Нова
Шрифт:
«Твою мать! — мысленно вздрогнул Крас. — Я категорически запрещаю тебе передавать куда-либо какие-либо данные обо мне без моего прямого приказа! Если не хочешь быть вырванной из моей головы вместе с чипом. Нет, я этого не делал. Похоже, у меня есть свой ангел-хранитель, причём явно не из числа виртуальных.»
— Подтверждаю твой запрет, — тут же откликнулась помощница. — Хотя ты мог бы просто сказать: «установить запрет на обратную связь». И, знаешь, мне это кажется крайне странным. А тебя совсем не беспокоят все эти необъяснимые вещи, постоянно случающиеся с твоей персоной?
«Пока всё это работает не во вред, а в пользу, не будем заморачиваться, — отмахнулся он. — Ладненько, сейчас
Проведя остаток дня в уединении своей скромной палатки, герой тщательно проверил имеющееся обмундирование и даже изготовил в недрах котомки новый, солидный полуторный меч, с усиленным энергопроводящим сердечником. Он прикинул, что палить из огнестрела ночью — не самая разумная идея, ведь шум может привлечь куда больше проблем, чем решить. Да и, по словам Огетса, пули слабо берут даже «зелёных», а против интуитов и ориканов и вовсе будут бесполезны, как горох об стенку.
С наступлением кромешной темноты, Крас направился в хозблок и, не моргнув глазом, прихватил три десятка концентраторов, заявив дежурному, что это приказ самого капитана. У того даже не возникло лишних вопросов — он молча выдал устройства и моментально «завис» с остекленевшим взглядом, погрузившись в виртуальный мир. Подмахнув ведомости размашистой подписью, герой уверенно направился на ночную охоту.
Переступив невидимую, но ощутимую границу периметра аномальной зоны, Крас почти сразу обнаружил несколько тревожных странностей. Джунгли, обычно полные жизни, словно вымерли — не было слышно привычного пения ночных птиц, треска веток или рычания диких животных. Даже рыба не плескалась в водах узких проливов. Лишь плотные рои надоедливых, слепящих насекомых с назойливым жужжанием кружили вокруг, словно предвестники чего-то недоброго. Парень уже было собрался расспросить об этом М. У. Л. И., но горько усмехнулся, вспомнив, что здесь, в самом сердце аномалии, он снова остался один на один с тишиной и гулкой, зловещей пустотой.
Ночные похождения по джунглям, даже аномальным, — занятие для самоубийц. Обычный человек в кромешной тьме запросто мог сломать ногу, угодить в ловушку из переплетённых корней или безнадёжно запутаться в непролазных лианах. Но для Краса, чьи глаза видели в инфракрасном и ультрафиолетовом спектрах, это было словно неспешная прогулка по знакомому парку. Запасливо зарядившись энергией до отказа, он мог больше не экономить её на поддержание ночного зрения, чувствуя себя почти неуязвимым.
Пройдя километра три вглубь зоны, Сергей с удивлением отметил, что не встретил ни одного одичалого. Такая аномальная тишина настораживала куда больше, чем привычные вылазки «зелёных». Однако спустя буквально пять минут осторожного продвижения он наконец понял причину. Аккуратно подобравшись к краю широкой, будто специально расчищенной просеки, он замер, лицезря страннейшее зрелище.
«Твою мать, что они там вытворяют? — мысленно ахнул он. — Это похоже на какой-то извращённый гомофестиваль… Пля, меня сейчас реально вырвет.»
На открытой площадке, освещённой лишь призрачным светом местных грибов, копошилась группа одичалых, занятая откровенно странными действиями. Всего герой насчитал восемь особей. Шестеро из них, расположившись в тесный круг и взявшись за руки, монотонно раскачивались из стороны в сторону, словно выполняя какой-то древний ритуал. Но не это удивило парня больше всего. Двое оставшихся занимались чем-то поистине отвратительным: огромный, мускулистый одичалый держал новообернувшегося старикана за талию и с неистовой страстью целовал его в засос, издавая булькающие звуки.
Герой усилил зрение до предела,
приблизив картинку. Теперь он мог рассмотреть участников этого безумного шабаша детальнее. То, что это были не «зелёные», стало ясно сразу. В отличие от гоблинов, шестёрка сидевших на земле особей имела почти нормальный, лишь с лёгким зеленоватым оттенком, цвет кожи. Их черты лица были куда ближе к человеческим, а по возрасту они выглядели на все пятьдесят, может даже чуть меньше. А вот тот, что стоял и «целовал» новообернувшегося, казался моложе, и цвет его кожи явно уходил в красноватый спектр.«Ну что ж, похоже, я нашёл своих интуитов и одного орикана, — с холодком в душе констатировал Крас. — Здоровяк в центре, который устроил засос старикану, — это однозначно орикан. Чёрт, да он от обычного человека почти не отличается, если, конечно, не брать в расчёт полное отсутствие одежды и… Твою мать, у него вообще нет…уя! Тогда какой смысл в этом мерзком действе? И что за дурацкий ритуал проводят интуиты? И где, мать вашу, все гоблины? Я-то думал, ночью джунгли будут кишеть именно ими».
Присмотревшись к интуитам повнимательнее, Крас с отвращением понял, что и у них напрочь отсутствовали какие-либо половые органы. Более того, одичалых всё ещё можно было условно отличить по полу, всматриваясь в черты их лиц — среди сидевших в кругу затесались как бывшие мужчины, так и женщины. Вот только их тела претерпели странную метаморфозу, превратившись в нечто унисекс — рельефные, мускулистые торсы, больше напоминающие моделей для спортивных журналов, лишённые каких-либо вторичных половых признаков.
«Так, значит, чем одичалый выше в своей… эволюционной ступени, тем сильнее стирается грань между мужским и женским началом, — с холодным, почти научным интересом заключил он. — Отпадают не только причинные места, но и грудь у женщин, деградируют, а на их месте вырастают знатные, перекачанные мышцы. Но что, чёрт возьми, они всё-таки делают? Почему я такой болван, не догадался сразу?»
Догадка наконец осенила его. Крас мгновенно переключил спектр зрения на энергетическое сканирование, и картина разом встала на свои места. Шестёрка интуитов, сидя в кругу, работала как живой трансформатор — они тянули из земли слабый, рассеянный поток энергии, пропускали его через свои тела, усиливая концентрацию, и направляли единым каналом в спину орикану. Тот, в свою очередь, и сам активно подпитывался из окружающей среды, а затем, через свой мерзкий «поцелуй», буквально вливал сконцентрированную энергию аномальной зоны в тушку новообернувшегося, которая начинала слабо светиться изнутри.
«Так вот как они эволюционируют и становятся сильнее! — с внутренним торжеством осознал герой. — Интересно, до жути интересно. А в скучных методичках про этот энергообмен ни слова. Возможно, всё дело даже не во времени, проведённом в аномальной зоне, а в том, какой объём энергии одичалый способен пропустить через себя. Чем выше родство с энкой и КПД, тем сильнее получается „касатик“. Теперь главное — придумать, как живьём поймать этого орикана. Интуитов даже нет смысла поглощать, раз уж есть куда более ценный экземпляр.»
Не успел герой додумать свою мысль до конца, как с оглушительным, пронзительным визгом с ближайшей пальмы на него спикировал «зелёный». Крас, действуя на чистой мышечной памяти, молниеносно выхватил из кармана голенища штык-нож и одним точным движением обезглавил нападавшего, даже не дав тому коснуться земли.
«Так вот куда вы, зелёненькие, попрятались, — с раздражением мысленно констатировал он, скидывая с клинка тёмную кровь. — Смотрели на захватывающее представление сверху, как в театре? Или терпеливо ждали своей очереди на „прокачку“? Как бы то ни было, шум уже сделан, и у меня теперь большие, очень большие проблемы.»