазами, и я немного расслабляюсь.

Савицкий, конечно, тот ещё обольститель. По нему же сразу видно. Надеюсь, что у него ко мне серьёзно, и не так как с остальными.

— Посмотрим, ладно?

Я же не уверена, что смогу это себе позволить, даже если очень этого хочу. Нет, позицию я держу чётко. Никакого секса… Но поговорить с ним… Уснуть на его плече… Кажется мне весьма заманчивым предложением…

— Ладно. Конечно…

— Тим, я тоже буду очень по тебе скучать, — прижимаюсь к нему и сердце готово вырваться наружу. Я и не думала никогда, что смогу влюбиться в того, кого буквально недавно хотела придушить… Если в шутку…

Мне казалось, что мы никогда не будем общаться…

— Моя…? — спрашивает, уже доводя меня буквально до подъездной двери. А там прижимает к металлической поверхности и снова так мощно целует, что я дрожу и еле успеваю перехватывать его за плечи, чтобы не съел меня с потрохами.

— Твоя… Наверное, — добавляю, оторвавшись от поцелуя и хихикая, а он хмурится в ответ. У него такие тёмные густые брови, что они тут же рисуют его сердитую гримасу, и глаза при этом становятся такими яркими, как два Сириуса в небе… А я трогаю его заросли пальцем, растирая морщинку между ними.

— Не сердись… Твоя. Просто я… Пока ничего не знаю об этом…

— О чём?

— Об отношениях… Вообще ничего… Но ты мне… Нравишься, — каждое слово отрываю от себя со стеснением и переживаниями. Никогда и никому такого не говорила. И мне это нелегко даётся. Но зато он тут же воспламеняется.

— Я охренеть как счастлив это слышать, Олеся…

— А теперь мне надо идти, ладно?

— Кто тебя отпустит? — на лице появляются милые ямочки, и он смыкает ладони за моей поясницей, ещё крепче меня к себе прижимая.

— Я тоже не хочу уходить…

— Так не уходи… Давай я такси вызову, и мы до меня поедем? Там нас вообще никто не побеспокоит… Обещаю…

— Тим… Не могу. Прости…

— Ээээх, — вздыхает он, потухнув как свеча. — Ты хоть писать мне будешь?

— Буду, да… Обещаю…

— Хорошо… Так я успокоился… — прикрывает он глаза и снова бурно вдыхает запах моих волос.

— Не могу нанюхаться тобой…

— Дурачок… Савицкий… Всё… Я побежала, — чмокаю его в щёку и пулей забегаю в подъезд, пока он отпускает… Иначе и сама не уйду никогда и прирасту к нему корнями. Сама удивляюсь, как мы с ним сливаемся… Смотрю из подъездного окна, как он всё ещё стоит и глядит на дверь… Уверена, он хочет пойти за мной.

Сердце плавится… Какой же он всё-таки красивый… Отрываю себя от окна, только когда за ним приезжает машина такси, и бегу домой… Наверх…

Вот только когда ступаю на порог, понимаю, что вижу отцовские ботинки в прихожей… Не понимаю, почему он дома… Он не должен быть здесь. У него же смена…

Мамы не наблюдаю… Тихими шагами крадусь вглубь квартиры, а потом слышу

её плачь из спальни.

— Мам? Мама… Что с тобой? Мам??? — забегаю в комнату, видя, как она сидит на полу, свернувшись калачиком.

— Леся… Ты когда пришла?! — обхватывает она меня за лицо. — Убегай быстрее отсюда… Уходи! Леся!

— Что ты такое говоришь?! — смотрю на неё, а у неё прямо на щеке рассечение, будто от кольца… И кровь бежит тонкой струйкой, вызывая у меня панику. Липкий страх подкрадывается к горлу.

— Пока он в ванной беги давай! — гонит она меня снова, и я тут же подбираюсь, чтобы сбежать. Аж ноги от тревоги подкашиваются.

Но не успеваю я добежать до прихожей, как защёлка в ванную проворачивается и оттуда выходит разъяренный вусмерть пьяный отец…

Тимур Савицкий

Леся Носова: «Тим, я сильно заболела… Неделю дома буду на карантине…».

Сообщение, которое приходит мне утром… И от которого у меня в груди полыхает настоящий пожар… Очаг такой, что накрывает почти всю площадь тела… Я и сожалею, и расстроен, и сержусь на себя…

Ведь вечером она так и не выходила на связь. Я хотел ехать обратно, если честно… Но побоялся сделать хуже… Она так остро реагирует на любую мою попытку стать ей ближе… И я уже не знаю, с какой стороны можно подходить, а с какой нет.

Тим Савицкий: «Можно я приду к тебе? Просто навестить».

Леся Носова: «Тим, нет. Я не могу голову поднять, у меня температура…».

Тим Савицкий: «Ладно… Малыш, мне жаль. Это я виноват… Долго гуляли».

Леся Носова: «Нет, всё хорошо. Ты не виноват. Учись… Буду скучать».

Тим Савицкий: «И я буду скучать, Леся… Выздоравливай скорее…».

На уроках я схожу с ума… Знать, что она где-то там… Не мочь прикоснуться. Обнять… Поцеловать. Понюхать её волосы… Просто дерьмово.

Чувствую себя паршиво.

С Варей немного общаемся. Она ходит понурая, будто у неё что-то случилось. Хрен его знает, что не так… Но я не лезу в личное. Вряд ли это как-то связано с самой Олесей…

Афанасьева всё время пытается возникать на моём пути. То на физре рядом сиськами трясёт, то в коридоре плечом заденет… Мне кажется, эта девушка не погнушается любым методом, лишь бы себя показать и прыгнуть выше головы… Но суть в том, что никакие сиськи мира мне мою Олеську не заменят. У меня все мысли только о ней. О своей блондинке с голубыми кристальными как озеро глазами. О её улыбке… О таком редком, но заливистом искрящемся смехе. О нежности её пальцев, которые если касаются меня, то сразу валят на лопатки… Мне кажется, если она меня потрогает… Вот просто коснётся груди или торса, я точно помру от переизбытка эмоций.

Потому что эти сны… Их не выкинуть из головы… И мне снится не только то, что мы делали. Естественно, запретное тоже снится. Как мне однажды удалось вторгнуться в её пространство в школьном туалете… Просто мазнуть подушечками пальцев по её осиной и столь нежной талии… И от того касания прошило высоковольтным током грудь. Словно у нас с ней друг на друга потенциалы настроены. Разница… Такая ощутимая, что напряжение витает в воздухе…

И теперь без неё будто не живой.

Поглощён ею… Мыслями о нас. О наших прогулках. О той поездке на сопку любви… О поцелуях столь приятных, что словами не описать…