Некробиотика
Шрифт:
Не понял. Но почувствовал. В изменившем свое течение времени его тело медленно вдавливалось в податливый порошок, и было отчетливо слышно, как хрустит и сплющивается каждая косточка.
Словно тюбик с зубной пастой под колесами машины, тихо хлопнув, лопнула и расползлась печень. Больнее всего непроглядно черный порошок вдавливал в затылок глазные яблоки. Когда песок высоких технологий заполнил все, благодатная тьма поглотила и боль.
Самое противное в этой ситуации было то, что все эти злоключения тела сам Майк наблюдал как будто со стороны. Точно определить местоположения "себя" относительно тела не представлялось возможным,
С одной стороны МакЛохлан чувствовал себя достаточно комфортно. Ничего не болело, ничего не беспокоило, тепло, удобно, никаких "крошек в постели". С другой стороны терять сознание при попытках умереть МакЛохлану нравилось. Это, как бы правильно сказать, снимало ответственность.
Бессознательное состояние оправдывает любое событие и придает шарм существованию. Каким образом? Ты проснулся, а вокруг столько новостей! А ты не виноват! Тебя не было! А теперь приходилось быть.
Вообще- то МакЛохлан догадывался, что у духов есть органы чувств. Иначе как бы они могли видеть, слышать и разговаривать? Но почему первым проснулось обоняние? Майкл, даже будучи в мертвом теле, дышал все меньше и меньше. А когда тела нет? Зачем обоняние?
Сам запах его совсем не удивил. Как тогда, в магазине. Мама покупала индейку к рождеству и необдуманно заявила продавцу, что от птички пахнет.
– А что вас удивляет, мэм?
– совершенно разумно возразил продавец. Она же мертвая!
А потом вдруг снизошло озарение. Так вот для чего нужен запах! Какая же идиотская душа будет подниматься и воспарять, если тут тепло, удобно, комфортно? Не-ет! Нужен стимул.
Сначала МакЛохлан, будучи под впечатлением от различных художественных произведений, в которых душа расстается с телом, попытался пассивно воспарить. Поднять руки к небу и устремиться в сияющую высь. Счет времени был потерян, но тянуть руки к небу в такой позе стало жутко неудобно. Еще один стимул?
Тогда Майк попытался оттолкнуться от собственного тела ногами. Ног не было. Он их не чувствовал, они его не слушались. Впрочем, ни у одного из встретившихся ему духов ног не было. А руки были.
Вот руками он и выкапывался из этой темной и зловонной обители. Выкапывался, как сквозь груду песка и на этот раз все удалось. Яркий свет штормовой волной ударил в глаза, а когда МакЛохлан попытался прикрыть глаза рукой, то свет только усилился.
МакЛохлан привыкал глазами к тому облаку света, в центре которого он находился. А еще приходилось привыкать к тому, что сам он теперь состоял из света. Особенно ярко светились руки.
Когда собственная светоносность была воспринята как удивительный, но факт, Майк огляделся. Облако света имело идеально круглую форму, футов двадцати в диаметре. Светился не только МакЛохлан. Светился песок. Светящийся песок шевелился, словно живой, как тогда, в ведре с останками Мэлори. На краю светлого круга стояла расплывчатая фигурка духа и призывно махала Майку прозрачной рукой.
– Я прошу прощения, молодой человек, вы не могли бы выключить дефлектор?
– привидение пыталось перекричать шум в ушах МакЛохлана.
– Чего сделать?
– изо рта сыпался песок.
– У вас в животе. Продолговатый такой цилиндр. Выключите, пожалуйста, а то я подойти не могу. Не кричать же нам на весь каньон?
Светящийся Майк послушно глянул в то место, где раньше у него был живот. Стишин термос кофе при падении пробил туловище
насквозь, но на самочувствии это никак не отражалось. Странным было то, что из-под торчащего термоса сочилась по светящейся коже ярко-ярко красная кровь. Бывает кровь у привидений?Термос сидел крепко. Пришлось со всей силы упереться в него руками и протолкнуть так, чтобы он выпал из спины. А вот это было больно. Только жалеть себя оказалось некогда. Майк едва успел выдернуть руку из собственного брюха - так быстро затягивалась рана. И почти в то же мгновение по вернувшимся ногам забегали мурашки.
– Там повернуть надо!
– продолжал махать руками настоящий призрак Сверху, под крышкой, есть выключатель. Надо на крышку надавить, она откроется и там выключатель!
Самым тяжелым, в этой ситуации, было понять: где верх, а где низ. Щелчок выключателя ударил по МакЛохлану космическим холодом. Моментально слиплись пальцы на руках, на носу начала расти сосулька.
– Не тратьте энергию! Тушите свет!
– кричал в лицо призрак с такими знакомыми чертами лица.
– Срочно представьте, что вы в полной темноте!
Это МакЛохлан умел. Потеплело моментально, но все равно было холодно. Чертовски холодно.
– Так вот каким образом Стиша зажигала на пальце лампочку... Удобно... Когда ж я сдохну?
– молча возмущался Майк.
– И с чего это вы решили тут иллюминацию устроить?! Время совсем не рождественское, - по-доброму бурчал дух Грегори Киллголейма.
– Я знаю, кто вас убил!
– вместо "здравствуйте" выстучал зубами МакЛохлан.
– Да, об этом много говорили!
– беззаботно отозвался дух.
– Вы не могли бы еще немного покрутить этот выключатель?
– А что это?
– кивнул МакЛохлан, удивленно разглядывая свои, совершенно целые конечности.
– Это дефлектор!
– как будто между делом рассказывал призрак Грегори Киллголейма.
– При создании Живых генераторов мы его использовали для защиты измерительных приборов. Он частично экранирует действие Живых генераторов на площади, которая зависит только от заряда батарейки. Мне тогда и в голову не приходило, что его можно использовать таким образом! Столько Живых могли спасти! Нужно еще несколько раз провернуть переключатель в сторону выключения.
– Это ваш сын вас подставил!
– продолжал индивеющий МакЛохлан.
– Он мне еще до того, как экран упал, сказал, что хочет замочить своего папашу под видом несчастного случая!
– Я понимаю ваше возмущение, молодой человек. Еще, еще поворачивайте, эту крышку надо совсем отвинтить. Дело в том, что я уже окончательно и бесповоротно мертв. Мертв, рад этому и ничего с фактом своей смерти поделать не могу. А мстить и заниматься прочими глупостями не имею ни времени, ни желания. Меня, знаете ли, ждут. Выбросьте эту крышку и высыпайте из цилиндра порошок.
Из термоса вышло около трех унций снежно-белого песка. Майкл заметил, что вокруг них начинает собираться кучка разнообразных по форме и содержанию духов, числом около пятнадцати.
– Вы не подумайте, Майкл, кажется, вас зовут? Да. Майкл МакЛохлан. Тот самый, который пригрел под своим крылышком этого змееныша Дорвина. Я не ошибаюсь?
– Он обокрал меня. И сына моего убил...
– Сочувствую вам всей душой. Теперь выкручивайте продолговатую капсулу. Сочувствую, но ничуть не удивлен. У Дорвина, знаете ли, склонность характера такая. Он от этого, я так понимаю, удовольствие получает.