Незваные...
Шрифт:
Серж разлил остатки шампанского по всё тем же пластиковым стаканчикам, что были вывезены им из квартиры, и предложил тост за новые возможности криптлокатора и бессмертие великих творцов искусства.
Как-либо комментировать случившееся, искать объяснения, подводить научную базу под явления, лавиной свалившиеся на голову, уже никто не хотел и даже думать перестал. Новая реальность с необъяснимыми законами мироздания теперь уже воспринимались и Полехой, и Жигарь как неизбежная данность, как Божий дар, как судьба.
Серж заснул, плюхнувшись на кровать. Страшная усталость свалила его. То, что сделал он, современные строительные технологии позволили бы осуществить множеству людей и техники только за многие месяцы, а то и годы.
Марина
Мысли не давали покоя. Марине захотелось собственными глазами осмотреть внимательнее прилегающие окрестности, дабы зримее представить, что располагается вокруг их совместного с Сергеем первого форпоста.
Кругом, на расстоянии всего от нескольких метров до километра, каменный мешок окружали разного калибра и строения полости. Невольно напрашивалось сравнение с пористым сердечником сигары в пустыне Африки. По сути дела здесь было то же самое, но куда большего масштаба. И если в сигаре все пустоты представляли собой сферы, то тут формы отличались бесконечным разнообразием. Кроме того, и «климат» варьировался в значительном диапазоне – от субтропического до полярного.
«Нагулявшись», Марина вернулась в логово Карабаса. Серж спал богатырским сном. Часы телефона показывали 21-00. Индикатор сигнала уверенно утверждал, что связи нет. Ещё бы!
«А почему, собственно, ему бы не работать и в этом мире? – внезапно подумалось Марине. – Мы же с Сержем попали сюда? Наши телефон тоже. Мы видим свой город, людей, родных. Значит, какая-то прочная связь между мирами всё же существует. Пусть благодаря нам, точнее нашему симбиозу с неизвестной природы существами, но она очевидна. Мы даже способны видеть прошлое…».
Светильники источали ровный устойчивый свет. Здесь солнце не садилось и не могло сесть. Его лучам ничто не препятствовало. Фантастический канал своим противоположным отсюда концом был всегда обращен к светилу. А радиация, проникновению которой на Землю в естественных условиях препятствует атмосфера? Наверное, в канале был свой фильтр. Но кто его туда поставил? Не Сергей же! Клопы? Или высшие законы, которые автоматически срабатывают, будучи подчинёнными чьей-то воле? Опять же – чьей? Тех же клопов? Или тех, кто их сделал, вывел, запрограммировал?
Марина посмотрела на хитиновое колечко, покрутила его на пальце. Упругое. Показалось, что от прикосновений оно несколько размякло. «Может его кто-нибудь отнять у меня, снять, например?» – девушка ласково погладила кольцо и оставила в покое.
«Чего Серёжа не сделал, так это туалета и хотя бы примитивного водопровода!» – улыбнулась про себя Марина, но знала, как из положения выходил и сам «Карабас», и она. Оба знали, куда сваливались сотни тонн грунта…
Девушка прогулялась «до ветру» и следом посетила очень приятное местечко. Здесь была высокая влажность, как в парилке. Сечение пещеры было треугольным. Высота от его горизонтального основания до вершины – три метра. Основание же представляло собой две площадки, между которыми протекал горячий ручей шириной в метр, а глубиной по колено. Пещера-парилка имела вытянутую форму. С одного конца под вертикальной стеной бурлил источник воды, а через 20 метров ручеёк уходил в скалу и тихо шумел небольшим водопадом, низвергаясь в огромное озеро. Последнее просматривалось только через стереовизор сквозь десятиметровую скальную перемычку, отделяющую «парилку» от пещеры с озером. Озером Марина назвала его условно, поскольку гладь этого подземного водоёма простиралась на несколько километров и была почти безмятежной на основной части поверхности. Лишь в некоторых точках её берегов под сводчатым гигантским куполом она возмущалась низенькими водопадиками. Здесь в озеро-водоём
впадали такие же ручейки, берущие начало из источников, подобных тому, где находилась Марина. Водоём, в свою очередь, соединялся в дальнем своём конце узким устьем с другим водохранилищем ещё большего размера. Так что, скорее, то была огромная бесконечная река, прослеживать путь которой сейчас просто не хотелось…Главное, что нашлась эта небольшая вытянуто-треугольная камера-парилка с чистой и очень тёплой, почти горячей водой. Марина робко коснулась её босой ногой. Терпимо. Может быть, градусов 50. Ноги ощутили гладкий, но не скользкий камень…
Намывшись вдоволь горной водицей, в которой хорошо мылился шампунь, а волосы приобретали особую пышность, подземная владычица вернулась счастливая в замок. Вот теперь ей захотелось спать. Потушить свет не удалось, разговора с Сергеем на эту тему не было. Решив отложить выяснение вопроса об устройстве «выключателей» назавтра, Марина пристроилась рядом с возлюбленным. «Карабас», не просыпаясь, притянул к себе девушку, и она погрузилась в сон.
Проснулись оба в прекрасном настроении, выспавшись всласть, когда не было ещё шести часов утра. Марина решила тут же показать Сержу чудо-парилку и умывальную комнату одновременно. Не понравиться она не могла.
– А ты знаешь, Мусь, – сказал Сергей, появившись в зале с мокрой головой и махровым полотенцем на бедрах, – у меня есть кое-какие мысли насчёт устройства всяких дополнительных удобств. Но говорить пока не буду. Обмозгую и преподнесу, пожалуй, как сюрприз.
– Согласна на сюрприз! А пока расскажи, как тушить свет в нашей берлоге. Я вчера не сумела.
– Чёрт побери, забыл сказать. Прости. Включайся…
То, что проделывали сейчас два человека нового поколения опять с трудом поддается описанию. Появляющийся сленг на базе известных слов вроде «скакнуть», «включиться», «закрыться», «перейти», «канал», «заглушка» совершенно не отражал действия или явления, происходящие в реальности. Серж показал Марине канал, по которому проникал в голографические плафоны луч от солнца, и научил его «искривлять», регулируя тем самым силу света вплоть до его «выключения». Оказалось, что открытый канал в равной степени можно использовать и для обеспечения сотовой телефонной связи. Из абстрактного пространства над городом Тулой напрямую, не преодолевая каких-то физических расстояний, в другую реальность проникали любые радиоволны. Принцип этот распространялся и на телевизионные частоты. Только смысла в приобретении телевизора уже не было. Трансляцию телевизионных программ и Серж, и Марина могли свободно перехватывать и на образованном в любом месте помещения условном экране получать картинку требуемого размера.
– Серёж, мне уже становится скучно. Мы всё можем. Нам доступно абсолютно всё. Но в этом должен быть какой-то смысл. Верно ведь? Я вчера поняла, что мы с тобой открыли мир, который можно заселить людьми, животными, растениями. Может быть, смысл в этом?
Полеха находился в одной из соседствующих с Замком Карабаса – так решено было назвать новое жилище – полости на расстоянии около километра. Серж был закрыт от стереонаблюдения Марины, готовя обещанный сюрприз, но разговаривать мог свободно.
– Мусь, нам что-то должно открыться скоро, какое-то…, как бы это выразиться, сакральное знание. Я чувствую. Погоди немного, мы узнаем больше, чем можем себе представить. Пока от нас требуется просто жить. Не забывать о близких, о делах земных и насущных…
Марина не знала, чем себя занять, прохаживалась по комнатам, гладила ладонью полированные колонны и слушала негромкое звучание оркестра Олега Лундстрема на джазовом фестивале, кажется, 1985 года.
– Наверное, ты прав, поживем – увидим. Но на занятия я ходить буду. Я могу, конечно, прямо здесь включить в два часа дня картинку квартиры Михаила Аркадьевича, устроиться поудобнее и участвовать в занятиях, но как-то это не по-честному. Как ты думаешь?