Чтение онлайн

– Тогда, может, уберёшь воспитательный инвентарь? Раз уж я теперь хорошая?

– Позволишь небольшой эксперимент в качестве компенсации?– вместо ответа светски поинтересовался оборотень, почему - то отстранённо изучая мой нос. Ну, поняла бы – губы, или глаза там, это по-мужски, шишка на лбу – тоже приличный объект, а нос-то тут причём? О, слава Богу, нос оставил в покое. Так, а при чём тут шея? В нём что, ещё и вампиров понамешано? И что теперь делать? Бежать куда глаза глядят? Далеко не убегу. Разве что, очень быстро, и по кругу, пока голова не закружится: насколько я поняла, невидимый барьер

отгородил пятачок зала примерно два на два метра. На него-то Мара и наткнулась, бросаясь меня спасать.

– А это не больно? – подозрительно уточнила я.

– Не думаю, – задумчиво отозвался „воспитатель“. Было буквально слышно, как набирает гигагерцы процессор у него в голове.

– Ну, давай, только не по лбу опять. Иначе и у меня провалы в памяти начнутся, - не съест же он меня, в самом деле? – На ваш замок и одного склеротика более, чем достаточно.

Мор очень осторожно провёл кончиком пальца по моей щеке, а я во все глаза уставилась на него, теряясь в догадках, начнёт бесчестить прямо здесь, или, что тогда, если нет?

Вот, наверное картинка со стороны – пришла непрошенная мысль. – Стоят двое нос к носу, у одного комп вот-вот зависнет, а вторая вот-вот от любопытства лопнет. А он мне, между прочим, давно нравится... Хоть и стараюсь постоянно это задвинуть в самый дальний ящик. За спиной что-то глухо бухнуло. Любопытство приняло двойственный характер: это кому там ещё не повезло с входом?

Между тем Моррин подумал, приподнял мой подбородок, сомневаясь, так неуверенно, словно первый раз в жизни чистил уши доверенному ему соседом на время отпуска хомячку (вот ведь странное впечатление сложилось), мазнул мои губы своими, да с настолько отрешённым выражением лица, как будто и впрямь проводил какое-то исследование; тут же отпрянул, подбородок, впрочем, не выпустив.

– Слушай, может, всё-таки, за конспектом сбегаешь?
– не удержался от комментария остолбеневший, но отнюдь не онемевший от неожиданности хомячок, пытаясь отобрать свою голову. Где там. Разве что всю нижнюю челюсть на память ему оставить. Пнуть хорошенько, что ли?

– Моррин! – возвысила голос Мара.- Ты что творишь? С ума сошёл?

– Это такая компенсация… моральная, – провозгласила я, прикидывая, а не обидеться ли на эту пародию на поцелуй? – Озадачить девушку вопросом, а что это было?

Вертикальные щёлки зрачков медленно расширялись, почти вытеснив золотисто-жёлтый цвет, по мере того, как их владелец приходил к какому-то выводу. Мне почему-то стало трудно дышать, а сердце заколотилось чуть ли не в горле. Загорелое лицо вновь оказалось очень близко, длинные прямые волосы щекочущей тёмной завесой отгородили окружающий мир, и мне вполне профессионально заткнули фонтан, уже приоткрывшийся для очередной колкости.

Ощущение стремительного взлёта, вот что это напомнило. Аж дух захватило.

Прекрати немедленно! – в панике проверещала какая-то микроскопическая часть сознания.

Ой, а давайте, всё-таки, немного побесчестим. – запуская фейерверк, предложила намного большая вторая.

По-моему, ты попала, - сообщила самая спокойная третья.

Ну почему Лёха так целоваться не умел? – затосковала первая.

А что Лёха? Вадик тоже отдыхает. Ты, вообще-то, не отвлекайся, - это вторая

влезла.

По-моему, ты не просто попала, а по крупному, - это опять третья.

– Зариэль уже тут, – донёсся из другого измерения голос Маркина.

Ах, да, какой-то эльф вроде бы собирался заглянуть...

Как не вовремя… У меня тут, может, мечта сбывается.

Получив наконец такую возможность, я вспомнила, как дышать, перевела взгляд на свои руки, которыми ещё пару минут назад хотела оторвать мерзавцу уши, а сейчас намертво вцепилась в ворот кожаного колета, после чего опасливо обернулась.

– Я думал – дело какое срочное, – высокий беловолосый красавчик потирал лоб, застряв в дверях практически за моей спиной. Оборотень махнул рукой, снимая барьер. Я поспешно ретировалась на своё место и уточнила у притихших Мара и Мары:

– Надеюсь, бешенство таким образом не передаётся?

Те синхронно покачали головами, во все глаза уставившись на „экспериментатора“. Тот молча прошествовал через зал, сел, и только потом лаконично сообщил родственникам:

– Не сошёл.

– Вместе лечиться будете, – заржал эльф, явно нарываясь, но напряжение, казалось звеневшее в воздухе, снял. – Мара, прекрасна, как обычно.

Подойдя к застывшей с подозрительно равнодушным выражением лица девушке, он обаятельно улыбнулся и, изящно склонившись, поцеловал её запястье. Та недовольно вырвала руку.

– Клоун! На официальных приёмах развлекайся.

Я с трудом поймала отвисшую челюсть: ну и где же этикет и хорошие манеры? Ничуть не смутившись, эльф поприветствовал обоих братьев и уставился на меня, а я – с не меньшим интересом – на него. Надо же. Живой эльф.

Длинные, традиционно гладкие белые волосы до пояса, льдисто-зелёные миндалевидные глаза, стандартные эльфийские уши (мне всегда казалось, что есть в них что-то от ослиных). Только надеты на нём были не белые обноски, как в фильме, а вполне себе элегантный костюмчик из изумрудно-зелёного шёлка и блестящие кожаные сапоги, вместо онучей. Непорядок.

– Алёна, – представил меня Маркин. – Боевая подруга и гостья нашего мира. Не умирала.

– Позволь представить тебе Зариэля. – вмешалась Мара. – Полное имя спишешь потом, чтобы не смеяться сейчас. По какому-то недоразумению, действительный правитель Города Цветов.

Порассматривав меня, эльф вновь повернулся к Мору.

– А эльф у вас неправильный, – мстительно вставила я и показала язык застывшему эльфийскому затылку. Вроде ничего он мне ещё и не сделал, а так захотелось хоть кому-нибудь насолить, так почему бы и не тому же эльфу? Вот оно – дурное влияние неправильной компании.

– Что ты имеешь в виду? – владелец возмущённо дрогнувших ушей медленно развернулся, демонстративно готовый смыть оскорбление кровью.

– Ну как же? – невинно похлопав ресницами пояснила я. – Эльфы, они же маленькие и с крылышками. Прозрачные такие. И приворовывают при случае.

По-моему, я опять нарываюсь…

Остроухий неожиданно расслабился и уставился на меня с нескрываемым интересом. Как обидно. А я-то уже обрадовалась новому скандалу. Вообще-то, что-то не так со мной: до сего приключения я была неконфликтной до безвольности и никому не хамила без совсем уж весомых причин.