Мысли
Шрифт:
Марико пробормотала что-то невнятно, вырвав де Линта из невесёлых размышлений, и вдруг вскинулась, села и затрясла головой, бормоча в панике:
– Ох, нет-нет-нет!..
– Что с вами?
– де Линт попытался заглянуть в её странно отрешённые, будто продолжавшие спать глаза.
Марико не ответила.
Она бежала по темной и грязной улице уже знакомого, или показавшегося таким, квартала, не столько слыша, сколько чувствуя преследующие её тяжёлые шаги.
Девушка попыталась бежать быстрее, но поскользнулась на какой-то жидкой грязи и
Марико свернула в сумрачный проулок, и тут огромная волосатая лапища схватила её за руку. Девушку развернуло силой инерции, и она вскрикнула, увидев ужасающее лицо убийцы.
Он расхохотался, не сводя с неё странных, будто неживых, белёсых глаз с узкими, как у наркомана, зрачками-точками.
Марико рванулась, но сильные пальцы лишь больнее сжали тонкое запястье. В сером полумраке тускло блеснуло лезвие ножа, и девушка закричала, не помня себя, отбиваясь руками, ногами, всем телом...
– Марико! Марико, что с тобой? Это же я, успокойся!
Эрик, стиснувший бьющуюся девушку за плечи, встряхнул её, заглядывая в глаза, начавшие принимать осмысленное выражение. Марико, вся дрожа, застонала, всхлипнула и уронила голову ему на грудь, теряя сознание.
Де Линт попытался привести её в чувства, но получилось это не сразу. Открыв наконец глаза, девушка попыталась заслониться рукой, простонав:
– Свет... больно...
Эрик поспешно погасил люстру, оставив только настольную лампу, отвёрнутую к стенке, и снова сел рядом.
– Что это за чертовщина?!.
Девушка вздрогнула в ознобе, прошептав:
– Опять... он!
– Чёрт, кто на этот раз?!
Марико покачала головой.
– Н-никто... Он бежал за мной...
Де Линт вскинул брови в недоумении. Да, это в самом деле было странно. Маньяк-телепат хотел показать, как собирается расправиться с ней самой?.. Другого объяснения не находилось. Эрик снова обнял девушку и крепко прижал к себе, успокаивая.
– Господи... как я устала...
– прошептала Марико сквозь подкатившие слёзы.
– Ничего, - пробормотал де Линт.
– Скоро всё закончится. Из Вашингтона наконец-то пришёл ответ. Этого психа зовут Дик Уайлд. По документам он числится как сбежавший из частной клиники. В розыске уже около пяти лет. Два раза в разных штатах попадался полиции почти на месте преступления и был приговорен в одном к смерти, а в другом - к пожизненному заключению, но оба раза сумел бежать. Неофициально мне сообщили, что он, возможно, результат подпольного эксперимента. Я кое-что слышал о подобных опытах, и теперь, пожалуй, могу объяснить твои видения: многие "экспериментаторы" работают именно над развитием телепатии.
Марико снова смутно вспомнила предыдущее видение: длинный стол и сидящие за ним мальчишки-подростки в одинаковой, похожей на больничную, одежде, - но жестокая боль в висках не давала сосредоточиться.
– Голова... очень... болит...
– прошептала она с трудом.
– Сейчас, принесу аспирин.
Девушка
послушно приняла таблетку, де Линт, не обратив внимания на слабые протесты, на руках перенёс её в спальню, и Марико вскоре уснула, положив одну руку под щеку, а другой сжимая пальцы Эрика...И что дальше? Как её защищать? Выставлять наблюдение возле своего дома? Прекрасно. Можно с тем же успехом прийти к Скиннеру и заявить, мол, так и так, я тут со свидетельницей живу...
Значит, надо либо уговорить её всё-таки поехать к этому папиному другу, либо срочно самому найти ей квартиру. Буквально за день. Учитывая, что завтра воскресенье, задача совершенно нереальна...
Так и не придя ни к какому здравому решению, Эрик осторожно высвободил руку и ушёл спать в гостиную, на диван.
...Хлынувшее в окна солнце заставило Марико поморщиться. Она совершенно по-детски попыталась натянуть простыню, которой укрывалась, на голову, пробормотав:
– Мам, мне ещё рано...
– Ну, вот ещё! На "маму" я не согласен!
– раздался вдруг над ней мужской голос, и девушка подскочила, натягивая простыню под подбородок.
Де Линт улыбался, насмешливо щурясь.
– Ну, как тебе спалось в постели фэбээровца?
Марико совсем смутилась под его взглядом и пробормотала:
– Х-хорошо...
Запутанная его шуткой, девушка панически пыталась вспомнить, что было вчера вечером, прежде чем она заснула. Эрик присел рядом, наклонившись, заглянул в суматошные глаза.
– Эээй... ты о чём думаешь?! На твоих щеках можно яичницу с беконом готовить! Ну и девочки нынче пошли...
– Но я...
– ...спала здесь. Одна. А я - там. Тоже один, - договорил де Линт, улыбаясь и удивляясь её откровенному смущению.
– А завтрак уже готов. Так что этот румянец пропадёт даром.
Марико, не привыкшая к подобным шуткам, совсем растерялась и не знала, что нужно ответить и куда деваться от его смеющихся глаз.
– Господи, какая же ты...
– вырвалось у де Линта невольно; рука потянулась к её лицу, коснулась горячей щеки.
Девушка только смотрела большущими испуганными глазами, ошеломлённая собственными эмоциями.
Эта робкая покорность сводила с ума почище выдумок и уловок всех женщин, что он знал... Эрик взял её руки, стискивавшие простыню, и, не сводя глаз с её лица, прижал обе к губам. Такие крохотные хрупкие пальчики... так покорно разжались, подставив маленькие ладошки под его поцелуи...
Чёрт. Надо прекращать это...
Эрик, уже без тени улыбки, взглянул в растерянное лицо девушки, поднялся, не отпуская её рук и потянув за собой. Дурацкая оказалась идея. Теперь Марико стояла совсем рядом. Пришлось сделать над собой серьёзное усилие, чтобы просто спокойно отступить на полшага назад и произнести:
– Завтрак остынет. Пойдём?
Заставил себя отпустить, наконец, её руки. Девушка вздохнула, кажется, с облегчением, и послушно пошла за ним на кухню, тайком оправляя смявшееся за ночь платье.