Чтение онлайн

— Ты предпочел окунуть в грязь себя! — вскинула голову Кайла.

Вечная ненависть ради того, чтобы оставить ей воспоминания об отце, светлые, чистые, незамутненные жестокостью истины, которая никого не жалеет.

— Нет, Кайла, я просто не стал говорить тебе о Слэре, решил уберечь от этого, — разочарованно сверкнул он глазами, отворачиваясь и отходя к Сандре. — Твоя слепая любовь оправдывала все поступки отца. Превратился в темного — не страшно, открыл туннель — это правильно, так и должно быть. Даже тут ты нашла оправдание!

Неподвижная фигурка съежилась под градом обвинений, не в силах противостоять им. Горечь заполняла ее изнутри, не давая дышать.

Нашла. Она нашла ему оправдание. Но виновата ли в том, что слишком сильно любила отца, ставшего для нее всем после смерти матери, не ушедшего вслед, как она того боялась, нашедшего в себе силы остаться с ними, бороться до конца. Он так и не смог стать для нее злодеем, готовым предать собственное дитя, у Кайлы слишком хорошо получалось закрывать глаза на все проявления сумасшествия, медленно, но от того не менее неотвратимо накрывающего его своим пологом тьмы, будоража рассудок, заставляя терять себя. Для нее он остался человеком, сопротивляющимся тьме до последнего. Слишком тяжело было для нее, женщины, которая всю жизнь жила со знанием о темных, но никогда вблизи с ними не сталкивалась, представить все коварство и мерзость, что несли они с собой. Легче было возненавидеть Эрика, найти в нем виновного, обеляя отца.

Никогда Кайла не сталкивалась со злом, что несли в себе темные. Даже похищение Эрика не стало для нее показателем. Глаза на истинное положение вещей стали открываться только со смертью Кевина. Только тогда, столь тесно соприкоснувшись с ужасами, что несли в себе, она осознала, что темные неуправляемы в том сумасшествии, что владеет их сущностями.

Осознание широкой волной накрывало ее, проникало внутрь, обжигая душу. Раскаяние было лишь малой частью того, что она испытывала в эти минуты. Эрик никогда не простит ей…

— Туннель. Для чего ты его открывал? — хрипло выдохнула она, ощущая на плечах ладони мужа.

— Ты начала спрашивать, — скривился в ехидном оскале мужчина, не оборачиваясь, лишь чуть склонил голову, так чтобы видны были всполохи в глазах. — Достаточно будет того, что опасности я нас не подвергал.

— Откуда такая уверенность? — допытывалась она, думая о том, что наделала.

В раздражении обернувшись, воззрился на нее колючим взглядом, но она не отступила, с трудом заставляя себя смотреть ему в глаза. Она должна знать, прежде чем…

— Телепорт, — глаза ее недовечиво распахнулись, выражая всю степень изумления. — Он контролировал переход с той стороны.

— Телепорты — сказка! — сипло выдохнула Кайла, не в силах справиться с волнением.

— Весьма реальная, правда? — ехидно поинтересовался Эрик, откидывая челку, падающую на глаза.

— Но… но почему?

Стремительно приблизившись, он зло процедил ей в лицо, яростно полыхая глазами:

— Потому что не смог отказать ему в просьбе. Потому что я должен ему за спасение Слэра. Потому что если бы он не успел отвлечь отца, шансов на это не было бы… ни одного. И мы не звери, чтобы отворачиваться от всего, что нас не касается.

Вина тяжелым молотом опустилась на плечи, не давая разогнуться. Столько ошибок! Глаза резануло сухой болью, слова комом встали в горле. Как сказать ему, что все ужасно, что она в своей слепой ярости не смогла себя остановить и фактически подвергла всех опасности? Что наделала она?!

Руки на плечах сжались, напоминая о своем присутствии. В груди клокотал безумный смех, с трудом сдерживаемый хозяйкой. Ах, Шорм, ты не знаешь, что наделала твоя жена. Прочистив пересохшее горло, она сиплым, срывающимся голосом только и смогла произнести:

— Совет…, - спазм до боли

сжал голосовые связки, мешая говорить, пришлось снова прочистить горло, прежде чем продолжить. — Совет знает.

Мгновение застывшей тишины показались Кайле вечностью, в которой можно было протянуть руку и ощутить ими густой резко отдававший изморозью воздух между пальцами. Тяжелее всего было смотреть Эрику в глаза, выдержать взгляд, стремительно заполняющийся осознанием ее поступка, темнеющий от чувств, ураганом заполняющих его грудь, и знать, что она… предала их? Он резко отшатнулся от нее, недоверчиво разглядывая, не в силах поверить в услышанное. Проклятия сорвались с языка прежде, чем он смог совладать с собой, резкие, грубые, заставляющие бледнеть еще сильнее. Отвернувшись от сестры, из которой, казалось, разом вытащили все жилы, Эрик вцепился в край стола, пытаясь сдержать натиск чувств, разгорающихся внутри ярким костром.

Кайла боялась дышать, вина и раскаяние плескалось в омутах бездонных глаз. Жесткие руки на плечах стремительно развернули ее, так что она оказалась лицом к лицу с Шормом, и вцепились в предплечья, прижимая к себе.

— Что ты наделала? — и взгляд, полный холодной укоризны, выдержать которую ей было не под силу.

— Я… я не хотела… я не знала, Шорм, — сорвался с губ громкий шепот, полный терзаний, — не знала…

— Кайла…! Ты вызвала Совет!

Перед глазами снова проскользнула картина мертвого пространства, накрывшая пруд за мгновение до того, как исчезла Сандра.

— Вы открыли туннель, — умоляюще смотрела она на мужа, прося простить ее, — что я должна была подумать?

— Довериться мужу — вот что ты должна была сделать в первую очередь! — свирепо прорычал Эрик, приходя в себя до адекватного состояния.

Стремительно приблизившись к ним, обогнул и резко распахнул дверь.

— Слэр! — громкий окрик достигал потолка, уходя на второй этаж. — Слэр, иди сюда! — и уже Шорму: — Минут двадцать?

— Меньше, — хмуро покачал головой тот. — С Фернионом значительно меньше.

— Мальчика нужно убрать.

— Клан Селены приютит.

— Дядя Эрик? — из холла послышался голос спускавшегося с лестницы Слэра.

Повернувшись к нему, но так и не переступив порога, коротко бросил:

— Едешь к Блюзтерам. Машина уже ждет на улице.

— Но…

— Без 'но', Слэр!

— Все хорошо, сын, езжай, — хрипло кивнула Кайла, растянув губы в вымученной улыбке, чтобы успокоить волнение сына, однако стоило ему исчезнуть в дверном проеме, тихо всхлипнула.

— Сандра? — коротко спросил Шорм у Эрика, следя за его выверенными передвижениями.

— Остается со мной, — с сожалением выдохнул он, набирая сотовый телепорта. — Они захотят ее увидеть.

— Их обеих надо было бы отправить со Слэром! Мы не знаем, что будет, Эрик. Это слишком опасно!

Отведя мобильник от уха, мужчина зло прорычал:

— Скажи спасибо своей жене, Боюсь что она не оставила нам выбора.

Кайла слушала его слова и смотрела мужу в глаза, с каждым мгновением леденея все больше. Что толкнуло ее на этот шаг? Бешенство, горечь, отчаяние, безжалостно разъедающие сердце каждый день на протяжении стольких лет. Невыносимая тоска комом встала внутри, не давая вздохнуть, оплетая ее своими тонкими пальчиками. Жизнь веером пролетала перед лицом, показывая существование последних лет, и голубые глаза медленно затухали, теряя краски. Зачем оправдываться? Бессмысленно. Кругом виновата. Капля за каплей эмоции покидали тело, даря благословенное бесчувствие. Бороться не за что, ей никогда не вымолить прощения.