Чтение онлайн

Сзади к "ауди" вплотную подкатил джип.

– Так-так, - с интересом произнес Гринев, быстро оглядевшись по сторонам. Из подплечной кобуры, надетой на белую рубашку, он извлек пистолет "ТТ" и уже успел передернуть затвор, досылая патрон из обоймы.

Она все еще сидела бледная и боялась шелохнуться, когда в руке нищего, словно в руке фокусника, что-то сверкнуло (а не точно ли так в этой руке появился букет незабудок? Правда, тогда к летнему, идеально чистому свитеру этого парня была приколота карточка "Пресса"). Потом что-то промелькнуло в воздухе, Гринев, вскрикнув, дернул рукой и выронил оружие. Его белая рубашка начала пропитываться кровью, он в изумлении смотрел на вспоротую

рану и горячее лезвие без ручки, вошедшее наполовину в его руку.

Пистолет лежал на асфальте у его левой ноги. Гринев посмотрел на оружие, подумав о том, что он мог бы сейчас его очень быстро поднять. И... увидел в руке нищего вторую метательную пластину. Но, может, даже не это зрелище, а голос, совершенно ледяной тон, остановил его:

– Не дергайся, - произнес нищий, - если хочешь жить.

Гринев подумал, что он хочет жить. Этого лаконичного сообщения ему хватило. И все закончилось.

Второй джип перекрыл проулок спереди Люди, появившиеся из него, действовали очень быстро. Раненый Гринев и поверженный водитель, который еще так и не пришел в себя, были доставлены в этот второй джип. Он немедленно развернулся, словно это была "скорая помощь", и через секунду скрылся за поворотом дороги.

Нищий направился к "ауди". Она вся вжалась в сиденье. Из черного джипа, стоящего сзади, вышел еще один человек. Она узнала его. Ей казалось, что сердце сейчас выскочит из груди.

ТВОЕ ВРЕМЯ.

Нищий открыл ее дверцу, наклонился и негромко позвал.

– Вика... Я знаю, что вы - Вика.

Она вздрогнула. Густая, осязаемая тишина опеленала ее подобно кокону-куколке, и внутри этого кокона существовал лишь один звук - все более учащающиеся удары ее сердца.

Еще одно ваше имя.

Панцирь, единственное надежное убежище для маленького беззащитного существа:

маска из трепещущих простыней

кокон

смерть.

Ее ресницы задрожали, но нищий, словно предвосхищая все ее попытки что-то сказать, повторил:

– Я знаю, что вы - Вика, а не двойник. И либо вам нужна помощь, либо на вас с десяток предумышленных убийств.

Она все еще смотрела на него, хотя уже знала, кто является этим человеком. Дверца с другой стороны открылась. Лютый сел рядом с ней, и она успела подумать: "Я же не просила никакой помощи. Мне надо только забрать детей!" И еще: "Если я могу вам верить, то где же вы были все это время?!"

Но ничего подобного она говорить не стала. Климпс. Это оказалось последней каплей, она не могла больше сдерживаться, и слезы вырвались из ее глаз. Она лишь произнесла:

– Володя, у них мои дети! Зачем вы... ведь оставалось всего два часа... Я должна забрать их!
– И она разрыдалась.

На одно мгновение какой-то темный могильный холодок наполнил салон автомобиля.

Лютый бросил взгляд на Стилета, его щека дернулась, и на лице отразилось жуткое понимание того, что происходит.

– Мне нужно только забрать моих детей! Их сейчас привезут. Мне больше ничего не надо!

"Боже ты мой, - ошеломленно подумал Лютый, - как же она вытерпела все это время?.."

– Бедная ты моя.
– Он мягко обнял Вику и прижал ее к себе. И почувствовал, что она дрожит.
– Теперь все будет хорошо, - проговорил Лютый негромко.

– Нет же!
– Она вырвалась.
– У них мои дети! Их должны привезти на пресс-конференцию. Всего через два часа! Понимаешь?!

"Надеюсь, что все будет хорошо, - подумал Лютый. А потом пришла другая мысль: - Ведь она все это время... Она... не верила никому из-за своих детей".

Лютый попытался очень деликатно подобрать слова.

– Все будет хорошо, - произнес он с мягкой настойчивостью.
– С нами

связались... Это странно, быть может, ты сможешь что-то объяснить. Вика, Лютый коснулся ее руки, - сейчас нам передадут твоих малышей. С ними все в порядке.

– Что?!!

– Через десять минут, - сказал Лютый, - ты увидишь своих детей.

И еще он подумал, что люди, убившие его брата, люди, сделавшие такое с Викой, находятся в двух шагах от них. Они готовят пресс-конференцию. И Лютому будет очень сложно удержаться от того, чтобы не разорвать всех их собственными руками.

* * *

Санчес стоял на пустыре при въезде в Измайловский лесопарк углубляться дальше в Москву было опасно. Сейчас он снова вспомнил пословицу, бывшую в ходу на его далекой Родине: "Месть - это то самое блюдо, которое лучше всего подавать холодным".

Санчесу очень хотелось посмотреть на выражение их лиц, когда вот так вот все обломается. Внезапно, в самый последний момент. И на старого лиса, и на всех этих умников, для которых все рухнет в одночасье. И Санчес обязательно должен при этом присутствовать.

Он мог бы убить старого лиса, он мог бы сделать это без особого труда, а потом разобраться с каждым из них в отдельности, но к чему?.. Нет, он окажется свидетелем их поражения, крушения всей этой лавочки. Что гораздо тоньше, что принесет ему подлинное удовлетворение.

Он разрушит Логово.

Они украли его шедевр - что ж, Санчесу есть чем ответить.

И потом, во всем этом имеется практический смысл: Санчес заберет свои деньги, и ищи-свищи! Вольный ветер. Физическое устранение старого лиса не дало бы Санчесу насладиться ни плодами своей победы, ни собственными деньгами. Появился бы новый шеф, новый Папа, и они бы достали Санчеса. Рано или поздно. Теперь же Санчес просто накроет лавочку, разрушит Логово, сделает это чужими руками. Мы еще покружимся в маскараде. Да Санчес сейчас просто взорвет бомбу - одни только заголовки в газетах: "В бедствиях семьи вице-президента замешана крупнейшая спецслужба России"... Или в духе Джойса: "Портрет секретного управления в играх с двойниками". Или: "Эхо свадебного взрыва"...

Что-нибудь в этом духе. От этих писак ждать чего-то более стоящего вряд ли приходится.

А еще ему очень хочется посмотреть, как старый лис встретится со своей любимой семьей. Пока добирались сюда из Гольянова, Санчес не терял времени и рассказал гусыне и своей сладкой девочке причину его столь неожиданных действий.

"Ой-ой-ой, этого не может быть! Ты мерзавец! Тра-ля-ля..."

Санчес усмехнулся. Они ему не верили. Они считали, что не верят. Конечно - это ж папа. Светлый Король из Страны Грез. Хотя червь сомнения уже начинал слегка подгрызать. А теперь им придется самим увидеть, как несчастная мать встретится со своими детьми после... раз-два-три... после трехмесячной разлуки.

"Возвращение родителей близнецов - ох ты старый лис!"

Наши сладкие Лешенька и Викуля.

Во будет слез-то!

И неожиданно мерзавцем окажется не Санчес, а наш блистательный папа, которому Санчес уготовил темноту пострашнее темноты смерти. Но это уже решать старому лису.

А пока Санчес поглядит на выражение его умного лица и посмотрит, что останется от былой проницательности старого лиса, когда вдруг обнаружится, что последний месяц они имели дело вовсе не со шлюшкой из городка Батайска и что несчастную Александру Афанасьевну они сами вот уже как месяц отправили в мир иной. И что их обставила очень умная бабенка, которую они прохлопали под собственным носом. А на ее стороне был лишь... Санчес вдруг подумал, что не так уж и мало. На ее стороне был один из самых страшных и опасных законов природы - материнский инстинкт.